Вот что беспокоило Фелицию.
Тяжесть осела в груди Герцога. Он знал, что они с Мейсоном быстро приближались к точке невозврата. Еще один такой трюк, и Герцогу будет трудно простить младшего брата. С другой стороны, если бы другой человек украл его самый драгоценный дар, его сердце, Герцог мог бы понять такую ненависть.
Он убьет любого ублюдка, который заберет у него Фелицию.
- Наши проблемы - это не твоя вина, они начались давно.
Он вздохнул.
- У Мейсона есть все основания презирать меня, он хотел тебя для себя, и я забрал тебя. Имея твои показания, он знает, что потерял тебя. А я не отпущу тебя, Фелиция.
Она молча отвернулась, закинув руку назад. Физическая воздействие. Герцог выругался себе под нос. Она чувствовала себя слишком виноватой, что причинила боль Мейсону? Или, как боялся Герцог, она не любила его настолько, чтобы выбрать его навсегда?
Он шел сквозь темные комнаты их люкса, в душе на первый план вышло разочарование. Черт возьми, с Фелицией всегда было два шага вперед, один шаг назад. Он не хотел потерять ее, и если толкнуть ее сейчас, это только побудит ее поставить новые стены между ними. Но сможет ли она когда-нибудь открыть свое сердце и полностью отдаться ему?
- Это неправильно. Я встала между двумя братьями и... - она ахнула. - Я чувствую себя ужасно. Между мной и Дейдрой никогда ничего не было. До Алексея.
И это закончилось смертью женщины. У Герцога скрутило нутро.
- Мейсон твой друг?
- Был. Я не знаю, скажет ли он так теперь.
- Его гнев по отношению к тебе утихнет.
Герцог не мог поверить, что он утешал ее, когда все, что он хотел сделать, это свернуть шею Мейсону. Но сделал бы все, что угодно, лишь бы убрать этот обеспокоенный взгляд с ее лица.
- Со временем он исцелится. Двинется дальше.
- Но ваши отношения с ним никогда не будут прежними, и я не знаю, смогу ли жить с этим.
- Даже если я готов это вынести?
- Саймон... - ее голос умолял его.
Возможно, она имела в виду то, что сказала, но Герцог не мог не думать, что она просто использовала Мейсона, чтобы держать дистанцию между ними.
- Что, если однажды ты поймешь, что я... не стою этого?
- Этого никогда не произойдет, но я могу заверять тебя, этого не произойдет, пока я не посинею, но я не уверен, что ты когда-нибудь поверишь мне. Тебе придется осознать это самой.
Уничтожая свое волнение, он стиснул зубы и закрылся в ванной. Теплые брызги душа казались небесными, и смывание вони и грязи тюрьмы успокоило его.
Спустя время он увидел, что Фелиция сняла наряд, смыла макияж и надела один из пеньюаров, которые он принес в комнату. Тонкий шелк был отделан нежным кружевом. Скромная, но сексуальная одежда. Его пара выглядела сногсшибательно. Вся релаксация от душа улетучилась, замененная желанием, которое делало его несдержанным и твердым. Он жаждал заняться с ней любовью. Чтобы застолбить свое права заново.
Но ей нужно время разобраться с сегодняшними событиями. Черт возьми, каким-то образом он должен дать ей это. Они продвигались вперед, но не так быстро, как ему хотелось.
На кровати она откинулась, согнув колени, положив на них книгу.
Он нахмурился.
- Это одна из книг Мерлина?
Она подняла глаза, увидела полотенце, обернутое вокруг его тела, и покраснела.
- Ах... да. Это она. Я, эм... - Она сглотнула, уставившись на его грудь. - Я пытаюсь найти что-то полезное в этой книге. Сегодняшний вечер доказал мне, что мы не можем продолжать жить в этом пузыре сплетников, чтобы избежать Матиаса. Единственный способ справиться с ним - предотвратить угрозу.
- Ты имеешь в виду, что мы должны пойти к гробнице Морганны?
- Я не вижу другого выхода. Мы просто оттягиваем неизбежное.
Он понимал ее логику... но нет.
- Преследование Матиаса равносильно смертному приговору. Я не позволю тебе подвергать себя опасности.
- Позволишь? Я взрослая женщина. Неприкасаемая. Магия в этой гробнице не причинит мне вреда.
Герцог крепко схватил ее за плечи.
- Послушай, Солнышко. Это всего лишь теория. Никто не знает этого наверняка. Так же возможно, что ты, шагнув одной ногой внутрь, умрешь мгновенно.
- Принцип прятаться на виду не будет работать вечно. Ты не можешь каждый день придумывать новый скандал.
