– Что кто-то особо любящий посвящать всех в свой ближний круг огребет через месяц! – с шипением выплевывает слова девушка, и я запоздало припоминаю, что Анубис стал общаться сразу со всеми без каких-либо подготовительных речей.
Какой прокол со стороны Осириса. Мне его даже жаль. С другой стороны, разборки с разъяренной фурией могут прийтись ему по душе. Это уже их личное дело
Во время монолога Хани мужчины деликатно молчат. Нехотя открываю глаза, поднимая голову и пытаясь обнаружить местонахождение Тео. Он все там же, то есть, сверху, просто сложил руки вместе, а рассеянный взгляд направлен куда-то вниз, в пустоту.
Я возвращаюсь к Хани и уточняю:
– По поводу нововведений.
Хани набирает полную грудь воздуха, практически сразу же шумно выдыхает и придирчиво рассматривает некроманта. Кажется, я знаю, какой психологический прием за этим последует: она поднесет руку к подбородку и начнет сканировать мужчину с ног до головы.
Мне интересно, поведется Тео на провокацию или нет. От него приходит ответная реакция. Если бы я могла в данный момент видеть его, наверное, столкнулась бы с улыбкой. Похоже, орешек оказался не по зубам даже нашему воину.
– И как теперь мужчин при нем обсуждать? – с досадой резюмирует Хани спустя некоторое время.
– Вопрос, конечно, интересный, – я упираюсь подбородком в ладонь, прикрыв губы указательным пальцем, и изображаю усиленную мыслительную деятельность. – Будем игнорировать?
До слуха доносится отчетливый смешок некроманта. Спектакль мы разыгрываем уже не первый раз. Сейчас его прерывает Боно. Босс смотрит на Теодора и предлагает:
– Молодой человек, а вы любите кофе?
– Сложно ответить на ваш вопрос спустя триста лет, проведенных за Гранью, – смущенно улыбается Тео, когда я бросаю на него мимолетный взгляд.
– Как ему это удалось? – шепчет мне подруга, наблюдая, как Боно с довольным видом подскакивает с места и мчится к обеденной зоне.
Попутно босс забирает наши чашки, чтобы сварить новую порцию кофе. Появление Кельвина Джонса, к сожалению, наш напиток сделало непригодным к употреблению. Боно такого не терпит.
– Поможете? – под наши изумленные взгляды Боно достает из-под стола рядом со шкафчиком Люси табурет «для особых случаев» и, передавая его в руки Тео, кивком головы показывает на свободное место рядом со своим креслом.
Некромант перехватывает предмет интерьера и в несколько шагов переносит туда, куда указал босс. Он не видит нашего молниеносного переглядывания, которое может означать только одно: Боно принимает нового члена команды. Сейчас, возможно, произойдет не совсем приятный разговор по поводу связей Тео с советом, но конечный результат мы уже знаем точно. Поэтому, не сговариваясь, поднимаемся со своих кресел и летим к Боно. Помогать разливать новый кофе в чашки и разносить к столу, за которым, осторожно примостившись на табурете, нас ожидает Тео. Лично я по-своему хочу поблагодарить босса за оказанное некроманту доверие, ну а Хани, после всего, что я о нем рассказывала, мечтает узнать побольше сплетен.
– Летите, птички мои, дальше я справлюсь, – подхватывая мою и свою порции, позволяет нам с Хани взять оставшиеся.
И мне достается то, что предназначено Тео. Улыбнувшись ему и получив благодарный взгляд в ответ, я ставлю перед мужчиной чашку и возвращаюсь на свое место, где меня уже ждет дымящееся чудо. Боно, тем временем, огибает некроманта и садится в свое кресло, отпивая первый небольшой глоток, а затем пытливо смотрит на соседа:
– Теперь можете пробовать, мистер Кейн.
– Если можно, Теодор, – отзывается наш новый «целитель». – Я со времен работы в совете не люблю официальные обращения. О, – после снятой пробы он отклоняется от чашки и со смущенной улыбкой смотрит на Боно. – Вкус вроде тот же, но какой–то дополнительный элемент делает ваш кофе необычным…
Боно недоуменно глядит в ответ:
– Сахар?
– Корица? – добавляет Хани, поглядывая в свою чашку, словно там есть что-то отличное от содержимого напитка Тео.
– Забота,– улыбаюсь я, точно зная, что именно подразумевает некромант.
Впервые после пробуждения мы с ним обмениваемся понимающими взглядами, и у меня радостно перехватывает сердце. Смотря на открытую улыбку Тео, я осознаю: все только начинается.