— Как вы мыслите убирать рогозу? — корректно поинтересовался один из членов Ученого совета.
— Очень просто, — ничтоже сумняшеся, отвечал диссертант. — Нужно сесть в лодку-плоскодонку, запастись «кошкой» на длинной ручке и выдирать рогозу с корнем. Ежели корневища будут обрываться, тогда надо взять сапку, опять же на длинном черенке, и выгребать их вместе с грязью.
— А нельзя ли механизировать уборку?
— Отчего же нельзя! Для кубанских плавней я предлагаю такой вариант: отграничить их земляными валами от моря, затем откачать воду из котловин, подсушить землю и пустить тракторные плуги. Выпаханные корневища аккуратно упаковать в корзины и отвезти на ближайшую базу.
Внимая диссертанту, можно было подумать, что он воистину нашел клад в болотных зарослях. Тем более что со стороны Ученого совета не последовало ни реплик, ни замечаний. Может, и в самом деле жемчужина, обнаруженная диссертантом в рогозе, окупит и лодку-плоскодонку, и «кошку» на длинной ручке, и резиновую прозодежду водолаза, и даже земляные валы, каковые он собирается воздвигнуть на кубанских лиманах?
Исчерпывающий ответ на эти животрепещущие вопросы дает сам искатель жемчуга. В его научном трактате двести восемьдесят страниц, девяносто три таблицы и сто две ссылки на русских и иноземных авторов. Страницы диссертации характеризуют Алексея Корнеевича не только как первооткрывателя рогозовой жемчужины, но и как перворазрядного шеф-повара.
«Вот рецепт супа-рассольника, — пишет он. — Немножко корневищ рогозы очистить, растереть и высыпать в кастрюлю. Затем добавить туда мяса, моркови, петрушки, сельдерея, луку, лаврового листа, корицы, соли и залить водой. Когда суп закипит, надо прибавить в кастрюлю крупы, масла и сметаны, а сверху присыпать рубленым укропом. Насчет приправы можно не стесняться — чем больше, тем лучше».
Словом, как в сказке про удалого солдата, который потчевал бабу щами из топора.
Подобные рецепты преподносятся кулинарам на все случаи жизни: как выпекать пирожки, приготовлять кисели, маринады, компоты. Подытоживая главу о значении рогозы на кухне, будущий кандидат наук с пафосом восклицает: «Десертные блюда из рогозы настолько вкусны, что пальчики оближешь». Хотя тут же оговаривается: «Иные воротят нос от рогозового меню. Ну что ж, на вкус и цвет товарища нет!»
Раздел о дрожжах составлен в приподнятом, риторическом стиле. Он насыщен эпитетами, сравнениями и метафорами: «Дрожжи разрыхляют и поднимают тесто», «Дрожжи синтезируют из минерального азота белок, близкий по своему составу к белку мяса»; «Дрожжи являются носителем комплекса витаминов»; «Дрожжи служат аккумулятором белков»…
На самой высокой ноте голос Алексея Корнеевича вдруг срывается, и он тянет уже что-то совсем не из той оперы: «Учитывая, однако, всю специфику, надо признать, что полезнее давать людям в пищу мясо и молоко, а дрожжами из рогозы пусть довольствуются жвачные».
У диссертанта губа не дура. Он против того, чтобы рогоза наличествовала на его столе. Пусть, мол, лопают ее жвачные. Но скотина тоже хорошо разбирается и безошибочно распознает, где сметана, а где рогоза. Автор диссертации вынужден признать эту горькую истину:
«Мы пробовали кормить лошадей корневищами рогозы. Кони обнюхивали их, но в рот не брали. Тогда мы пошли на хитрость: посыпали корневища отрубями. Кони слизали отруби, а корневища оставили нетронутыми. Мы придумали новую ловушку: размололи корневища в муку и посыпали ею рубленую рогозу. Но лошади разгадали и этот маневр: они даже не понюхали корм, хотя были голодны».
Отсутствие у лошадей аппетита на рогозу Алексей Корнеевич объясняет с сугубо научных позиций, исходя из исторических предпосылок: «Причины этих неудач кроются в том, что лошади избалованы хорошим кормлением».
Махнув рукой на коней-лакомок, диссертант перешел к дойному стаду. Авось, рогатые будут менее привередливы и признают труды ученого. Но и рогатые вскорости поняли, что хрен редьки не слаще. Они отвернулись от рогозы. «Коровы даже не замечали ее, хотя ощущали большой голод и собирали объедки соломы под ногами». Будучи поголовьем молочным, они оказались, по мнению автора, изнеженными и избалованными существами.
Разочарованный вкусами взрослой скотины, Алексей Корнеевич стал искать поддержки у неразумных поросят-отъемышей. И, представьте себе, нашел-таки. Он обнаружил, что поросята как увидят рогозу, так у них слюнки текут.
«Длинные корневища они глотали целиком, ибо разжевать лубяные волокна им было не по силам. Нередко наблюдалось такое явление: целое корневище поросенок проглотить не мог — часть корневища была проглочена, а часть торчала изо рта. И эту высовывающуюся часть поросенок не мог отгрызть, тогда на помощь приходила нога: ею приступался торчащий изо рта конец корневища, и происходило одно из двух — либо вытягивалось все корневище наружу, либо отрывался конец».