Я нахмурилась, не понимая, что означает подобное признание. По счастью, Китан продолжил:
- Все мои инстинкты срабатывают на тебе так, как если бы я встретил свою истинную пару, будь ты волчицей и не будь всё это красивой сказкой.
- Но я всё же человек, - уточнила я, напоминая очевидную вещь, - даже с измененным геном обрастать шерстью я никогда не стану.
- Да, человек, - согласился альфа и, будто бы не удержавшись, заправил мне за ухо особо непослушную прядь. - В противном случае мои метки изменили бы твой запах, и другие ликаны перестали бы реагировать на тебя так, словно ты самый лакомый кусочек на свете.
Должно быть, от удивления мои глаза стали круглыми, как хоккейные шайбы, и такими же большими. Я даже села, взволнованно прижав руку к свежему, чуть саднящему укусу.
- Может, так и должно быть? - Мне очень захотелось расспросить Китана подробней. - Ты прежде кусал человеческих женщин?
Конечно же, я имела в виду не простую любовную игру для тех, кто любит погорячее, а так называемую брачную метку оборотней.
- Нет. - Ридж повторил мою позу, и мы снова уставились друг другу в глаза, словно пытаясь таким образом отыскать недостающие ответы. - Никогда прежде не возникало подобного желания.
Его взгляд сделался тяжелым, практически одержимым.
- Зато с тобой мне очень трудно держать себя в руках, - признался он.
- Почему? - почти что прошептала я, вдруг испытав невероятное смущение.
- Отчасти потому, что зверь внутри меня требует сделать так, чтобы другие ликаны обходили тебя стороной. Зверь во многом мыслит примитивно и считает, что, пытаясь тебя пометить, я просто плохо стараюсь…
Может, это и было неуместно, но я засмеялась.
- Похоже, Пушистик у нас настоящий деспот, - не удержалась я от шутливого комментария, хотя разговор шел очень даже серьезный.
Ридж криво усмехнулся, отчего тут же сделался похож на классического плохиша, убийственно сексуального и о-о-очень опасного. Моё бедное сердце в очередной раз пропустило удар. Захотелось срочно, хотя бы немного, защититься от этой сметающей все мои внутренние барьеры истинно мужской притягательности. Но разве возможно заслониться от подобного?
Поэтому я не придумала ничего лучше, чем просто посильнее завернуться в сбившееся под нами покрывало.
Сразу стало спокойнее. Китан напротив и не думал стесняться своей наготы. При этом я так и не поняла, когда он успел не только полностью раздеть меня, но и раздеться сам. Однако стоило признать, что обнаженным он чувствовал себя крайне вольготно. В отличие от меня. По характерному жару на лице, я поняла, что от подобного зрелища у меня снова начинают розоветь щеки.
- На самом деле это проблема, - перенеся вес тела на правую руку, отчего на ней тут же обозначились и пришли в движение внушительные мышцы, сказал Ридж и нахмурился. - Так как это определенно больше чем просто внешняя привлекательность. Хотя ты, бесспорно, и чертовски горяча, что трудно было не заметить с самого начала.
Он снова кривовато улыбнулся, похоже, просто наслаждаясь моим смущением. Тут же захотелось огреть его, к примеру, подушкой, что, конечно же, выглядело бы ужасно по-детски. Поэтому я сдержала свой порыв, от внутренних усилий прикусив нижнюю губу.
Китан практически залип на моем рте, точно он его тотчас загипнотизировал и лишил способности связно мыслить. В груди разлилось темное, сугубо женское удовлетворение. Мне тут же захотелось проверить масштабы своей власти, и я как бы невзначай провела по прикушенной губе языком.
В ответ Ридж приглушенно зарычал, сверкнув золотом волчьих глаз. Его зверь снова рвался на свободу и, похоже, совсем был не склонен к пустому флирту.
- Нет-нет-нет! - замахала я руками, отпрянув, едва оборотень стал сокращать расстояние между нами. - Мне нужно отдохнуть. И не мешало бы договорить.
- Тогда перестань меня дразнить, - потребовал Ридж, указывая на свой пах, где всего секунду назад расслабленная плоть вновь обретала угрожающую твердость.
- Все ликаны такие похотливые?
- Тебе в самом деле хочется это обсудить? - в голосе волка звучало раздражение.
Я улыбнулась и пожала плечами.
- Так что там насчет «проблемы»?
- Пока у меня нет ответа, как её решить, - хмуро ответил он и, чертыхнувшись, схватил лежащую у изголовья кровати подушку, прикрыв свой выдающийся стояк.