- Тогда я пошла, - бодро сообщила Белла и походкой профессиональной модели проследовала к выходу. Но не достигнув его, вдруг затормозила и, развернувшись на каблуках, воскликнула:
- Чуть не забыла! - Её ладонь скользнула в задний кармашек лосин, и она ловко выудила из него узкую полоску бумаги. - Конвент просит представить ему твою гостью. Кажется, завтра. В час дня. Признавайся, что за важную персону ты ото всех тут прячешь?
Голос Беллы звучал кокетливо, но по мрачному виду Кита я сделала вывод, что новость волчица принесла недобрую.
Наконец брюнетка протянула руку с официальным уведомлением, и Ридж с хмурым видом подошел его забрать.
- Кто тебе это дал? - отрывисто спросил альфа.
- Зак, шофер Домара, мы случайно встретились у магазина. Он узнал, что я собираюсь к тебе заглянуть, и попросил тебя пригласить.
- Что ж, можешь ему отчитаться об успешно проделанной работе. И верни мне ключи.
Белла растерянно заморгала, обиженно надув пухлые губы.
- Но как же тогда мама сможет следить за порядком?
- Разберусь с этим позже. Пока пускай запасной комплект побудет у меня.
- Ладно. Как скажешь, - утратив прежний задор, протянула красотка.
Я же про себя только порадовалась подобному развитию событий. Мне ужасно не нравилась сама мысль о том, что в любой момент кто-то из них сможет явиться не то что без приглашения, а даже предварительно не постучавшись в дверь.
Не знаю, какими соображениями руководствовался на сей счет Китан, так как, похоже, до сообщения о требованиях конвента забирать ключи у дочери Роны он явно не собирался.
В итоге вложив в раскрытую мужскую ладонь тихо звякнувшую связку, Белла ушла. Вот только разлившееся в воздухе напряжение никуда уходить не собиралось.
Китан все больше хмурился и будто избегал на меня даже смотреть. Он прошел на кухню и молча принялся перекладывать продукты. Я не придумала ничего лучше, чем присоединиться.
Мы слаженно работали в четыре руки, не произнося ни слова. Наконец мне это надоело.
- У Беллы просто поразительный цвет глаз. Практически оранжевый. Может, это линзы?
- Нет, - спустя, должно быть, целую минуту ответил Ридж, - это отражение её зверя. У некоторых из нас животные черты проявляются не только во второй ипостаси. Это считается признаком особой силы. Хотя бывают и исключения.
- Значит Белла сильный оборотень?
- Она альфа-самка.
- Прекрасно, - буркнула я себе под нос, - только альфа-самок мне и не хватало!
Разумеется, моё бормотание не было предназначено для чужих ушей, однако благодаря своим обостренным органам чувств Ридж его легко услышал. У этого негодяя даже хватило наглости тихо рассмеяться. Словно его недавняя угрюмость мне только почудилась.
- А что за приглашение она тебе вручила?
- Совет клана во главе с вожаком у нас называется – конвент, - принялся пояснять Китан. - Как правило, это сборище старших представителей наиболее влиятельных и уважаемых семей, которые имеют привычку совать свой нос во все подряд.
- А зачем им я? - задала я главный вопрос, памятуя о словах Беллы, о том, что те желают лицезреть меня лично.
- Да, собственно говоря, не зачем. Подозреваю, что дело в Домаре.
- В Домаре? - Я лишь отдаленно догадывалась, кто это.
- Домар Сантано, предводитель Морсус - крупнейшего в нашем регионе клана ликанов.
- Значит, к Морсусу принадлежишь и ты?
- Формально. Фактически у меня есть моё дело, ЧВК «Волчий запад», и моя команда. Это единственное, чему я действительно принадлежу, и самое большее, чему когда-либо хотел бы принадлежать, - очень уверенно произнес альфа.
Подобное признание отчего-то, я сама не понимала отчего, больно кольнуло меня прямо в сердце. Наверняка Ридж прекрасно осознавал, что, говоря подобное, очень четко очерчивает характер наших отношений.
Несмотря на свою отстраненность от мира аномальсов, даже я была наслышана, насколько сильно двуликие подвержены стайности, как неодолимо к ней тяготеют и в ней нуждаются.
Но похоже, Китан сильно отличался от своих соплеменников или же шел наперекор собственной природе, не желая быть связанным законами волчьего сообщества ни на грамм больше, чем это необходимо. Что уж говорить обо мне, случайной, пускай временами и приятной проблеме, ненадолго заглянувшей в его налаженную жизнь, лишенную ограничивающих привязанностей.