свою фантазию включите на каком-нибудь еще. Итак, уйдите в как можно более глубокий полутранс, поймайте состояние, при котором ледяной шип создается не мгновенно, и постарайтесь подавать Силу в режиме, при котором скорость роста ледышки сравняется со скоростью ее таяния в горячей воде……Два часа тренировки в джакузи, очередной навык, раскачанный до насыщения «нереально быстро», наши эмоции, ощущаемые через Знаки, и, конечно же, новый статус подарили девчонкам абсолютную уверенность в себе. Поэтому в третьем часу дня, когда мы перебрались на кухню, чтобы пообедать, они предложили прогуляться до административного корпуса и обновить личные идентификаторы. Я, естественно, согласился, прекрасно понимая, что подругам хочется побыстрее избавиться от всего, что связывает с прошлым. А через считанные минуты их прошлое постучалось в наше настоящее: мне позвонил юрист Академии и сообщил, что переговоры с главами родов Назаровых и Игнатовых вышли на финишную прямую, но Богдан Леонидович жаждет пообщаться с любимой внучкой. В переговорной административного корпуса. По возможности, в течение часа. Я пообещал, что мы будем, сразу же получил предписание для загрузки в «Проводник», оборвал связь и насмешливо посмотрел на нахмурившуюся девчонку:- Саша, напомни-ка свою нынешнюю фамилию… – Нестерова! – И о чем это говорит? Наталья оказалась сообразительнее. Или шустрее:- О том, что все наши проблемы решает Яромир. И о том, что нам не о чем волноваться. – Верно… – подтвердил я, задумчиво потер переносицу и уставился на сестренку: – Лад, нам с ней нужны хорошие деловые костюмы. В одном стиле и очень быстро. Организуешь? – Легко! Я благодарно кивнул и поймал за хвост еще одну толковую мысль:- Тогда я наберу старшего дежурной группы быстрого реагирования и попрошу конвертоплан. К подъезду. А то нам, Нестеровым, как-то несолидно прибывать на такие переговоры своим ходом. Контролировать процесс выполнения своего поручения я, естественно, и не подумал – ушел в спальню и договорился с СБ-шником, а потом набрал поверенного матушки Радославы, описал сложившуюся ситуацию и порядка получаса разбирался в возможностях Назарова-старшего. Само собой, не забыв обсудить и вариант с переходом Тимофея Остаповича на сторону моих оппонентов. На всякий случай. Закончив, от всей души поблагодарил юриста за консультацию, порадовал солидной премией, пожелал хорошего дня и вернулся в гостиную. Как раз к прилету дронов службы доставки. Пока доставал покупки из транспортных контейнеров и раскладывал на столе, мысленно восхищался обстоятельностью сестренки, купившей не два, а четыре великолепных деловых костюма, белье, обувь, все необходимые статусные аксессуары и даже драгоценности. Ну и, до кучи, предвкушал реакцию оппонентов. Со вкусом и чувством стиля у Рыжей все оказалось ничуть не хуже, чем с обстоятельностью, поэтому из дому мы с Сашей вышли, выглядя, что называется, на миллион золотых рублей. И если меня это преображение не взволновало от слова «совсем», то моя спутница чувствовала себя чуть ли не Императрицей – величественно плыла рядом, опираясь на мое предплечье, равнодушно поглядывала по сторонам и… фонила веселой злостью. Точно в таком же состоянии перешагнула и через порог переговорной. Благожелательно кивнула Фролову, проигнорировала четверых мужчин, при нашем появлении поднявшихся на ноги, не сказала ни слова за время обмена приветствиями и знакомства, а затем с моей помощью опустилась в кресло и изобразила статую. Ну, а я все это время добросовестно настраивался на неминуемый конфликт, ибо, кроме главы рода Назаровых, пообщаться со строптивицей пожелало сразу двое Ирецких – Болеслав Янович, мужчина «лет тридцати», явно прошедший процедуру отката возраста, и Николай Харитонович, «его ровесник», судя по самодовольному и масленому взгляду, почему-то абсолютно уверенный в успехе предстоящих переговоров и уже считавший Сашу без пяти минут своей. Как и следовало ожидать, беседу начал Богдан Леонидович. Первым делом посетовал на дурную инициативу членов рода, почему-то смертельно обидевшихся на неразумную девчонку и в состоянии аффекта выбравших не лучший способ ее возвращения в лоно семьи. Затем толкнул пространную речь на тему излишней жесткости обучения в МАО, Высшей Справедливости и Истинного Великодушия. Когда закончил сотрясать воздух красивыми фразами, плавно перешел к моим подвигам во время межродовой войны с Доломановыми, назвал достойным сыном Отечества и… поблагодарил за защиту внучки от дурной молодежи. А в самом конце монолога предложил денег. В смысле, дал понять, что мой долг «настоящего мужчины» по отношению к слабой девушке