Эта часть в объяснениях не нуждалась: альбинос был единственным в своем роде, и стая была не готова его потерять. Следующую пантомиму тоже истолковали без особого труда, так как Блондин изображал охотника, один из самцов очень артистично косил под слабого зверька, а Злата строила из себя грозную надзирательницу. Кстати, догадавшись, что «мелкого» отправили в область аномалии с живностью ему по плечу, я неожиданно для себя самого сделал еще один неочевидный вывод, влез в пространственный карман. Затем опустился на колени, выложил на камни контейнер со нужными средоточиями целительских навыков, снял крышку, выбрал из нужной ячейки противоядие и показал патриарху.
Ирбиса аж затрясло — метнувшись ко мне, он принюхался сначала к этому комку обработанной плоти, а затем ко всем остальным, и… ушел в себя. Понимая, что придумывать объяснения нам, людям, куда сподручнее, чем зверью, я без лишних слов выложил из контейнера по одному средоточию в ряд, а затем начал двигать каждый то вперед, то назад.
Патриарх включился в процесс буквально через секунду и выбрал набор из пяти позиций, который будущие целители обычно называли «комплектом абитуриента». Правда, потом вернул их обратно. И после ряда простеньких подсказок с моей стороны дал понять, что шанс приживления этих навыков у них, ирбисов, исчезающе мал.
Потом пришлось повоевать. С Блондином, не отличавшимся особым умом и сообразительностью: средоточие сращивания костей он спорол влет. А потом затупил, отказавшись лечь передо мной на бок и снять покров. Слава Живе, в процесс уговоров вмешалась Злата — вцепилась в загривок строптивца своими зубками, без проблем продавила защитную пелену и уронила зверя к ногам… Лады. А та, не растерявшись, припечатала его целительским сном и уступила мне место…
…С особенностями энергетической системы ирбисов я разобрался без особого труда. А вот с объяснением концепции времени возник небольшой затык: ни патриарх, ни наша желтоглазая подружка не понимали, какая связь может быть между пересыпающимися мелкими камешками, их дрыхнущим сородичем и следующим выбранным средоточием. Поэтому в какой-то момент мне надоело биться лбом в стену непонимания, и я стал выдерживать пятнадцатиминутные промежутки между использованиями «продвинутого подзатыльника» при помощи вкусняшек. И пусть запасы сметаны, творожков и бананов таяли, как снег на июльском солнце, зато между нами и семейством снежных барсов пропали последние остатки настороженности: матери перестали отгонять от нас хитрющих пяти-шестимесячных детенышей, а мои дамы забыли обо всем на свете и потерялись среди не таких уж и мелких монстриков, безостановочно урчащих, мяукающих или выпрашивающих подачки.
Самый последний навык «комплекта абитуриента» — целительский сон — я приживил сладко спящему Блондину в предрассветных сумерках, вернул его в сознание и дал понять патриарху, что он может проверить результаты моих трудов. «Воплощенный кошмар» метнулся к альбиносу, вцепился в его загривок и уволок вглубь пещеры. Я наблюдал за ними обнаружением жизни, поэтому оценил оригинальность поступка: старший тащил младшего к зверю, силуэт которого еле-еле мерцал. Там и завис. На час с лишним. Что было более чем логично: прежде, чем получить хоть какой-нибудь результат, старейшина должен был помочь куда менее толковому сородичу разобраться в принципе работы новых навыков и дождаться, пока они раскачаются хотя бы до первой звезды ученика. Кстати, заниматься раскачкой тут, в области с магофоном далеко за «тройку», сами боги велели. Так что основной проблемой была тупость начинающего целителя. Как бы там ни было, в какой-то момент дело, видимо, пошло, так что патриарх оставил «мелкого» заниматься престарелым родичем, а сам вернулся к нам и грозным рыком прекратил бардак.
Услышав в его голосе какие-то одним им понятные нотки, все ирбисы, включая особо шаловливых, мигом влетели внутрь пещеры, и тут я понял, от кого Злата набралась умения удивлять: переместившись к стайке котят, «воплощенный кошмар» вцепился в холку самого крупного и перенес его ко мне. А для того, чтобы я точно понял, что это подарок, пододвинул носом к моим ногам.
Мои дамы одновременно охнули и полыхнули воистину безумным предвкушением, но я сделал шаг назад, почесал затылок и, поймав нужную мысль, подвел к патриарху Наташку, на лбу и крыльях носа которой очень вовремя выступили капельки пота.
