– Для расширения твоего кругозора, Хани, – строго и немного насмешливо отвечает на выпад мужчина, – смею заметить, что стражи магами не являются: мы не раскрываем в себе дара, мы с ним рождаемся. И иллюзия входит в арсенал приемов, помогающих бороться с некоторыми чересчур увлеченными душами на той стороне Грани. Обычно они считают, что перешли черту смерти не в то время и не в том месте.
Я злорадно усмехаюсь: становится приятно оттого, что не одна я пострадаю от чрезмерной увлеченности Анубисом своей работой. Справедливость должна быть во всем. Равновесие!
Сури собирается и достает из плечевой сумки набор инструментов, кровожадно глядя на стража:
– Ложитесь, пациент! Все равно никого толкового на эту роль я больше не вижу.
Анубис встречает предложение с хмурым видом, однако подчиняется, на ходу предупреждая:
– Естественные условия подразумевают под собой приближенные к концу света, так что на месте воина я бы не расслаблялся, – будто в подтверждение его слов с грозового неба срывается молния и летит прямо в нашу четверку.
От испуга я зажмуриваюсь. Не хочу умирать раньше срока. Не хочу даже тренироваться в таких условиях. Однако проходит минута, другая, а неожиданного окончания жизни не наступает. Я открываю глаза и вижу, почему произошла отсрочка неминуемой гибели: Хани стоит посреди защитного купола, охватывающего нашу четверку, подняв глаза к небу и удерживая защитную конструкцию дрожащими от усилий руками.
– Неплохо, – Анубис ехидно смотрит на нее, – но ты потратила слишком много усилий, хотя, если бы начала плести защиту раньше, быстрее бы сориентировалась. Да и сколько вообще сможет выстоять твой купол при такой отдаче? – снисходительно добавляет он.
– Продержу столько, сколько потребуется, – без тени сомнения в голосе произносит Хани. – Делайте, что нужно!
Анубис переводит взгляд на меня:
– Ходящая, твоя задача – в максимально короткий срок вытащить отмеченную руной возвращения душу и вернуться сюда. Осирис предупрежден, но его пост пройти обязательно. Поторопись – это в интересах твоих напарниц.
Я молча киваю, рассматривая колыхающиеся рядом со мной куски полотен Грани. Нужный нахожу почти сразу. Он, как и всегда, немного отличается от остальных. Не раздумывая, отвожу в сторону и ныряю в эфир. После почти недели бездействия, три дня которой провалялась без сознания, погружение в граничную ткань вызывает в душе восторг. Я соскучилась по работе! Нет сейчас в мыслях ни тревоги за очередного попавшего на изнанку нефилима, ни раздумий о Тео, непонятно как ведущем себя по отношению ко мне, и даже странное притяжение к ирису покидает тело и душу. Наверное, изнанка и есть моя стихия, раз за ней не остается ничего, кроме работы, к которой стремится сердце.
Мне нужно к Осирису. Его пост должен быть рядом, думаю я, когда в голове раздается мягкий, чуть хрипловатый голос стража:
«Добро пожаловать, маленькая! Я успел соскучиться по тебе. Все хорошо?»
«Если ты о возвращении с того света, то да, вполне, – я улыбаюсь собственным мыслям. – Только мне сейчас нужно поскорее найти необходимую душу, иначе Анубис спустит три шкуры с девочек снаружи».
«Тогда поторопись, – отвечает Осирис. – Если он разозлится, тренировка может оказаться бесконечной…»
«Поняла», – отвечаю я, и тут же показывается пост стражей.
Осирис ласково улыбается, я приветствую его кивком головы. Прохожу мимо, времени в обрез. Я, конечно, доверяю Хани, как самой себе, но подставлять подругу лишними движениями тоже не хочется. Я должна как можно скорее найти душу, отмеченную руной.
Из уроков Агазона я помню, что руна возвращения одевается не на целые души, а на частички, которые, по тем или иным причинам, внезапно оказываются за Гранью. Я вспоминаю, что моя собственная душа такая же. Именно рунам Тео, скорее всего, и смог собрать ее раздробленные кусочки в одном месте и потом вернуть мне. Сама руна ничем не примечательна, после нанесения на частицу души она растворяется в светящемся облачке энергии, однако визуально определить наделенный печатью сияющий шар можно по опоясывающей его «восьмерке» из такой же основы. Это как защита, не дающая раздробиться сущности.
Зову пленницу, и она не заставляет себя ждать: видимо, слишком велико желание хозяина оказаться снаружи. Протягиваю руку, и она моментально впитывается в кожу. Теперь можно и на выход.