– Давайте я буду думать за нас обоих, – предложил Майкл. – В жизни мне приходилось много думать, и я намерен найти правильный ответ на наши текущие проблемы.
– Вы уже узнали много обо мне, но о себе не сказали ни слова.
Майкл поколебался, а потом ответил:
– Точно так же как у вас есть собственные секреты, так и у меня имеются свои тайны. Я не рассказываю о них не потому, что вам не доверяю, просто вынужден скрываться, так же как и вы.
Адела удивленно раскрыла огромные глаза.
– Вы скрываетесь? – переспросила она. – Но от кого?
– Этого я вам сейчас не скажу. Так нам будет легче, поскольку мы с вами в некотором смысле в одной лодке и потому должны быть осторожны в том, что делаем и говорим, правильно?
– Вы внушаете мне надежду, что я не злоупотребляю вашим к себе расположением и не превращаюсь в досадную помеху. Прошу вас, расскажите, как именно я должна вести себя, чтобы не наделать ошибок.
Слушая ее, Майкл вдруг сообразил, что только что принял на себя обязательство взять ее с собой в Грейнджмур.
А есть ли у него выход?
Он не мог высадить ее прямо на дороге и заявить, что дальше она должна сама позаботиться о себе.
Он не мог поступить так не только потому, что она была очень красива. Девушка была совершенно беззащитна перед тем, что могло с ней случиться.
Он понимал, что никогда не простит себе, если поступит подобным образом.
– Я не совсем уверен в том, что ждет нас впереди, – сказал он, – но возьму вас с собой. Пожалуй, вам стоит подготовиться к тому, что придется столкнуться с некоторыми трудностями, коих вы еще не знали.
– Мне решительно все равно, куда я поеду или что мне предстоит делать, – пылко сказала Адела, – лишь бы оставаться рядом с вами, поскольку я не сомневаюсь в том, что вы позаботитесь обо мне и защитите.
Протянув к нему обе руки, она добавила:
– Я не знаю, как выразить это словами, но, поверьте, сердце мое преисполнено признательности.
Майкл ничего не ответил, поскольку именно в эту минуту к их столу подошла жена владельца гостиницы с большой миской супа.
Он оказался горячим и невероятно вкусным, так что Майкл и Адела наслаждались каждой съеденной ложкой. За ним последовало тушеное мясо кролика с овощами с огорода возле гостиницы, а на десерт им подали мелкую клубнику, первую в этом году.
Майкл заказал бутылку лучшего белого вина, коим располагала гостиница, и нашел его вполне удовлетворительным, хотя вице-король, несомненно, лишь презрительно поморщился бы, отведав его.
– Я получила истинное удовольствие, – сказала Адела, когда они покончили с ужином. – И позвольте поблагодарить вас за то, что позволили мне поужинать с вами.
– Быть может, когда-нибудь мы сходим в местечко поприличнее, – пробормотал Майкл.
Он даже удивился тому, что слова эти прозвучали совершенно естественно.
Возможно ли, спросил он себя, что он намерен и далее видеться с этой женщиной, которая столь неожиданно навязала ему свое общество?
Они о многом переговорили за ужином, и Майкл поймал себя на том, что смеется, но совсем не так, как смеялся двусмысленностям, коими развлекали его дамы, с которыми он проводил время в Индии.
В охотничьем домике вице-короля, куда его нередко приглашали, он встречал среди гостей сливки лондонского общества, включая и красавиц, коими открыто восторгался сам принц Уэльский.
Заканчивая ужин, он признался себе, что сегодня его развлекали совсем не так, как раньше, и что невозможно представить себе трапезу с более очаровательной компаньонкой.
«Определенно, она очень необычна, – сказал он себе. – Следовательно, я должен быть крайне осторожен».
После того как они поднялись наверх, чтобы разойтись по своим комнатам, он напомнил Аделе, чтобы она не забыла запереться на ключ, а когда вошел к себе, на губах его играла легкая улыбка.
Ни один человек в его полку или во всей Индии ни за что не поверил бы, что он сопроводил столь прелестную девушку до ее спальни и даже не попытался поцеловать на прощание!
Но он ничуть не сомневался в том, что, сколь бы умна и очаровательна ни была Адела, она еще никогда и ни с кем не целовалась. Одно или два замечания, сделанных ею, подсказали ему, что она чиста и невинна, несмотря на нелегкие странствия с отцом по всему свету.
Собственно говоря, она совсем не знала света, в который имела право войти в качестве дебютантки. Она даже не обмолвилась о том, что, будь ее мать жива, она могла бы поехать в Лондон и быть представленной королеве Виктории при дворе.