Проказы лукавого
Жили-были Андрей Васильевич да Людмила Петровна. Он возделывал хлопок, а она пряла пряжу и растила-лелеяла свою любимую дочурку Зиночку.
Андрей Васильевич был ученым агрономом и слыл за человека во всех отношениях примерного, порядочного. Уж кто-кто, а он досконально знал законы развития природы и общества. И можно ли было подумать, что у него в душе найдется такая струна, которую заденет лукавый, и она зазвенит?!
Оказывается, не только на старуху бывает проруха. Долго ль, коротко ль, а лукавый проторил стежку-дорожку к душе Андрея Васильевича. Искусил его, атеиста, самым натуральным образом. Не обошлось, разумеется, без вмешательства Евы во образе законной супруги агронома. Лукавый знает, чем и через кого соблазнять.
Искушение произошло отнюдь не в пору первой молодости. Тут как нельзя под стать поговорка: «Седина в бороду — бес в ребро»!
Андрей Васильевич давал званый ужин по случаю двадцать шестой годовщины своей деятельности на поприще агрономии. После торжественной трапезы, проводив гостей, супруга исподволь завела речь о том, о сем и о житье-бытье.
— Грех жаловаться! — проворковала она. — Дом — полная чаша!.. Вернее, не дом, а трехкомнатная квартира в коммунальном доме. А как хотелось бы иметь свой домик!.. Со своим погребком. Со своим петушком. Со своей золотой рыбкой в аквариуме! Ну, и конечно же, с садиком, пусть не Эдемским, но чтоб можно было вкусить плода от собственного древа!
Лукавый, незримо спрятавшийся за трельяжем, хитро подмигнул: «Клюет!»
И супруга подсекла своего благоверного на удочку. Попутал бес юбиляра.
Чуть свет главный агроном хлопковой инспекции Андрей Васильевич Двойников пришел к министру сельского хозяйства республики и, низко поклонившись, подал ему челобитную: прошу, дескать…
Министр ответил поклоном на поклон и, не откладывая челобитную в долгий ящик, издал приказ: «Отмечая 26-летний стаж (имярек), разрешить ему выделение на территории республиканской семенной хлопковой станции приусадебного участка для индивидуального строительства. Главку Сельхозснаба, ОКСу и ХОЗу министерства оказать всевозможную помощь и содействие в строительстве».
То ли по щучьему велению, то ли по министерскому благословению дом рос, как в сказке. И среди коллективного хлопкового моря появился частнособственнический корабль-особняк. Его трюмами были бетонные подвалы. А над ними — каюты первого класса: сто метров полезной жилой площади.
Вокруг особняка шелестел и благоухал сад. Во глубине его блестело серебряное зеркало рукотворного водоема. В нем играли-резвились золотые рыбки и отражались деревья, усыпанные сочными плодами.
На новоселье в числе самых близких друзей опять же незримо присутствовал… лукавый. Он извивался, вилял хвостом и под звон бокалов нашептывал хозяину на ухо:
— Какой дьявол толкает тебя сдавать городскую трехкомнатную квартиру коммунхозу?! Перепиши ее на свою дочь. Она у тебя невеста, замуж просится. И к тому же институт кончает!
— Да, кончает, но институт-то сельскохозяйственный, — возразил Андрей Васильевич. — Зачем ей квартира в городе, когда на село нужно ехать?
— Вахлак! — сказала жена, сидевшая по левую руку. — Неужто ты, ответственный работник, не найдешь для своей родной дочери такой должности, чтобы у нее маникюр не сползал с ногтей?!
Вскорости семья Двойниковых справляла триединый праздник: возведение дочери в сан хозяйки комфортабельной трехкомнатной квартиры, свадьбу оной хозяйки и назначение ее преподавателем индустриального техникума в столице республики.
Лукавый, слегка охмелев, панибратски похлопывал Андрея Васильевича по плечу и подзуживал:
— Мы с тобой, друг любезный, еще не такие кадрили выкамаривать будем! Дай только срок!
Минул год, за ним другой, третий, четвертый… Время не стояло, и Андрей Васильевич не сидел в одном кресле. Он стал заместителем министра сельского хозяйства. Лукавый поздравил его с назначением на высокий пост и доверительно сообщил:
— Кое-кто из сознательных свои особняки начинает сдавать под детские сады и ясли. Как бы нам с тобой не промахнуться в этой кампании!.. У меня есть план… Слушай внимательно!..
И заговорил, сукин сын, на таком жаргоне, который был понятен только одному Андрею Васильевичу… Впрочем, план лукавого скоро стал явью. Он был и впрямь хитроумный.
— Желаю сбросить с себя кандалы частной собственности! — заявил А. В. Двойников коллегии своего министерства. — Примите от меня дом на баланс…