Как ни странно, он понял это объяснение, что называется, с полпинка и согласился с тем, что для Дичка, родившегося и выросшего в области с очень высоким магофоном, жизнь в «нулях» превратится в пытку. Расстроился. Как-то уж очень по-человечески и настолько сильно, что первый раз изменил аристократической привычке держать лицо в любых ситуациях. В смысле, сел, понуро опустил голову и невидящим взглядом уставился в землю.
— Мы пришли сюда не за подарками… — мягко замурлыкала Лада, не хуже меня разобравшаяся в причинах его уныния. — И если бы у котенка был хотя бы один шанс выжить за пределами аномалии, утащили бы двух… или трех. А так будем вспоминать. И иногда заглядывать в гости. Чтобы помедитировать не в сырых подземельях Ингвара Ярого, а на свежем воздухе.
— В ближайшие несколько месяцев нас можете не ждать… — так же мягко подхватила Саша. — Ибо тут у вас будет холодновато, да и мы с Наткой пока дохнем даже под усилением. Зато ближе к концу весны обязательно навестим и принесем еще чего-нибудь вкусненького. Правда, Яр?
— Навестим… — твердо сказал я, хотя знал, что патриарх не понимает человеческую речь.
Трудно сказать, что в этих уговорах зацепило Злату, но она внезапно переместилась к патриарху, пихнула его плечом и демонстративно подошла ко мне! Он вышел из ступора, издал вопросительный рык, увидел, что эта авантюристка садится у моих ног, и обрадовался! Более того, довольно резво подошел к нам, зачем-то поднял эту красотку за загривок, развернул мордой ко мне и отпустил.
Самочка грациозно села, гордо вскинула голову и уставилась мне в глаза немигающим взглядом. Доперев, что происходит что-то не то, я покосился на старейшину и получил по морде. Легонечко-легонечко. Потом услышал совет Умницы-Разумницы поймать взгляд Златы, заметил, что патриарх снял покров, почувствовал, как теплеет Знак Макоши, и последовал сразу трем подсказкам. А через пару секунд вдруг ощутил стороннее воздействие на средоточие и… зарождение эмоциональной связи между мной и зверюгой, сидящей напротив. Причем не «горизонтальной», равной, а «вертикальной», со мной в качестве чего-то среднего между вождем стаи и хозяином!
Пока я анализировал это ощущение, патриарх вдруг выпустил когти и полоснул ими по моей ладони, а кошка стремительно подалась вперед, слизала капельку крови и полыхнула спокойным удовлетворением.
— Что-то вроде магического импринтинга? — ничуть не удивившись столь своеобразному завершению ритуала, полюбопытствовала Оля.
— Аналог моего «продвинутого подзатыльника» образовал слабенькую связь… — хмуро ответил я, еще не решив, как относиться к такому подарку. — А кровь, кажется, начала ее укреплять.
— Ну, и кобель же ты, Нестеров! — притворно возмутилась Рыжая. — Находишь баб даже в самых жутких дебрях Дикого Леса!
— Эту тему обсудим по дороге домой! — рыкнул я, почувствовав, что дамы вот-вот отпустят тормоза. Затем присел на корточки перед самочкой и снова уставился ей в глаза: — Я оценил твою самоотверженность и уверен, что мы подружимся. Кстати, как тебе имя Злата?
Кошка лизнула меня в нос. Просто так, из внутренней потребности, вызванной стремительным укреплением связи. Еще через средоточие дважды плеснуло жаром, следом согрелась татуировка, и я откуда-то понял, что ритуал закончен, а значит, откатить его уже не удастся.
