Вокруг никого не было видно, и он решил, что все, кто предавался за ужином столь обильным возлияниям, мертвецким сном спят в гостевых спальнях.
Он осторожно приоткрыл дверь комнаты, которая на протяжении вот уже нескольких веков принадлежала герцогам Грейнджмурам.
Спальня была погружена в темноту, и только на одном окне шторы были задернуты неплотно, и в щель проникал тонкий лучик лунного света, в тусклом сиянии которого Майкл увидел, что на огромной кровати с балдахином красного бархата кто-то лежит.
Выскользнув обратно в коридор, он вынул из одного из серебряных канделябров свечу и вернулся с ней в комнату.
Подкравшись поближе, он склонился над кроватью, держа свечу в левой руке.
Голова Сирила покоилась на подушках, и он выглядел мирно спящим, но опыт, приобретенный Майклом за долгие годы службы в Индии, подсказал ему, что тот мертв.
Ему даже не было нужды прикасаться к его руке, чтобы ощутить могильный холод.
Майкл знал, что на теле не удастся обнаружить ни отметки, ни пятнышка, которые могли бы подсказать постороннему наблюдателю, что здесь было совершено убийство.
В Индии, еще до отъезда, он узнал о том, что русские изобрели новый яд, который оказывал необычайно сильное воздействие при внутривенной инъекции.
Действовать он начинал уже через несколько секунд, и при этом на коже не оставалось следов в том месте, где был сделан укол. Стоило яду попасть в кровь, и спасти человека было уже невозможно.
Майкл несколько мгновений молча смотрел на Сирила.
Он сообразил, что русские решили, что в качестве нового герцога главную господскую спальню должен занимать именно он.
И намерение Сирила погубить его, чтобы самому занять его место, лишь ускорило его собственную кончину.
Майкл нисколько не сомневался, что совершит большую ошибку, если останется здесь. Его не должно быть в Грейнджмуре, когда доктор объявит, что Сирил скончался от сердечного приступа.
Кроме того, Адела ни в коем случае не должна попасться на глаза тем страшным субъектам, которых Сирил привез с собой в Холл.
Майкл вышел из главной спальни и вернул свечу в канделябр на стене.
Затем он взбежал на третий этаж и принялся собирать вещи с быстротой, которой позавидовал бы любой камердинер. Заскочив в комнату Аделы, он нашел саквояж, привезенный ею с собой, и поспешно сунул в него все, что смог найти.
И, только обнаружив ее шкатулку с драгоценностями в одном из выдвижных ящичков, он приостановился на мгновение, чтобы убедиться, что она надежно заперта. Шкатулка оказалась открытой, и он мельком оценил красоту роскошных изумрудов, оправленных в ожерелье.
Он вспомнил, как Адела рассказывала ему о том, что ее отец искал в России металлы и драгоценные камни, и именно этим объяснялся тот факт, что она понимала русскую речь на слух.
Майкл знал, что, окажись на ее месте обычная англичанка, никогда не бывавшая за границей, сейчас он был бы уже мертв.
И даже если бы впоследствии русские заподозрили, что он остался жив, то охотились бы на него, как на загнанного зверя, пока не нашли и не убили.
– За что мне выпало счастье встретить столь находчивую и прелестную девушку? – пробормотал он себе под нос.
Уложив остальные вещи Аделы в саквояж, он подхватил свой и ее багаж и сбежал по лестнице в холл.
Как дворецкий, он не стал приказывать кому-либо из лакеев дежурить здесь ночью, что, в общем-то, было бы в порядке вещей. Он просто счел, что в этом нет необходимости, поскольку молодым людям было решительно ни к чему видеть, в каком непотребном состоянии пребывали Сирил со своими дружками, поднимаясь наверх, чтобы разойтись по своим спальням.
В холле горели лишь несколько свечей, света которых ему вполне хватило, чтобы отпереть дверь и поставить свои чемоданы и саквояж Аделы на ступеньках.
Приоткрыв дверь в утреннюю гостиную, чтобы убедиться, что одурманенная наследница все еще там, он увидел, что она по-прежнему лежит на диване в той же позе, в какой он оставил ее.
Рядом с ней на столике виднелись чашка и ложечка, и он понял, что Джейсон дал ей очередную дозу наркотика, чтобы продержать без сознания до утра, пока не прибудет викарий.
На столе, там, куда швырнул ее Джейсон, валялась и специальная лицензия – Майкл поднял ее и спрятал в карман.
Затем, оставив дверь приоткрытой, он вышел в холл и зашагал по коридору в кабинет управляющего, прихватив по дороге лампу.
На столе мистера Барретта он обнаружил бумагу, перо и чернильницу и набросал короткую записку:
«…сэр,