Как бы он ни хотел опровергнуть ее слова, он боялся, что она права.
- И как скоро Матиас придет в отчаяние? Что, если он возьмет пример с террористов и начнет бомбить здания и убивать невинных людей, чтобы добраться до меня?
Герцог ничего не мог сказать о Матиасе. Но как он мог просто позволить Фелиции войти в одно из самых опасных мест, известных магии?
- Нашла ли ты что-нибудь интересное в этих книгах?
Она отрицательно покачала головой.
- На самом деле в них всякая всячина. Гробница была создана для Морганны, и Мерлин сам поместил ее сущность в бутылку, чтобы хранить там.
Другими словами, она не узнала ничего, что гарантировало бы ее безопасность. Может, потому что такой гарантии вовсе не существовало.
- Что, если мы приведем Матиаса в гробницу, уничтожим сущность Морганны, прежде чем он сможет осуществить свой план. Возможно, тогда мы сможем найти способ уничтожить его?
Эта мысль ужаснула Саймона.
- Слишком рискованно.
- Но возможно ли это?
Герцог ничего не сказал. Он не знал ответа и не хотел поощрять ее.
- Я думаю, мы должны поговорить с Брэмом, - размышляла она.
- Мы не пойдем к гробнице, точка.
- Я не хочу продолжать убегать. У меня никогда не будет нормальной жизни, если Матиас будет угрозой.
Черт возьми. Это правда. Вопрос в том, что она теперь видела под нормальной жизнью?
Жизнь с ним или просто одной, когда она не смотрела бы через плечо на воплощение зла?
Ругаясь, Герцог поднялся и нашел свой телефон. Брэм ответил на первом гудке.
- Ты сошел с ума? - завизжал он.
- Почему бы не дать рекламу, рассказывающую Матиасу, где именно тебя найти и как сильно ты любишь Фелицию?
Герцог стиснул зубы.
- Можем ли мы оставить воспитательные разговоры на потом? У нас есть вопрос о гробнице Морганны. Что произойдет, если нам удастся проникнуть внутрь пещеры и уничтожить ее сущность? Фелиция станет практически бесполезна для Матиаса, да?
- Это вполне возможно. Матиас мог прийти за ней просто назло, но у него не было другой причины. Если сущность Морганны будет уничтожена, она исчезнет навсегда. Еще одна угроза ликвидирована.
Герцог шагнул в соседнюю комнату, подальше от Фелиции и аргумента, который, как он знал, она откинет.
- Я не могу отправить ее туда, Брэм. Мы должны найти Матиаса и убить этого ублюдка. Сейчас же!
- Разве мы не пытались? Мы даже пока не можем найти Тайнана, а часы тикают. Может, пора подумать о том, чтобы позволить ей попробовать проникнуть в гробницу.
Герцог выругался.
- Ты бы отправил Эмму туда, не зная, ожидает ли ее смерть?
- Из-за того, кто она, Фелиция должна столкнуться либо с Матиасом, либо с этой гробницей. Герцог, возможно, ты не сможешь избавить ее от обоих.
- Заткнись, черт побери.
Он зажал кнопку, отключая звонок, резко дыша, его сердце бешено билось.
Вернувшись в спальню, он обнаружил, что Фелиция снова лежит на кровати с книгой Мерлина.
- Ты не можешь защитить меня от всего. Я ценю твои усилия, но... Я ищу рекомендации, как уничтожить сущность Морганны.
Герцог вытащил фолиант из ее рук и захлопнул тот.
- Ты туда не пойдешь. Моя миссия - защитить тебя. Брэм и остальные должны позаботиться о Матиасе.
- Они не могут войти в гробницу без меня и не знают, как убить его. Будь благоразумным, Саймон. Ты не хочешь видеть меня в опасности, и я обожаю тебя за это. Но ты не можешь защитить меня от всего.
Признать этот факт было чертовски больно.
- Брэм видел тебя с Матиасом во сне.
- Я помню.
Она сглотнула.
- Может быть, этому просто суждено стать реальностью.
Он застыл над ней на кровати, их лица находились в сантиметрах друг от друга; Саймон был не в состоянии справиться с мыслью о ней в объятиях Матиаса, о боли, страдании, смерти. На него обрушилась тоска. Он так сильно хотел схватить ее, поцеловать, заняться с ней любовью.
Она прочитала намерение на его лице и отвернулась.
- Я хотела пойти спать.
Вот так просто она снова закрылась от него.
Паника захлестнула Герцога. Он хотел заставить ее посмотреть на него, заставить признать все в ее сердце. Но он был на взводе, и толкать ее сегодня было бы бессмысленно.