выполнен, и он, как глава рода Назаровых, настолько впечатлен моей доблестью, что готов выплатить двойную виру за ошибки родичей. При этом открытым текстом меня, естественно, не посылал, но дал понять, что все остальные вопросы, ради решения которых он прилетел в Москву, меня не касаются, ибо к его роду я отношения не имею. За этот намек я и зацепился:- Я действительно не Назаров, а Нестеров. Однако с недавних пор решаю все вопросы, так или иначе касающиеся Александры Станиславовны. Так что можете продолжать – я весь внимание. «Жених» побагровел и заскрипел зубами. Видимо, врубившись в намек с костюмами в одном стиле, вспомнив принцип Императора Ингвара Ярого «Все, что происходит в Академии, в Академии и остается», сделав напрашивающийся вывод и озверев. Тем не менее, сваливать никуда не стал – уставился на меня ненавидящим взглядом и с хрустом сжал кулаки. Его родич отреагировал намного спокойнее – требовательным жестом заткнул Назарова-старшего, гневно сузившего глаза и уже открывшего рот, мило улыбнулся мне и вежливо попросил объяснить, почему. По возможности, поконкретнее. Я ответил не менее вежливо:- Прошу прощения за встречный вопрос, но мне бы хотелось понять, какое отношение вы, Ирецкие, имеете к Александре Станиславовне и по какой причине я должен что-либо объяснять именно вам. Не люблю, знаете ли, разглашать личную информацию посторонним. – Кто посторонние – мы посторонние?! – взбеленился Николай. – Да я ее жених!!! – Вынужден вас расстроить, но это утверждение не соответствует действительности… – притворно вздохнул я. – Александра Станиславовна ушла под мою руку, а я не вел, не веду и не собираюсь вести никаких переговоров о ее замужестве. Тут возбудились оба Ирецких и Назаров-старший. И, перебивая друг друга, стали нести пургу на тему прав и обязанностей несовершеннолетних девушек, законодательства Российской Империи и самоуверенности юных глав недобитых родов. Последнее утверждение основательно взбесило, поэтому я отодвинул кресло, неторопливо встал с кресла и обратился к охамевшему женишку:- Николай Харитонович, вам никогда язык не отрезали? – Что?! Да я… – Он сейчас извинится! – пообещал Болеслав Янович. Сразу после того, как отвесил родичу тяжеленную затрещину. – А я прошу прощения за то, что взял с собой недоросля, не умеющего связно излагать мысли! Я коротко кивнул в знак того, что принимаю ЕГО извинения и перевел взгляд на Ирецкого-младшего. Тот не горел желанием «терять лицо» перед Сашей, но страх перед старшим родичем оказался сильнее гордости, и все необходимые слова все-таки прозвучали. Я подумал… и счел возможным проявить великодушие. В смысле, изволил простить Николая Харитоновича. Затем сел, откинулся на спинку кресла, оглядел всех четверых мужчин и холодно усмехнулся:- Я могу переадресовать ваши вопросы Фролову Тимофею Остаповичу, штатному юристу Академии, способному аргументированно доказать, что с момента поступления в МАО опеку над Александрой Станиславовной взяла на себя Академия, а значит, ваша воля этой девушке более не указ. Но этот способ подарит вам пустые надежды, поэтому опишу ситуацию сам и совсем в другом ключе. Ваша внучка уже совершеннолетняя. Просто обрела этот статус не по светским, а по храмовым законам, став моей собственностью с благословения богини Судьбы. Таким образом, ни о каком браке с вами, Николай Харитонович, не может быть и речи сразу по двум причинам. Во-первых, вы рано или поздно унаследуете кресло главы рода Ирецких, а муж этой девушки должен будет войти в мой род и никак иначе. А, во-вторых, я не приветствую договорные браки, соответственно, выдам ее замуж только за того, кто заслужит ее любовь и уважение. Александра Станиславовна? Госпожа Нестерова сдвинула вверх правый рукав, влила в татуировку Силу и продемонстрировала опешившим мужчинам Знак Макоши. Да, самый «низкоуровневый» из всех гипотетически возможных – то есть, тоненькое колечко из нитей богини Судьбы с Родовиком на внешней стороне запястья и Навником на внутренней – зато настоящий. Что на несколько мгновений выбило наших оппонентов из колеи. Кстати, символ Чернобога показывать не стала. На всякий случай. А когда насладилась одурением мужчин, вернула рукав на место и с нескрываемой ненавистью уставилась на деда:- Богдан Леонидович, от всей души благодарю за невыносимую жизнь, презрение, плевки в душу и попытки сломать даже тут, в Академии: без всего этого мне бы и в голову не пришло попроситься под руку Яромира Глебовича. Но вы старались и, в конечном итоге, подарили мне счастье! – Ты все равно бу-… - начал, было, Ирецкий-младший, но схлопотал очередную зубодробительную затрещину от Болеслава