«А у тебя не так много таких людей». Рук отвлек котенка пальцем в перчатке, едва не подняв его с колен Рен, когда тот вцепился в него. Скрежет когтей по коже был почти таким же мягким, как и его слова. «Прости».
Рен удалось изобразить нечто похожее на улыбку. «Это не твоя вина».
У него перехватило дыхание. Затем он осторожно отстранил котенка от себя и обхватил ладонью его ушастую голову, чтобы успокоить. Кончики его пальцев едва не коснулись бедра Рен.
"Ей нужно имя, - сказал он. Я предлагаю что-нибудь вроде «Теневой сталкер» или «Ночная месть».
Эти предложения вызвали у Рен смех. "Кто научил тебя давать имена кошкам? Как насчет Вельвет? Уголь? Торн?"
Он поднял котенка и держал его лицом к Рену. "Торн? По-твоему, это похоже на Торна?"
Котенок вырвался на свободу, но не для того, чтобы устроить еще больший переполох. Она свернулась на коленях Рен в невероятно маленький кружок и положила кончик хвоста на нос. Не задумываясь, Рен сказал: «Умница Наталья».
Хитрая героиня врасценского фольклора. Альта Рената считала глупостью заводить кошку с врасценским именем, но... «Конечно, правильной кошке нужно три имени, по одному на каждую нить колоды узора. Ее публичное имя будет Нокс. А ее тайное имя... оно будет известно только ей самой».
"Как котенок, как хозяйка.
Надеюсь, хозяйка будет спать так же легко».
Рен не смотрела, как он уходит. Она лишь сидела с котенком на коленях, ощущая тепло в том месте, где он коснулся ее щеки перед уходом.
12
Пылающий огонь
Жемчужины и Кингфишер: Лепилун 28
Сон Рен как будто только подчеркнул ее усталость. Переодевшись в Ренату, она снова выскользнула на улицу и вернулась через парадную дверь поместья, но тут же заснула - и, конечно, проснулась от очередного кошмара в стиле Злыдня.
Она лежала с колотящимся сердцем и смотрела на балдахин над головой. Любопытное "мррр?" возле левого уха едва не заставило ее выпрыгнуть из кожи. К счастью, звук раздался раньше, чем усатое сопение, иначе Рен могла бы рефлекторно смахнуть котенка прямо с кровати.
Наталья прошлась по лицу и шее Рен, не заботясь о личном пространстве, и устроилась в щели между плечом и щекой. Ее худенький хвостик дважды прошелся по губам Рен. Затем началось мурлыканье.
Рен заснула, как погасшая свеча. И на этот раз между ним и Тесс, распахнувшей шторы на следующее утро, не было ничего, кроме спокойного сна.
Ощущение хорошо отдохнувшего человека было настолько новым, что сориентироваться в нем удалось лишь через мгновение. Рен сонно моргала от яркого света, наслаждаясь мягкостью постели и расслабленностью конечностей. Зевнув, она потянулась, как кошка, и согнала настоящую кошку, которая возмущенно мяукнула.
Тесс взвизгнула и отпрыгнула назад. Мяуканье перешло в шипение, и Тесс наклонилась, чтобы рассмотреть маленького незваного гостя. "Мать честная, я думала, ты улеглась с крысой! Она неуверенно протянула руку, но котенок отпрянул от нее, укрывшись смятым покрывалом.
Рената успокаивала Умницу Наталью, а Суилис вошла с кувшином воды и наполнила умывальник. "Я нашла ее на дереве, когда была на балконе вчера вечером. Бедняжка, похоже, застряла". Она поймала взгляд Тесс на слове "балкон" и слегка расширила глаза в ответ. Слишком часто их разговоры сводились к этому: намеки на что-то, потому что кто-то еще находился в зоне слышимости. Она оплакивала потерю времени, когда можно было просто сказать, что Рук подарил мне котенка, и наблюдать, как Тесс тает.
Именно это, а также то, что в ее сознании уже сложилась полустертая идея, заставило ее сказать: "Суилис, ты не могла бы принести блюдце молока?" Ее собственный завтрак уже ждал на столе в гостиной, но Рен не знала, сможет ли котенок его съесть. Ее знакомство с домашними животными заканчивалось на крысах, которых Пальцы иногда ловили, чтобы они дрались друг с другом.
