Фелиция отпрянула от двери и впустила его. Кровать выглядела помятой и теплой. Герцог увидел очертания ее тела на простынях. И стало тяжело. Черт...
- Фелиция, - начал он. - Я знаю, что эта ситуация не самая лучшая, но...
- Тебе не нужно презентовать себя. Сабэль уже сделала это. Ты самый доступный волшебник группы. Но мы оба знаем, что это фантастически плохая идея.
- Потому что я хочу тебя?
Фелиция покраснела и заколебалась.
- Поэтому Шок и Лукан думают, что ты считаешь меня своей парой? Даже Сабэль намекнула на это.
Герцог стиснул зубы. Говорить ей правду не принесет пользы, но, как указал Шок, он не мог лгать.
- Это, в сочетании с моим желанием защитить тебя, возможно, поселило идею в их головах.
- И это никак не связано с нашим поцелуем?
Она была опасно близка к истине. Он сдержал желание вздрогнуть.
- Я не сказал им об этом. Все на грани...
Технически это не ложь.
Фелиция стала вышагивать.
- Проблема в том, что спаривание с любым волшебником защитит меня и поможет магическому миру и заставит изменить Мейсону, но ты...
Это был бы худший выбор, потому что Мейсон презирал его.
- Я не буду прикасаться к тебе.
Герцог решил, что ей станет легче. Напротив, она выглядела озадаченной и немного взволнованной.
- Как ты будешь получать энергию? Сабэль объяснила, как вы ее получаете.
Проклятие. Сабэль лучше бы не объяснять больше ничего Фелиции, например, о том факте, что она была его предначертанной парой, и не рассказывать о способах, на которые волшебник пойдет, чтобы претендовать на свою женщину.
Эти факты только сделают ее более пугливой.
- Я справлюсь сам.
Она замерла.
- С помощью других женщин?
- Разве это имеет значение, пока я держу дистанцию?
Будет ли она ревновать? Герцог затаил дыхание, надеясь, что она опровергнет это, надеясь, что предложит себя. Если бы не Мейсон, он был бы внутри нее утром, днем и ночью.
Вечером, на рассвете, в сумерках... каждый раз, когда он бодрствовал и она была готова. И это затянуло бы его глубже под ее чары и причинило бы гораздо больше боли, когда она уйдет. Мейсон возненавидит его еще больше. Несмотря на это, потребность стучала внутри него, и Герцог почти не тревожился о Мейсоне или боли.
Почти.
- А для тебя? Тот поцелуй, которым мы разделили...
Она прикусила губу, выдавая нервозность.
- Так помоги нам обоим. Не позволяй мне...
Прикасаться к тебе, попробовать, чувствовать, что ты рядом со мной, пока кричишь в экстазе.
- У меня не столько сил. Останови меня в следующий раз, когда я тебе скажу.
Гнев исказил лицо Фелиции.
- Ты ошеломил меня. У меня не было времени ни думать, ни дышать, ни говорить.
Правда. Он подпер ее спиной к двери, прижался к мягким изгибам всем телом и поглотил нежные губы. Ее единственным преступлением была реакция, сравнительно небольшое нарушение.
- Ты права. Извини. Я готов воззвать к тебе, что, считаю, является нашим лучшим выбором, несмотря на... недостатки.
Она выглядела настороженно, как будто ей не нравился тот факт, что он не заверил, что может держаться подальше. Умная девочка. Герцог боялся, что как только слова будут произнесены, и она будет его, лихорадка, кипящая в его крови, выжжет напрочь его сдержанность. Но позволить Матиасу быть рядом с ней было гораздо хуже.
- У нас заканчивается время, - отметил он.
- Вчера я почти вышла замуж за человека, которого очень уважаю. Моего лучшего друга. Я понимаю, что ты предлагаешь временное соглашение, и я в конце концов все забуду. Но это действительно страшно.
- Ты не боишься волшебников.
Если бы она боялась, она бы убежала от многих из них раньше.
- Возможно, глупо с моей стороны, но нет.
Он подошел ближе. Боже, ее аромат, чистый, но такой возбуждающий, чуть не поставил его на колени.
- Ты знаешь, что я готов сделать все необходимое, чтобы ты была в безопасности.
Ее дрожащий вздох глубоко проник в него.
- Да. И я очень благодарна за это.
Зная, что не должен, Герцог преодолел расстояние между ними, прислонившись к стене, удерживая ее между ним и ковром.
- Ты меня боишься. Наш поцелуй.
