— Слушай, а может, Жнецам тоже особняки раздавали, а я от своего ключики потерял?
Девушка проигнорировала язвительный тон человека без лица. Пандора сделала последнюю затяжку и потушила сигарету в бокале.
— Тебе снова снились кошмары?
Глупый вопрос. Почти оскорбительный. Однако Шляпа не сдерзил.
— Да. Застрелил отца на глазах его пятилетнего сына.
— Понятно. — Девушка попыталась потерять интерес к беседе. Шляпа ей не позволил.
Он залпом допил банку пива, смял её в руке и бросил в случайном направлении.
— Это ты направляла меня, Пандора. Твоя рука указала мне на того отца? И на всех остальных… — Шляпа приподнялся. Его голос готов был сорваться, но он продолжал говорить тихо, вкрадчиво, словно разъярённый змей. — С твоей помощью я находил неугодные души. И убивал людей. Всех. Без разбору.
За короткий миг на лице Пандоры успели отразиться страх перед разоблачением, гнев из-за глупого выпада со стороны Шляпы и, в конце концов, отчаяние после поражения. Шляпа прочитал её как книгу.
— По глазам вижу. — Шляпа, подражая любопытному филину, немного наклонил голову на бок. Пандора отвернулась. Она не могла смотреть в его линзы: видела в них своё отражение. — Угадал, да?
— Замолчи, — тихо попросила девушка. Именно попросила, а не потребовала.
Что-то Шляпа в её голосе услышал. Что-то такое, от чего налегать на девушку совсем не захотелось. Шляпа, как никто другой, знает те границы, которые лучше оставлять нетронутыми.
Прошло время. Куратор и Жнец размышляли. Каждый о своём. О важном, о глупом. О великом, о богатом. Девушка, не стесняясь на себе взора Шляпы, поднялась с кресла. Её босые ноги ступили на холодный пол. Воздушный шёлк послушно последовал за хозяйкой по пятам. Чёрная кошка тихим бризом пропорхала ближе к настороженному Шляпе. От неё пахло ягодой. Человек без лица всё никак вспомнить, как эта ягода называется. Красная… горьковатая… и яркая. Рябина.
Только руки девушки потянулись к «лицу» Шляпы, как он недоверчиво отстранился. Отступать было некуда, но и сдаваться без боя не в стиле…
— Я хочу помочь, — нахмурилась Пандора на попытки Шляпы отвертеться. — Ты же не боишься рук хрупкой девушки?
…Не в стиле уволившегося Жнеца.
Шляпа хотел возразить, отпустить немного едкий ответ, хотя бы просто хмыкнуть, но горло, кажется, кто-то сжал. Странно, ведь ладони Пандоры пока что при ней.
И всё-таки Шляпа позволил ей прикоснуться.
Холодные руки Пандоры дотронулись до шершавой ткани маски бывшего Жнеца. Он не мог в полной мере почувствовать на своём лице нежную кожу её ладоней, но зато отчётливо ощущал от них холод. Холод необычный. Невраждебный. Лёгкий и отстранённый. Умиротворяющий… Синяя или скорее серо-голубая пелена накрыла зрение Шляпы. Воздушная и свежая. От неё, от этой пелены, он ощущал умиротворяющую прохалду.
Прохладное и воздушное одеяло заволакивало Шляпу, он и не сопротивлялся.
Одеялом оказалась густое облако, а пространство вокруг — пасмурным небом.
В серой пелене Шляпа видел лицо Пандоры. Кажется, она слабо улыбалась. Или улыбалась только глазами. Шляпа так и не разобрал, попросту не успел — лицо Пандоры утонуло в волне светло-серой тучи.
Последняя мысль промелькнула в голове Шляпы перед охлаждающим и беззаботным забвением: Пандора — эта странная девушка с непонятным, но не отталкивающим выражением лица, девушка, пахнущая горькой и кисловатой рябиной — только она близка к нему так же, как близки друг к другу Адам и Ева.
Когда Шляпа обмяк на диване и тихо засопел, Пандора убрала от его «лица» руки. Девушка улыбалась взаправду. И глазами, и губами.
Этот сон выдастся для бывшего Жнеца спокойным.
***
В первые мгновения пробуждения Шляпа небезосновательно решил, что умер во сне и смог выспаться на том свете. Почему бы нет? Целый год кошмары выбивали Шляпу коварными нокаутами. Выспаться с такими условиями крайне проблематично или, наверное, банально невозможно. Алкоголь приглушал кошмары, иногда даже позволял немного поспать. Но тогда на сцену выходили жуткие мигрени и похмелье. Шляпа ненавидел мигрени наравне со своим прошлом. Из-за головных болей он не мог носить шляпу.
Это утро оказалось другим. Во-первых, это на самом деле было утро, а не случайный час ночи. Во-вторых, голова не изображала из себя чугунный котелок. В третьих, Шляпа не помнит последний кошмар, а в руке не лежит полупустая бутылка из-под какого-нибудь тяжёлого спиртного.
Ясный ум и трезвый разум. Шляпа чувствовал себя почти счастливым.
И всё-таки это был не рай. Рай не выглядит как пыльная квартира, и с животными в него не пускают. Ну, либо это какой-то неправильный рай. Однако даже у этого рая существовал свой ангел. И ангел этот, судя по глухому журчанию воды из ванной, сейчас принимает душ.