Я принял это знание с привычным фатализмом и ласково почесал за ушком монстра, подаренного мне богами:
— Что ж, будем считать, что понравилось. Условия сосуществования обсудим по пути к твоему новому дому. А сейчас мне надо поблагодарить вашего патриарха и попрощаться с твоими родичами…
…Мысль о том, что я буду вынужден забрать с собой в Москву взрослое хтоническое чудовище запредельного ранга, испытывающее что-то вроде благодарности лишь к шестерым представителям рода человеческого, а всех остальных считающее законной добычей, откровенно пугала. Прежде всего, из-за того, что я мог представить десятки вариантов «пряников», упрощающих процесс дрессировки любого животного, а о «кнутах» применительно к Злате не хотел даже думать. Ведь любая попытка настоять на своем должна была подкрепляться превосходящей силой, непоколебимой уверенностью в себе или болью, а зверюга была значительно сильнее и могла ответить на агрессию так, как мне и не снилось. Однако сам факт поддержки Знаком Макоши давал понять, что эта задача имеет хотя бы одно решение, поэтому я включил голову и где-то через час после начала движения к ближайшей границе аномалии определился с первыми обязательными шагами.Откладывать их реализацию на потом было бы редким идиотизмом, так что я нашел более-менее подходящее место для привала, поднял группу к высоченной скале с отрицательным уклоном, вытащил из пространственного кармана «сидушки» из микропорки и объявил получасовой привал. Дамы еще раз «просканировали» ближайшие окрестности обнаружением жизни и ушли по ветру за ближайшие валуны, а я подозвал к себе Злату, поймал ее взгляд и начал процесс воспитания с самых обыкновенных прикосновений.Да, первые пару минут чувствовал себя, как на минном поле, и никуда не торопился. В смысле, убедившись в том, что ей приятны почесывания за ушами, буквально по сантиметру начал сдвигать пальцы по маршруту голова-загривок-бока-шея. Слава всем богам, кошка не видела в этих ласках никакой угрозы, а удовольствие, подкрепляемое моими искренними комплиментами с правильным эмоциональным наполнением, позволило образовать еще одну «связь». На этот раз тактильную.После того, как кошка как следует разомлела, я убедил ее лечь, раз пять повторив слово «лежать», а затем занялся еще и осмотром ее тушки. Конечно же, не прерывая поглаживаний. На этом этапе ко мне присоединилась Рыжая и каким-то неизвестным мне навыком избавила серо-стальную красотку от вшей, блох и клещей. Реакция «воспитуемой» откровенно порадовала: увидев дохлых насекомых, посыпавшихся с шерсти при первом же проходе расчески от шеи до левого заднего бедра, зверюга как-то увязала этот факт со вспышкой конкретных паразитных потерь при активации навыка и благодарно лизнула сначала мою руку, а затем свободную ладошку Лады. Еще минут через десять, то есть, после завершения вычесывания в пять расчесок и пять пар женских рук оценила результат моего целительского воздействия на неправильно сросшееся сухожилие сгибателя большого пальца правой передней лапы — осторожно уперлась ею в каменистую почву, затем несколько раз выпустила и спрятала когти, а когда убедилась в том, что болевые ощущения полностью пропали, восторженно взвизгнула, метнулась ко мне, опрокинула навзничь и принялась вылизывать!Не скажу, что мне понравился столь экстремальный способ «умывания», но я чувствовал то, что творилось в ее эмофоне и мысленно уговаривал себя потерпеть. И не прогадал — почувствовав, что этот вид благодарности меня совсем не радует, Злата удивленно отстранилась и вопросительно уставилась мне в глаза.Я похлопал ладонью по коврику рядом со своим бедром, сопроводив это действие словом «лежать», и легонечко надавил на холку ирбиса. А после того, как он понял, что от него требуется, и лег, уложил его голову к себе на ногу, запустил пальцы в шерсть на холке и заговорил. Естественно, сопровождая слова эмоциональными всплесками:— Мы, люди, благодарим друг друга иначе. И если ты будешь подставлять мне голову, то это будет в разы приятнее любого вылизывания. Чувствуешь, насколько мне приятно к тебе прикасаться?Не знаю, какой уровень умственных способностей имелся в виду под понятием «зачатки интеллекта», но мои объяснения были поняты с полпинка — помурлыкав на моем бедре, эдак, секунд пятнадцать, Злата демонстративно перебралась к Рыжей и отблагодарила ее этим же самым способом. А потом снова посмотрела на меня.