Фелиция пыталась скрыть это, но она так же сильно влияла на него, как и он на нее.
Этот факт испепелял его до глубины души.
Она колебалась, заикалась:
- Это ничего не значило для тебя, я знаю. Все твои женщины... Это была просто энергия, да?
- Волшебники не обмениваются энергией через поцелуй.
- Ооо, - она затрепетала.
Герцог нахмурился. Ее скрытность была глубже, чем обычная неопределенность в странной ситуации, почти такая же, как если бы она боялась их притяжения, их связи.
Ужасная мысль потрясла его.
- Фелиция, тебя кто-то обидел? Разбил тебе сердце?
Она бросила на него изумленный синий взгляд.
- Нет. До Мейсона я встречалась только с одним мужчиной. Мы с Тристаном расстались друзьями.
Отбросив жгучую ревность к брату и какому-то неизвестному уроду, Герцог нахмурился от ее слов. Хотя Фелиция не была роковой женщиной по своей природе, она была достаточно великолепна, чтобы мужчины падали к ее ногам. Поскольку этого не было, значит, была причина. Как только они спарятся, у него будет время разгадать тайну.
- Значит, мне воззвать к тебе?
Долгое время она ничего не говорила и, наконец, кивнула.
- Как мы... продолжим?
Никто не подготовил ее. Черт.
- Подожди здесь.
Герцог бросился через холл, по пути осмотрев несколько комнат, пока не нашел ручку и бумагу. Он записал связывающие слова, а затем вернулся обратно к Фелиции, его сердце забилось быстрее, чем когда пробежишь спринт.
Сегодня она будет принадлежать ему. Возможно, не во всех смыслах, но Герцог не мог отрицать, как прекрасно было воззвать к паре, даже если это ненадолго.
Вернувшись к ней, он протянул ей клочок бумаги, надеясь, что она не увидит, как трясутся его руки.
- Как только я произнесу Зов, ты скажешь это в ответ. Тогда с этим будет покончено.
Она посмотрела на слова, потом взглянула вверх, не решаясь посмотреть в голубые глаза.
- Это звучит очень... долговременно.
- В нашем мире спаривание, как правило, священно. Несмотря на то, что ты можешь подумать, пары встречается редко, союзы длятся сотни лет, и обычно мы не создаем связь для простой защиты.
Герцог рискнул и схватил ее за руку и сжал. Черт возьми, он хотел сделать гораздо больше, чем утешить ее, но не смел отпугнуть ее или проверить свою собственную сдержанность.
- Это не обычные обстоятельства.
- Конечно, нет. Ты хочешь помочь мне, а я веду себя как дурочка. Извини. Я...
- Ты в порядке. Готова?
Она колебалась, затем кивнула.
Опять же, зная, что не должен, он сплел их пальцы вместе. Его сердце забилось быстрее, когда Герцог заглянул ей глубоко в глаза и поглотил все изменения. Если она заметит, как сильно он этого хотел, она может выбрать другой путь.
- Стань частью меня, когда я стану частью тебя. И с тех пор я обещаю тебе самого себя. Каждый день я буду честен, добр и искренен. Если ты ищешь этого, прислушайся к моему Зову. С этого момента для меня нет другой, кроме тебя.
Правильность этих слов ударила по его чувствам. Лихорадка, бушевавшая в нем с момента их встречи, взлетела до небес. Царапала его кожу, что заставляло его беспокоиться. Заставляло его гореть. Напоминая себе, что не может действовать, Герцог стиснул челюсть и терпеливо ждал, тишина затянулась.
- Фелиция?
Глава 9
- Привет.
Красивая ведьма со светло-коричневыми кудрями и такого же цвета глазами вошла в изысканную, но незнакомую спальню и сладко улыбнулась, когда Герцог, одетый в зимнее пальто, лишь пожал плечами.
- Одетый или голый?
Он чуть не подавился.
- Извини?
Она повесила его пальто на подножку и махнула рукой перед грудью.
Мгновенно пуговицы ее блузки освободились, обнажая округлые белые груди, едва скрытые нежным белым кружевом.
Неделю назад Герцога привлекла бы эта ведьма. Черт, после этого показа он бы раздел ее и уложил горизонтально за тридцать секунд. Теперь он решительно посмотрел ей в лицо, и ни на дюйм ниже.
- Это... можно сделать одетой?
- По большей части, да.
Ее улыбка превратилась из яркой в нежную. Она изучала его магическую подпись своими карими глазами, пытаясь скрыть любопытство.
- Ты к кому-нибудь воззвал?