Он бы испытал облегчение от того, что не придётся изучать незнакомый ритм. Этот ритм он знал. Нередко приходилось с таким сталкиваться. Процесс устранения помехи не займёт много времени.
Он дикая вычислительная машина. В Его голове нет нулей и единиц. Только обострённые до совершенства инстинкты.
Ритм сменился с основного на второстепенный. Он начал действовать.
Демон мало что успел понять, когда чёрная фигура, до сего момента неподвижно стоявшая на месте, нанесла колющий удар неизвестным острым объектом в то место, где у обычного человека находится левая почка. Этот первый удар лишил врага магической боеспособности. Нож с лёгкостью вышел из тела демона, и Он перерезала ему сухожилия на правом крыле. Теперь не улетит.
Далее вывихнул ему правую руку. Демон правша.
Третьим ударом Он перерубил демону голосовые связки. Не загогочет. Подмоги не будет. Из шеи демона хлынула кровь, но ранения такого рода, как известно, для смерти демона будет маловато. Поэтому чёрная фигура не останавливалась.
Четвёртый удар оказался тупым, нанесённый кулаком в правый висок демона. Удар сбил координаты в голове Пика (на тот случай, если демон хотел призвать портал и оказаться подальше отсюда).
Пятый удар снова оказался нанесён ножом — в самое сердце демона. Пика оказался зажат между чёрной фигурой и кирпичной стеной. Демон пока оставался жив, ведь сердца у него нет. Этот колющий удар пронзил кителу — демонический орган или запасной источник магических сил демонов Пика. Гарантия, что пернатый точно не выкинет неожиданный фокус.
Нож больше не пригодится.
Последним штрихом стало разможение черепа демона об кирпичную стену здания. Казнь длилась не дольше пятнадцати секунд. Помеха устранена.
Израненное магическое создание свалилось к ногам чёрной фигуры. Из груди демона торчала рукоять ржавого кухонного ножа.
Он нашёл этот нож среди кучи мусора и хлама, только чтобы подготовиться к устранению второстепенной помехи. Он мог бы израсходовать несколько пуль, но тогда основной ритм принадлежал бы корректировки, а у него нет на это времени — Линкольн Континенталь подъедет к борделю через несколько часов.
С устранением основной цели придётся повременить. Сегодня слишком много неблагоприятных факторов для охоты.
***
…Каждый из них имел белые осколки в своей сущности. Кто-то в большем, кто-то в меньшем количестве.
Но только у самого первого из них повреждена оболочка.
«Помада суккуба»
Бордель.
Стиль. Шляпа имел свой стиль. Он любил свой стиль и почти ему не изменял. Поношенное временем коричневое пальто отлично подчёркивало его массивные и острые плечи. Крепкие руки он по старой, как мир привычке, прятал в глубокие карманы пальто и изредка, в основном в холодные времена, надевал перчатки из твёрдой кожи. Обувался, по обыкновению, в тяжелые коричневые ботинки. На шею любил накинуть синий тёплый шарф. Можно подумать — мёрзнет. Ага, в плюс двадцать пять.
Запашок от Шляпы в такую жару, наверное, соответствующий. Как бы не так. Шляпу не мучают ни жар, ни холод. Пахнет от него разве что затхлым пальто. В грустные дни подключается запах перегара. Зато не курит.
От того стильный Шляпа косо поглядывал на менее стильную Пандору. Почему-то девушка продолжала ходить в строгих офисных брюках, в своём фирменном пиджаке и белой рубашки. В первый раз Шляпа воспринял Пандору за ассистентку какого-нибудь бухгалтера, а она, оказывается, Куратор с заглавной «К». Впрочем, хрен редьки не слаще. Может, на Пандоре сказываются излишки серьёзного дресс-кода, когда-то имевший место быть в Чистилище. Шляпа видел, как девушка щёлкала пальцами, отчего одежда на ней менялась новыми нарядами. Образ себе она выбирала долго и прямо в салоне Линкольна. Принаряжалась Пандора до тех пор, пока на неё не прикрикнул Шляпа, когда из-за очередных магических искр, летящих во все стороны, он чуть не стал зачинщиком ДТП. Пандора в последний раз щёлкнула пальцами и предстала в образе молодой офисной сотрудницы. Вполне возможно, что таков выбор одежды был обусловлен местом, в которое они направлялись. Деловая встреча как-никак.
Пандора пыталась скрыть свои переживания. Получалось у неё скверно. Шляпа улавливал неспокойное настроение спутницы, но прикасаться к её переживаниям не планировал. Во-первых, не его собачье дело, какие там потаённые страхи хранит девчонка. Во-вторых, прикасаться к чувствам опасного человека — гиблое дело. Игра с бомбой. Поражение принесёт травмы. Иногда несовместимые с жизнью. Шляпа не сапёр. Наконец, в третьих, Шляпа и сам немного переживал. Впервые он работал на себя. Собственная выгода пьянила и пугала. Когда ему ещё представиться такая возможность — взять что-то в свои руки? И взять не абы какой бокал с крепким виски, не рукоять Кольта или топора, а нечто… нечто важное. Цена чего не измеряется в количестве зелёных банкнот. Если Пандора чувствует то же самое, то Шляпа её понимал и не имел права осуждать. Всё-таки они вычёрпывают воду из одной лодки.