— Довольно! — женщина резко оборвала хвалебную речь барда самому себе, но увидев, что мужчина даже немного протрезвел от неожиданности, немного смягчила тон. — Довольно слов, мастер. Порадуйте же досточтимую публику и меня своим талантом. Хотелось бы услышать ваш чарующий голос. И не только мне, пусть все собравшиеся здесь приобщаться к высшей форме искусства.
Алчно блеснули глаза норда, когда тонкие и длинные пальцы подтолкнули в его сторону пару золотых монет, которые тут же скрылись в складках одежды. Боудика понимала, что мужчина запомнил щедрую красавицу и после того, как все закончится, в Вайтран ей путь заказан. Если план удастся единственное, что ждёт её в этом городе - казнь. Никакие штрафы не перекроют смерть сына командующего Марона.
***
Его губы были жёсткими. Нетерпеливые поцелуи сменялись судорожными вздохами, а руки никак не могли остановиться на одном месте. Они блуждали по платью женщины, исследуя все, до чего мог дотянуться их хозяин. Это оказалось легко, слишком легко. Боудика даже заподозрила подвох, пока не поняла, что Марон не раскусил её, а всего лишь слишком сильно желал. Две недели в пути с короткими передышками на сон и еду тяжёлое испытание, даже для бывалого воина.
Разведка у тёмного братства работала отлажено. По сообщениям соглядатаев, Гай вёл себя скромно и сдержано. Поэтому нордка нервничала. Она не была уверена, что привлечёт его внимание. В конце концов, ассасины не часто прибегали к подобным методам. Проще всего было подкараулить жертву в темной подворотне или на тракте. Но в этот раз задача состояла в том, чтобы цель лишилась жизни в одном из крупных городов. Именно поэтому в голову новоиспечённого «слышащего» пришла такая идея. Соблазнить и убить, а затем тихо выбраться из города. В ином случае пришлось бы отбиваться от толпы желающих порезать её на лоскуты за смерть Марона.
Компрометирующее письмо плавно скользнуло во внутренний карман туники. А рука мужчины тем временем все же смогла найти дорогу под несколько слоёв ткани, прикрывающей бедра женщины. Чужие губы опалили шею страстным поцелуем, от которого останется след. Надзиратель секретной имперской службы кололся многодневной щетиной, но с каждым прикосновением и новым поцелуем, Боудика обращала на это все меньше внимания. Неожиданно процесс начал становится все более увлекательным. У неё не было при себе оружия, её план изначально предполагал отобрать его у цели. Женщина уже исследовала все, до чего смогла дотянуться, но не нашла даже кинжала.
Туника мужчины полетела на пол, довакин не без восхищения прошлась взглядом по подтянутому, смуглому торсу. Имперец был в прекрасной форме и созерцая, как напрягаются мышцы под его кожей, Боудика не заметила, как её платье соскользнуло с плеч, опустившись на деревянный пол. Хриплый стон сорвался с губ, когда язык имперца коснулся соска. Ноги начали дрожать и она упала бы, если бы не была крепко прижата к стене. Довольно внушительное мужское достоинство, было прижато к её животу и ассасин чувствовала, как оно пульсирует в нетерпении, даже через плотную ткань штанов своего обладателя. Мысли понеслись, сменяя одна другую, никакого оружия она уже не достанет. Остаётся, надеется, что представится другой шанс, расправится с имперцем, не поднимая шума.
Неожиданно Марон подхватил её под бедра, и быстро взвалив на плечо, понёс в сторону кровати. Ложе было застелено шкурой, которая тут же защекотала обнажённую спину. Но пока мужчина с лукавой улыбкой стягивал штаны, Боудика заметила блеснувшее в пламени свечи лезвие короткого кинжала. Он спокойно лежал на тумбе, недалеко от кровати. Довакин попыталась приподняться на локтях, чтобы лучше рассмотреть вожделенный предмет, но имперец расценил её действия по-своему. Женщина не успела ничего предпринять, в неистовой страсти мужчина буквально вдавил её в не очень мягкий матрас, набитый соломой, которая тихо зашелестела, снимаясь под весом любовников.
Первый, резкий толчок буквально выбил воздух из лёгких. Имперец не хотел медлить. Его руки, схватившие партнёршу за бедра, дрожали, выдавая сильнейшее напряжение. На лбу выступила испарина, было видно, что он все же сдерживает себя, чтобы не причинить боль, но на коже все равно останутся следы. Вырваться из стальных тисков было невозможно. Мужчина уже вошёл в раж и не отпустит её, пока все не кончится, но Боудика не хотела это прекращать. Ей нравились сильные руки, твёрдая плоть и животная страсть в глазах имперца. Лишь одно вызывало сожаление. Эту ночь нельзя будет повторить. Исход будет один, кто-то из них умрёт сегодня. Резкий вскрик удовольствия вырвался сам собой, когда его губы обхватили сосок. Имперец слегка втянул его и обвёл кончиком языка. Это выбило все мысли из головы. Но мужчина и не думал останавливаться на этом, переключившись на второй, движения его языка вызывали неконтролируемую дрожь по всему телу и волну невероятного удовольствия. Боудика запустила свои пальцы в жёсткие тёмные волосы Гая, не давая ему, отстранится и прекратить. Это будто послужило сигналом, мужчина начал двигаться быстрее и жёстче с каждым толчком заставляя свою партнёршу стонать все громче. Ассасин на секунду подумала, что надо бы прикрыть рот, чтобы не оповещать всю таверну, как Гай Марон проводит вечер, но на это не было сил.