Съехав по шероховатой стенке, все еще держа его в своих объятиях, вывернулась так, чтобы тащить вампира на выход. Подхватив под подмышки, волоча по грязному ковру, не думая ни о чем остальном кроме помощи, медленно двигалась в сторону улицы.
- Сейчас тебе станет легче. Ты же сильный. Да? Прошу, ты очень нужен мне. Проснись. Не делай этого со мной. Не покидай меня. Прошу. Пожалуйста.
И все стало разваливаться на части снова . . .
Время не лечит
- Чертов кровосос! Думаешь все дозволено, раз начальство с тобой яшкается? - новобранец третьей группы ошарашенно зажимал кровоточащую рану на ноге. - Да ты ни черта не можешь, кроме убийств себе подобных!
Сплюнув в мою сторону, не беспокоясь о белизне тренировочных матов, довольно посмотрел на остальных. Подпуская к себе медбрата, шикнул от боли, пока я закончив разминку, нацепила на себя пару ограничителей по силе. Напряжение витало в воздухе, привычно оттягивая плечи и застывая в легких вместе с воздухом.
Развернувшись, прошла в гнетущей тишине к кофте сквозь быстро раступившихся охотников. Стремясь избежать прикосновений, отходя в разные стороны, даже не скрывая где-то недоверие, подозрительность или неприязнь, они избегали любого контакта. Лишь один боец, прибывший совсем недавно, жалуясь окружающим, непонимающе скрестил руки на груди. Его недовольство постепенно поднималось подобно пене и вскоре вылилось, встретившись со мной.
Миг, чтобы сократить расстояние и прижать шею с вздувшимися венами к шершавой стене. Увидеть как желание вызова постепенно сходит на нет и зло рассмеяться в белое от страха лицо новобранца.
Вкрадчивый шепот подобно веревке с шипами, обжигает его ухо, заставляя тело окаменеть под напором подавляющей ауры, что вышла на свободу.
- Думаешь, сможешь победить монстра не став подобным? - громко сглатывая, юноша дрожит, не допуская мысли отвернуться. Остальные стоят на месте, пригвожденные к полу, не впервые ощущая темную силу подвластную лишь избранным. Держа в ослабших руках оружие, стараясь создать иллюзию готовности к битве на поражение, ожидают худшего. Но скука сводит все на нет. Стоит лишь припугнуть один раз, как желание сражаться с ними в полную силу пропадает. Отпустив ворот члена третьей группы, покидаю зал, наполняющийся шепотом и проклятиями.
Прошел ровно месяц, как до меня пришло понимание, что время не лечит. Оно лишь притупляет боль, любезно позволяя идти дальше, продолжать жить и изредка предаваться воспоминаниям из прошлого. Поэтому, жажда отречься от этих чувств, пребывая первые пару недель в состоянии овоща, я прибилась к команде охотников. Тренируя ребят, позволяя им не совершить моих ошибок. Невольно сравнивала это с уничтожением себя прошлой.
“Я тренирую их убивать. Создаю оружие, что спокойно уничтожит угрозу на своем пути, а не будет ныть и тащить остальных на дно, желая получить при первой возможности клыками в шею.” - как сказал бы Мортимер.
Кивнув лаборантам, зашла в кабинет дяди Барнза, сразу занимая кушетку под бряцание колбочек.
Говорят, ко мне невозможно было подойти. Пустой отрешенный взгляд. Увеличенные до предела клыки. Словно зверь, обезумевший от утраты. Спасало лишь физическое истощение. Тогда только благодаря другу Ричарда, что смог расположить к себе и вколоть свою новую разработку препарата, я пришла в себя. Конечно сперва провалялась пару деньков с высокой температурой и крича от закольцованной кинопленки страшного события. А потом спокойно встретила Меган, сидящей самостоятельно на постели.
- Даже не буду спрашивать, кто виновен. На твоем месте они не смогли бы встать с койки по прошествию трех дней. - улыбаясь, Лиам набрал из ампулы новый рецепт подавителя. Успев взять еще утром мою кровь для исследований, он закрыл дверь, закрывая от любопытных взглядов подтягивающихся с тренировки охотников. - Ты уверена, что необходимо отказываться от метки? Хорошо подумала?
Кивнув, отвернулась, предварительно закатив рукав. Пусть я не могу полностью отказаться от желания быть более похожей на человека любыми способами, значит это необходимо. Рассказав ему о персиковом пионе на запястье, я попросила его избавиться от нее любыми способами, готовая пойти на риск.