Редко, когда сон протекал без жутких воспоминаний о совершённых им кровавых убийствах. Кошмары возвращали Шляпе память о тех днях, когда он находился в блаженном беспамятстве. Таким способом протекал до звона в ушах гадкий побочный эффект от полученной… свободы. О «побочке» Рашида не упоминала. Но она, вероятно, и сама об обратном эффекте не догадывалась.
С другой стороны, ему, наверное, ещё повезло: если бы все воспоминания о потерянных из жизни днях вернулись в одно мгновение, Шляпа, как пить дать, сошёл бы с ума. Была б его воля, он бы предпочёл вообще ничего не вспоминать.
— Совсем не выспался, голубчик? — Бабушка, теперь уже сидевшая на освобождённом месте и положившая сумочку на колени, и не думала отставать. Ненароком подумаешь, мол, злорадствует.
Шляпа приподнял голову. Снова клюёт носом. Так дело не пойдёт. Нужно взбодриться и срочно.
— Да-а… — он прикрыл рот рукой, беззвучно зевая — ночные смены губят, понимаете?
— Беречь себя нужно, голубок. Днём работать, а ночью спать. Таков уж человек, милочек, — И улыбалась ещё так… Точно злорадствует. — Вот, возьми-ка… — Женщина принялась копаться в своей розовой сумочке.
Шляпа заинтересовался. Неужто чашечку кофе достанет?
— Вот! Должно помочь! — из сумочки она вытащила… сосательную конфету в прозрачной обёртке. — Бери, бери, милок!
Шляпа посмотрел на бабушка и сразу понял: отказу предложение не принадлежит. Что ж, принять сладость от старушки не слишком-то зазорно. Он и принял, аккуратно взяв конфету пальцами. Сладость лишней не будет.
— Спасибо, — кивнул Шляпа.
Тут он задрал маску и закинул распакованный леденец в рот. Зелёное кислое яблоко. Пойдёт. Вновь опустил маску.
На странные действия Шляпы внимания никто не обратил. Вместо них окружающие видели, как он буднично чешет щетинистый подбородок. Иллюзия всегда с ним. Создатели или конструкторы Шляпы явно поработали на славу, дабы их продукт не вызывал излишнего внимания на людях. Перевыполнили план, сказал бы Шляпа.
Кислятина от конфеты немного взбодрила. Бездонные линзы Шляпы медленно плыли по салону вагона-метро в поисках чего-нибудь примечательного. Примечательное приходилось искать в пассажирах. Вот, например, молодой парень с капюшоном на голове читает… Лавкрафта. Шляпа любил творчество Лавкрафта. Непонятно почему, ведь его книги он никогда не читал. Ну, когда-нибудь исправит этот нюанс. Линзы плывут дальше… Маленькое пушистое создание — шпиц на поводке у высокого старика. У Шляпы тоже есть пёс. Не шпиц, разумеется.
Пуговки глаз шпица встретились с пуговицами Шляпы. Вопрос, как животные видят Жнецов, остаётся открытым.
Животное Шляпе быстро надоело. Его любопытные «глаза» побрели дальше.
Молодая девушка. Студентка, вероятно. Симпатичная короткая юбочка, превосходная талия, милая грудь и… Табло. Нет, не её табло, а информационное. Отвести взгляд от табло не получалось. Сначала Шляпа не понимал, почему он, дурак такой, смотрит на цифровые красные строки, игнорируя соблазнительную юбку.
Тумблер в голове звонко щёлкнул. Шляпа выпрямился. Он прошляпил свою станцию.
Рождение отвратительного умозаключения произошло одновременно с прибытием поезда-метро на очередную контрольную точку, о чём оповестил пассажиров металлический голос из динамиков. Панельные двери разъехались в стороны, и Шляпа с раздосадованным кличем «ох, м-мать!» пулей выскочил из вагона под возмущённые возгласы протараненных им пассажиров. Рукой он придерживал свою шляпу, ведь себе бы он ни за что не простил её потерю.
Через гущу недовольных и уставших людей он впопыхах пробирался к заветным эскалаторам. На них он взял небольшую передышку. Пока ступени медленно поднимались в сторону рая, Шляпа в уме прикидывал, как быстро ему придётся бежать через улицы оживлённого вечернего города.
Фрэнк заканчивает смену ровно в восемь вечера. Полчаса занимает его путь пешком от места работы до дома. Плюс минус пять минут, если решит заскочить по пути в свою любимую кафешку. Часы на руке подсказывали, что смена Фрэнка кончилась 11 минут назад. У Шляпы есть девятнадцать минут. Плюс ещё пять, если Фрэнк голодный. Весьма хорошие шансы, с учётом, что бегает Шляпа неплохо. Проблемы с одышкой он никогда не испытывал и юрким был будь здоров. На предыдущем месте работы бегать приходилось часто. Тело помнит, а навыки не пропьёшь. Он всегда догонял. Хватку Шляпа не потерял, и этот раз исключением не станет. Догонит.
На свежем воздухе Шляпа затормозил и дождался, пока рассеется толпа.
Бредущие мимо блеклые силуэты людей преследовали свои скучные цели, позабыв о мечтах; от огней светофоров и надоедливых рекламных вывесок болели глаза, а от рёва бурного автомобильного потока закладывало уши. Привыкнуть можно. Если постараться, то и нравится начнёт. Шляпа, например, привык давно и быстро. Абстрагирование от ненужных деталей, звуковых и световых помех для Шляпы весомого труда не составляло. Он быстро определил улицу, на которой находился. Составил в голове оптимальный пеший маршрут до дома Фрэнка, прикинул, как быстро и насколько осторожно придётся бежать… И снова рванул сквозь чёрную толпу, обдумывая на ходу, какой метод ведения диалога ему стоит подобрать для Фрэнка.