— Умница! — довольно улыбнулся я и подозвал ее к себе, намеренно выделив интонацией два последних слова и похлопав себя по ноге: — Иди ко мне!Кошка поняла и эту команду. Поэтому я, выдав очередной искренний комплимент, полез в пространственный карман. Сначала скормил зверюге несладкий пряник из запасов, некогда приобретенных по просьбе Наташи, а затем средоточие отвода глаз:— Да, ты запросто закатаешь в асфальт почти любого естественного врага, но в некоторых ситуациях без скрытности просто не обойтись…— Угу. Особенно в мире людей… — без тени улыбки заявила Софа, а через миг прыснула и озвучила мысль, которая ее развеселила: — Народ, попробуйте представить реакцию высшего света на внезапное появление Златы, скажем, на каком-нибудь балу или званом вечере! Не знаю, как вы, а я хочу это увидеть.— Нам надо будет подобрать наряды, идеально сочетающиеся с цветом ее шерсти… — подхватила Александра. — А ей — красивый ошейник с эмблемой «Фениксов», встроенным маячком и…— … погонами генерала-фельдмаршала! — закончила Умница-Разумница и жизнерадостно расхохоталась.— А что, ранг Дара позволяет! — поддержала ее Саша.— Генерал-фельдмаршал не может подчиняться подполковнику. Значит, для Яра придется придумать и ввести звание пострашнее… — «задумчиво» пробормотала Рюриковна под смех остальных женщин.«Хтоническое чудовище», не понимало причин начавшегося веселья, зато чувствовало ласки сразу нескольких рук и млело от удовольствия. А через четверть часа, обретя новый навык, превратилось в восторженного котенка. И я нисколько не преувеличиваю: научившись активировать отвод глаз, оно по очереди подставило голову каждому из нас, а затем включило «турборежим», нарезало петель десять возле места привала и умоляюще заскулило!Пришлось спешно собирать коврики и срываться на бег. Ибо зверья, в охоте на которое Злата смогла бы опробовать новый навык, поблизости не наблюдалось……Большую часть туши высокорангового марала, на радостях добытого ирбисом, мы убрали в пространственные карманы. А меньшую употребили по назначению. Правда, только в четвертом часу дня, то есть, после того, как добрались до области с магофоном в районе двух с половиной единиц. Кстати, отобранные куски мяса прятали по довольно сложной схеме и перед носом у добытчицы: заныкав окорок, я выждал секунд десять, снова выложил его на траву, отрезал пласт толщиной сантиметра два и скормил самочке. Потом повторил то же действо с доброй третью отобранного мяса, убедился в том, что понят, поблагодарил Злату за сообразительность и отправил в карман все, что планировал забрать. А во время обеденного привала смог приучить ее к виду открытого огня и убедить в том, что рядом с нами он не опасен.Да, чуть позже пришлось проявить чудеса изобретательности для того, чтобы объяснить, чем опасно употребление шашлыка, но наша зверюга как-то поняла нашу аргументацию и с аппетитом умяла порядка пяти килограммов сырого мяса. До речушки, вдоль которой мы «бежали» перед тем, как устроить привал, было рукой подать, но я не поленился сгонять за водой с пустым пищевым контейнером, а затем провел следственный эксперимент, напоив и похвалив кошку.Покладистость, догадливость и условная управляемость «чудовища» радовали и весь оставшийся световой день, но я не обольщался. Поэтому на последнем привале перед выходом в «полторашку» озвучил спутницам свои соображения:— Магический импринтинг, безусловно, работает в разы лучше, чем я рассчитывал, а уровень интеллекта Златы позволяет смотреть в будущее со сдержанным оптимизмом, однако везти ее в Москву, мягко выражаясь, не стоит.— Ну да! — хором согласились дамы, а Ольга, переключившаяся в режим Умницы-Разумницы, озвучила часть моих мыслей по этому поводу: — Нас она считает членами новой стаи и не трогает даже с учетом того, что как минимум один предыдущий опыт встречи с людьми был крайне негативным.Я подтверждающе кивнул и продолжил объяснения:— Перед началом ритуала импринтинга моя татуировка дала понять, что это действо угодно Макоши. Если добавить внезапное обретение питомца в цепочку событий, к которым так или иначе приложила руку богиня Судьбы, то можно сделать вывод, что наше личное чудовище реально выдрессировать в более-менее приемлемые сроки. Поэтому предлагаю соединить приятное с полезным…Выслушав мои предложения, женщины развеселились не на шутку и выдали пару десятков дополнений разной степени вредности. Впрочем, добрая треть неплохо укладывалась в наши потребности, поэтому я слегка изменил свои планы и дал команду заканчивать расслабон. А где-то часа через полтора почувствовал вибрацию коммуникатора, известившего о подключении к сети, пропрыгал еще пару километров и связался с Алейниковым.