"Прошу прощения, Альта, но не думаю, что Тесс поблагодарит меня, если ей придется потом убирать за котятами. Вместо этого я принесу форель". Суилис сделала реверанс и вышла.
В ее отсутствие Рен негромко спросила: "Ты можешь сделать так, чтобы меня не беспокоили? Мне нужно выложить узор".
Тесс осмотрела коридор и, вернувшись, прошептала: "Не здесь. Вчера я поймала Суилис, когда он шпионил в твоей комнате". Ее губы сжались в ровную линию. "Она изо всех сил старалась быть со мной дружелюбной, но теперь я ее понимаю".
Новость заставила Рен вздрогнуть. Если бы Тесс не присматривала за моей спиной... "Может, мне ее уволить?"
После минутного раздумья Тесс покачала головой. "Я не уверена, что она желает мне зла. А даже если и так, не лучше ли, чтобы она была здесь, чтобы присматривать? Нет, у меня есть идея, как с ней справиться. Не волнуйся".
Не успела Рен спросить, что это за идея, как из коридора донесся скрип, означавший конец их уединения. Тесс выпрямилась. "Что ты скажешь о жаккардовом сюртуке с накладным бандо, Альта? Уверена, некоторые сочтут его весьма привлекательным".
Рен попыталась согласиться с намеком о ее таинственном поклоннике, но сердце ее не лежало к этому. Наблюдая за тем, как Тесс суетится вокруг нее, изображая служанку Альты в компании с Суилис, она подумала, что это уже вряд ли можно считать игрой. Не тогда, когда на сцене никогда не было свободного времени. Она никогда не хотела втягивать Тесс в жизнь служанки, делая реверансы и прислуживая собственной сестре... но, хотела она того или нет, именно это она и сделала.
Груз этих размышлений преследовал ее у дверей поместья. И хотя у Рен была целая корзина уловок, способных избавить ее от любого хвоста, ни одна уловка не могла помочь ей избавиться от чувства вины.
Но сцена в Кингфишере вытеснила эти мысли. Если вчера патрули Бдения прочесывали окрестности в поисках сбежавшего Андуске, то сегодня это были патрули Ордо Апис, и они занимались не только прочесыванием. Двор дома Алинки был полон ошеломленных людей и разбитых вещей. Аренза едва успела увернуться от дорожного сундука, выброшенного из окна второго этажа. От удара он разбился, разбросав свадебное белье, куречское знамя Аношкина, связку черных с вышивкой вещей, которые должны были быть чьей-то коззенью, записью о родословной.
Алинка поймала ее за руку и потянула прочь. "Ничего не говори, - предупредила та по-врасценски и потащила ее внутрь. "Они знают, что это дом Грея, и не будут нас беспокоить, но я не хочу испытывать их терпение". Алинка успела бросить последний взгляд на семью, спешно собирающую свои разбитые вещи, прежде чем та решительно захлопнула дверь.
"Что они делают?" спросила Аренза, ее кровь похолодела. "Зачем пришли сюда?"
"Они обыскивают все районы, один за другим. Ищут Стаднем Андуске... и всех, кто мог их приютить".
Как Алинка. Аренза наблюдала за тем, как женщина собирает детей в охапку и целует их в волосы. "Ты так хорошо справилась, Альча. Ты и Ягьи, тихие, как кролики".
Это все из-за меня. Не связь с Андуске - это сделал сам Грей, и Алинка, настоявшая на том, чтобы Кошар остался, пока не поправится, - а внезапные репрессии. И все же, как Рен могла оставить Идушу и остальных умирать?
Она хотела извиниться, но не смогла. Аренза не имела никакого отношения к побегу.
По крайней мере, она могла утешиться планом, который привела в действие. Встреча в поместье Трементис прошла хорошо, и Донайя стала лучше спать благодаря успокаивающему чаю, который приготовила для нее Алинка. Сегодня позже придет сообщение, приглашающее ее и детей приехать вместе с Донайей на виллу в бухте Квиентиса, как только завершится процедура усыновления, а это произойдет чуть позже, чем через две недели. Это позволит им не подвергаться опасности, пока поиски Андуске не утихнут.
"Ты приехала не для этого", - сказала Алинка с решимостью человека, пытающегося притвориться нормальным. Ее ухмылка перешла в наглую. "Но если ты пришла именно к Грею, то его здесь нет".