— Представь мое удивление, когда я узнал, что он всего лишь человек. Я очень быстро понял, что он понятия не имеет, кто ты. Хранишь семейные тайны, да?
— Как будто тебе не все равно.
И что теперь? Ему нужно отвлечь Матиаса и попробовать использовать магию снова. У него была только одна возможность, так как Матиас наблюдал за ним. Что означало, что ему нужно использовать могущественную магию. Единственная магия, которая была, возможно, достаточно сильна, чтобы противостоять такой угрозе, как Матиас: уникальная магия Герцога. Эта способность проявилась во время его перехода, использовалась в качестве последней линии обороны. Если когда-либо и существовал такой случай, то сейчас.
Герцог осмотрел толстые каменные стены, низкий подвесной потолок, состоящий из сети больших каменных плит и сложной плитки. Использование его магии здесь потребует огромного количества энергии, больше, чем он когда-либо тратил за одно заклинание. Фелиция должна быть более чем открытой; она должна принять его во всех отношениях, всеми уголками своего существа, иначе они потерпят неудачу. Черт возьми, ему нужно время, чтобы привлечь внимание Фелиции, предупредить ее. Если он напугает ее попыткой использовать свою силу, и она отключится от него, они все будут мертвы.
Он провел рукой по лицу, затем заставил себя посмотреть на Матиаса.
— Как ты тут оказался?
— Несложно, на самом деле. Со мной была Кэтрин. Полагаю, вы видели ее за дверью?
— Женщина, чье сердце ты вырвал? — выдохнула от ужаса Фелиция.
— Именно. Она была чиста сердцем. И довольно любезна в постели.
— До этого? В пещерах, ведущих к этой гробнице?
— Мы оставались рядом с тобой, Фелиция, и твои способности часто помогали нам. Темнота вокруг была удобной, и вы все были достаточно громкими, чтобы замаскировать наши звуки, за исключением тех случаев, когда я хотел, чтобы вы нас услышали. Следить за тобой было простым делом. Хотя, осмелюсь сказать, Мейсону не понравилось, как ты трахалась с его братом.
Матиас засмеялся, и Герцог прочел злую правду в темных глазах Мейсона. Он почти почувствовал вину, исходящую от Фелиции, и выругался. Это была последняя эмоция, которую ей нужно испытывать, если она собиралась открыть свои барьеры, чтобы они могли слиться и победить Матиаса.
— Кэтрин исчерпала свою полезность, и на носу последнее испытание Мерлина, так что… Я использовал ее еще один раз. Она, скорее всего, думала, что я люблю ее. Жаль, что она была такой доверчивой. Это было действительно забавно.
— О Боже.
В голосе Фелиции прозвучало отвращение.
Герцог ненавидел, что она была свидетелем этого ужаса из первых рук. Но сейчас он ничего не мог сделать, кроме как попытаться вытащить ее и Мейсона отсюда живыми и быстро. Он повернулся к ней, чтобы привлечь ее внимание, но Матиас полностью сосредоточился на ней.
Герцог схватил ее за руку и обратился к Матиасу.
— Ты хотел попасть в гробницу, и вот ты здесь. Я хочу вернуть брата.
Внимание Матиаса переключилось на него.
— Для дворянина тебе не хватает светского этикета. Я не только хотел попасть в гробницу, мне нужна книга. Твоя пара знает это. И в ней я тоже нуждаюсь.
Герцог остановился. Так вот почему Матиас не убил его на месте. Если Герцог умрет, Фелиция, как его пара, будет слишком расстроена, чтобы выполнить какое-либо задание. Однако, как только она выполнит его требование, Матиас убьет их всех.
Он повернулся, чтобы посмотреть на нее через плечо, надеясь, что она посмотрит в его сторону и прочитает послание в его глазах. Они должны были использовать магию и быстро.
Она моргнула, глубоко вздохнула, затем ее взгляд зацепил его. Он хотел, чтобы она поняла. После еще одного колебания она прикусила губу и незаметно кивнула ему.
— Твоя пара очень хорошенькая. Из нее получилась бы прекрасная игрушка, — задумчиво размышлял Матиас.
Герцог перевел взгляд обратно на ублюдка.
— Ты не прикоснешься к Фелиции!
— Ццц, — Матиас послал ему выражение насмешливого беспокойства. — Думаю, что ты не понимаешь, кто здесь все контролирует. Позвольте мне прояснить ситуацию.
Затем он нажал на курок. Боль пронзила плечо Герцога, раскаленная, шокирующая и ослабляющая.
Он рухнул на землю.
Звук выстрела был оглушительным в небольшом пространстве. Фелиция закричала, когда Саймон схватился за плечо и упал на колени.
О Боже! По крайней мере, он не мертв. Пока. Но может ли он истечь кровью? Она опустилась на колени и порвала на нем рубашку, чтобы оценить повреждения.