Конвойный принял звонок практически мгновенно, выслушал ценные указания и пообещал, что «Сапсан» будет в указанной точке через тринадцать-четырнадцать минут и отключился.Снимать отвод глаз в центре поляны я не собирался, так что перебрался под крону самого могучего дуба на ближайшей опушке, сел между мощных корней, местами пробивающихся сквозь толстый ковер прошлогодней листвы, и позвал к себе зверюгу.Команду «Ко мне!» она выполнила с похвальной оперативностью, за что получила очередную четвертинку пряника. Не менее охотно среагировала и на команду «Лежать!». Правда, подставила лобастую голову под мою ладонь, но это было ожидаемо и нисколько не напрягало. Зато отвод глаз сняла только со второго повторения не самого стандартного приказа «Явись!». Но и это было понятно — она наслаждалась возможностями, даруемыми новым навыком, и не хотела «возвращаться в реальность».— Не вредничай! — почесав кошечку за ушами, строго сказал я, а через считанные мгновения не удержался от улыбки, увидев состроенную ею умильную мордочку и почувствовав «прилагающиеся» эмоции: — Хитруля!— Ага, она такая… — подтвердила Рыжая, плюхаясь рядом, быстренько вывесила перед собой голограмму поисковика и полезла в Сеть.Как и следовало ожидать, к созданию списка необходимых покупок сразу же подключились все остальные «Фениксы» и, конечно же, потерялись во времени. Впрочем, как только в области досягаемости обнаружения жизни появились силуэты пяти Конвойных, повернули головы в сторону «Сапсана», двигавшегося по пеленгу без обязательных навигационных огней.Само собой, встревожилась и зверюга. Но я повторил команду «Лежать» и, не прекращая поглаживаний, постарался ее успокоить:— Злата, эта летающая железяка — наш «конверт». Через некоторое время тебе предстоит научиться на нем путешествовать, а пока мы устроим совсем недолгую ознакомительную экскурсию.Почувствовав, что появление непонятной летающей вещи не вызвало во мне никакого негатива, кошка вернула голову на мое бедро и растворилась в приятных ощущениях. Однако глаза не закрыла. На всякий случай.— Дамы, дуйте внутрь! — выждав, эдак, с полминуты, распорядился я. — Обновите свой запах в нашем салоне и пообщайтесь с мужиками. Желательно по внутренней связи. А мы подойдем через несколько минут.Перемещаться скачками никто и не подумал: прекрасно понимая, что любое резкое движение может спровоцировать ирбиса на атаку, женщины без какой-либо спешки поднялись на ноги и неторопливо направились к аппарели. Одним «обновлением запаха» не ограничились: Лада залезла в холодильник, позаимствовала часть запасов полюбившейся зверюге мясной нарезки, вышла наружу, присела на корточки и позвала к себе четвероногую ценительницу деликатесов:— Зла-ат, ко мне! Глянь, что я для тебя нарыла…«Хтоническое чудовище» вопросительно посмотрело на меня и рвануло к Рыжей только после того, как почувствовало мотивирующий толчок вперед! Да, добравшись до нее, первым делом уставилось внутрь «конверта», так как услышало незнакомые голоса и учуяло незнакомые запахи. Однако отсутствие обнаружения жизни не позволило увидеть «потенциальную добычу», и оно, окончательно успокоившись, осторожно взяло с ладони моей любимой жены предложенное угощение.Я дал Злате время умять содержимое целой упаковки и поблагодарить «благодетельницу», прошел мимо, поднялся по аппарели, опустился в свое кресло и снова подал команду «Ко мне!». Судя по тому, что ощущалось по связи, эта «пещера» вызывала у кошки дискомфорт. Однако она переборола свое нежелание, прогулялась по искусственному ковру, ни на миг не отрывая взгляда от картинки, демонстрируемой включенным визором, за что в самом конце пути получила еще один кусочек пряника.Села тоже без особого энтузиазма, но принимала мои поглаживания в обычном режиме, так что я кивнул Рюриковне, и она, поколдовав над своим коммом, отправила отцу заранее подготовленное сообщение.