— Бриндл создал связь с ним, тронул его сердце, научил мыслеречи. После того как люди Клана схватили вас, он нашел нас, рассказал, что случилось, и привел сюда, чтобы вас спасти.
— А ты можешь с ним разговаривать?
— Немного. Достаточно, чтобы понять друг друга, но медленно.
— Я могу ему верить?
Грондин повернул огромную голову к Рии и посмотрел на нее умными глазами, в которых читалось удивление.
— Он тебя спас. Почему тебе ему не верить?
И Грондин поспешно зашагал прочь, чтобы оглядеть раненых воинов.
— Готовь своих людей. Нам надо уходить отсюда, — снова раздался в голове Рии его мыслеголос.
— Но куда? И как? — мысленно спросила Рия огромного воина-Уродца. — Иллимани нас заперли. За спиной река. Бежать некуда.
— Воспользуемся рекой, — ответил Грондин. — Как, ты думаешь, мы сюда попали?
Глава 56
Если аватара дона Эммануэля убьют в этом мире и у него вырежут сердце, что же случится с его телом и сознанием на Земле? Леони понимала, что ничем хорошим это кончиться не может. И она знала, что от нее требуется. Если у нее есть «сила», чем бы она ни была, то нужно использовать ее, чтобы ему помочь.
Дон Аполинар все еще стоял над побитым телом маленького шамана, но тут он резко крутанулся и поглядел на нее, прочитав ее мысли.
— Замри! — рявкнул он. — Я заточаю тебя!
Эффект был мгновенным. Леони осталась стоять и снова не могла пошевелиться, будто залитая алебастром. Ухмыльнувшись, дон Аполинар подошел к ней, помахивая ножом.
— Я вытащу сокровище из твоей головы, — сказал он. — Причиню тебе очень сильную боль. Твое тело в этом мире умрет. А дух попадет в Промежуток, и тебе оттуда никогда не выбраться.
Леони не могла говорить, губы не шевелились. Дон Аполинар снова повернулся к ней спиной, подошел к телу дона Эммануэля и сел на корточки, так, чтобы Леони могла без труда наблюдать, за тем, что он собирается сделать.
— Но сначала я убью тебя, глупый знахарь, — сказал он, поднимая нож. — Заберу твое сердце вместе с его магической силой.
Леони почувствовала, как в ней вскипает гнев. Гнев может быть оружием. Садизм этого подонка зародил в ней желание убить его, здесь и сейчас. Дон Аполинар взял нож двумя руками, острием вниз, и направил его в худую грудь дона Эммануэля. Гнев Леони взорвал ее. Ее тело вздулось, разрывая оковы. Дон Аполинар не успел среагировать. Леони выставила вперед указательный палец правой руки и пожелала ему смерти.
Она и не думала, что это сработает во второй раз, поэтому была совершенно ошеломлена, когда что-то зигзагообразное и сверкающее, как молния, вылетело из ее пальца и ударило дона Аполинара в грудь. Удар отшвырнул его от старого шамана. Дон Аполинар, ахнув от удивления, полетел кувырком и распластался на полу. Раны на его теле не было, но, к радости Леони, Аполинар не только был оглушен, но и выронил нож.
Со скоростью мысли Леони подняла левую руку и наставила палец на оружие, подзывая его. Нож пополз по полу, будто в руке у Леони был мощный магнит, а оказавшись ближе, взлетел в воздух, прямо ей в ладонь. Леони схватилась за рукоять. Теперь у нее появилось гораздо больше шансов убить Аполинара, если, конечно, получится.
Но тот уже встал на ноги. Махнул рукой в сторону девушки, и на нее полетело облачко, похожее на скопление мелких черных жужжащих точек. Леони отшатнулась влево, и они пролетели чуть вперед, но в мгновение ока развернулись и снова нацелились на девушку. Леони начала метаться по залу, пытаясь увернуться и отмахнуться от них руками. Но через несколько секунд они облепили ее, словно сотни пчел.
Только это были не пчелы, а крохотные механизмы со щелкающими металлическими челюстями. Они впились в ее плоть, и она упала на колени, заорав от боли.
Дон Аполинар торжествующе поглядел на нее.
— Я очень могущественный, — снова принялся бахвалиться он. — И очень умный. Моя магия очень сильна, а?.. Идите ко мне, малышки, — добавил он, поманив пальцем, и маленькие черные механизмы вылетели сквозь кожу Леони, снова заставив ее дернуться и заорать от боли. Ее тело покрылось мелкими кровавыми ранками. Аполинар снова взмахнул рукой, на этот раз в сторону дона Эммануэля, и черный рой ринулся к нему, влетая в ноздри и открытый рот. Тело шамана начало корчиться и извиваться, будто его пожирают изнутри.
— А теперь я заберу у тебя сокровище, — произнес дон Аполинар, сгибая пальцы.
— Нет! — заорала Леони. Видимо, этот негодяй настолько самовлюблен и уверен в себе, что забыл про нож, все еще остававшийся у нее в руке. Когда он сел рядом с ней на корточки, чтобы запустить пальцы ей в голову, она ударила снизу вверх ему в пах, сквозь белый костюм. Лезвие вонзилось глубоко и с толчком остановилось.