Я всегда знала, что у нас нет и никогда не могло быть будущего. Я даже постоянно себе об этом напоминала, словно мазохист, то и дело проворачивая нож в из без того наболевшей ране. Все для того, чтобы помнить, не позволять себе забыть о действительном положении вещей. А меж тем забыть было так легко. То сумасшедшее притяжение, которое постоянно пульсировало между нами, делало слишком соблазнительной идею о том, чтобы расслабиться и наконец позволить себе с головой погрузиться в розовый кисель наивных девичьих фантазий.
В детстве, я точно знала, что отец очень меня любит. Об этом говорили все вокруг. Он сам. Тётушка. Воспитатели и учителя. Наши хорошие знакомые. Это было столь же реально, сколько и его вечная одержимость наукой. Своими секретными революционными проектами. Я очень старалась бороться с собой, но все равно ничего не могла поделать с тем, что всегда ощущала себя на втором месте.
Это не замечалось, когда была жива мама. Тогда меня не слишком-то волновала папина погруженность в дела своей исследовательской группы. Я воспринимала его просто, без затей. Таким, каким он был. Как воспринимала дождь или рассвет. А затем мамы не стало. И я перестала быть чьим-то центром вселенной. Умом я понимала, что мне не на что жаловаться. Но в душе… В душе появилась болезненная пустота, которая никак не желала заполняться.
Самое страшное, что в какой-то момент я вдруг стала ловить себя на мысли, что рядом с Китаном чувствую себя удивительно наполненной. Как будто прежде нарушенная картина мира наконец обрела свою исцеляющую целостность.
Забавно, но подобные идеи в принципе всегда претили моему свободолюбивому характеру. Я никогда не придерживалась мнения, что без мужчины женщина всего лишь фрагмент - не имеющий смысла и достойной цели осколок личности - обреченный на несчастье и бесполезное существование. Меня даже оскорбляла легенда «О половинках», так как на мой взгляд она внушала людям якобы романтичную, а на самом деле губительную иллюзию об их собственной неполноценности.
И что же в остатке? Как так вышло, что теперь буквально каждой клеточкой своего тела я стала ощущать свою принадлежность - и к кому? К аномальсу! Оборотню. Волку.
Мне было так ошеломляюще, сокрушительно хорошо рядом с ним, что я боялась даже думать о том моменте, когда нашему пребыванию вместе наступит конец.
А в том, что Китан не захочет ломать ради меня свою отлаженную жизнь, я ни секунды не сомневалась.
Ведь не поменял же её ради меня отец.
________________
*Имеются в виду оборотни семейства кошачьих. Существуют разные их виды, например, вер-тигры или вер-рыси.