Текст, придуманный ею, не мог не пробудить любопытства, поэтому Император забил на все дела, выполнил поставленные условия и чуть менее, чем через три минуты набрал ее из защищенного помещения. Картинку мы вывели все на тот же визор, а нашу компанию снимали с одной из внутренних камер салона. А еще приглушили звук, чтобы реакция самодержца на столь неожиданный сюрприз не вызвало агрессию самого сюрприза. Впрочем, по умению держать лицо Александр Восьмой мог дать фору кому угодно, так что обошелся без экспрессивных восклицаний, вежливо пожелал доброго вечера и в шуточной форме задал первый вопрос:— Интересно, какой зоопарк вы грабанули?— Каракульский, государь! — в том же ключе ответил я. — Расположенный далеко за южной оконечностью озера в непосредственной близости к одному из эпицентров алтайской магической аномалии.— Вы хотите сказать, что это Дичок? — хохотнул он, почувствовал, что угадал, и недоверчиво прищурился: — Да ладно!— Это не просто Дичок, пап… — хищно усмехнулась Софья. — Этот монстр в разы сильнее любого Гранда! Да-да, ты не ослышался, именно в разы: в тот момент, когда мы его увидели, он принимал на свой покров атакующие навыки всех шести бойцов туранской ДРГ! А в ней, между нами, девочками, говоря, было двое очень сильных Грандов, трое «восьмерок» и чрезвычайно опытный целитель. Скажу больше, после того, как мы связали диверсантов боем и вынудили атаковать себя, этот снежный барс одним ударом лапы снес голову замешкавшегося огневика вместе с покровом!— Он, конечно, крупнее любого тигра, но… — начал, было, Император но был перебит уязвленной дочерью:— Клянусь Силой, что этот ирбис как минимум в два раза сильнее любого когда-либо виденного мною Гранда, что он в одиночку противостоял целой ДРГ, что…— Соф, не нервничай — Злата напряглась… — негромко сказал я, и Мамба заставила себя успокоиться, но на отца все-таки наехала:— Если нет желания слушать мои бредни, то так и скажи — я найду, чем себя занять.— Прости… — повинился самодержец и на всякий случай добавил: — Я все понял, все принял и весь внимание!Рюриковна мгновенно перестала строить из себя обиженку. Убедила Александра Восьмого дать стандартную клятву Силой о нераспространении информации, а затем поделилась «государственной тайной»:— В стае ирбисов-Дичков, с которыми нам удалось подружиться, один из молодых самцов каким-то чудом приживил и раскачал исцеление. Патриарх семейства, который, кстати, намного сильнее и умнее этой самочки, не стал пускать на самотек развитие уникума и отправил его добывать средоточия других целительских навыков. А для того, чтобы малыша никто не обидел, приставил к нему телохранительницу. Увы, эта парочка нарвалась на туранцев и встряла: тяжелораненный Дичок-целитель вышел из боя, вероятнее всего, чуть ли не в первые мгновения, и телохранительница была вынуждена уйти в глухую оборону, чтобы его не добили. Наше вмешательство подарило им шанс выжить, а помощь Яромира Глебовича и Лады Мстиславовны, по доброте душевной поставивших на ноги умирающего самца, перевело нас в категорию союзников. Но самое интересное началось после того, как вот эта хвостатая умница унюхала Знаки Макоши: не знаю, с чем они ассоциируются у Дичков, но нас вежливо попросили проведать родственников, проводили до логова, расположенного в области, в которой мы еле дышали даже под усилением, и познакомили с патриархом…Во второй половине описания наших приключений Софья намеренно исказила истину по заранее оговоренному сценарию — заявила, что мы с Ладой исцелили любимую жену главы стаи, находившуюся на последнем издыхании, за что благодарный супруг предложил подарить нам котенка. Потом коротко объяснила причины отказа, подчеркнула самоотверженность Златы и перешла к выводам:— В общем, в данный момент между Яромиром Глебовичем и его кошкой имеется эмоциональная связь, чем-то похожая на связь, образовывающуюся между обладателями Знаков Макоши. Однако она гарантированно защищает от возможной агрессии только Нестеровых и меня. У нас есть все основания считать, что обретение этого питомца является Даром богов, а это, в свою очередь, позволяет рассчитывать на успех… даже не дрессировки, а наработки правильных реакций на посторонних людей.— Ну да, согласен… — кивнул Император и посмотрел на меня: — Богиня Судьбы не стала бы подводить к вам это животное, зная, что оно в принципе неуправляемо.— Я тоже так считаю, государь… — заявил я. — Но считаю необходимым перестраховаться и вернуться в Москву только после того, как добьюсь хотя бы базового уровня взаимопонимания и как следует проверю реакции ирбиса на