Само собой, не забывал и об обнаружении жизни. Поэтому увидел Ладу за три с половиной сотни метров, сообразил, что она в «зале для медитаций», и даже разобрался, чем она там занимается. В результате, нарисовавшись у входа, рассыпался в похвалах:
– В жизни бы не сказал, что эта связка отрабатывается только двое суток – ты атакуешь, как маленькая, но очень грозная рысь!
– Я-а-ар!!! – радостно заверещала девчонка, прыгнула ко мне, обняла и радостно затараторила: – Я заждалась. И страшно соскучилась. И безумно рада тебя видеть! Ну что, набил?
Радость, ощущающаяся в ее эмоциях, была настолько сильной, яркой и чистой, что я невольно улыбнулся:
– Ага. С запасом. А еще добыл тебе пекло. Правда, здорово устал. В смысле, морально. Поэтому приживлю тебе этот навык прямо сейчас и ломанусь мыться. А все остальное расскажу, когда упаду на матрас и расслаблюсь.
За трое суток тренировок под моим руководством доверие сестренки превратилось в слепую веру, так что процесс приживления занял чуть больше пяти минут. Но ломануться к речке сразу после этого не получилось – Рыжая заявила, что хочет составить компанию, и спросила, нет ли в моих запасах шмотья женских купальников.
Я вывалил перед ней все, что было, затем вернул в пространственный карман оба цельных, в которые сестренка не смогла бы втиснуться при всем желании, а еще через пару минут убрал еще три забракованных раздельных. После примерки последнего, состоящего из небольших треугольничков на веревочках, притворно вздохнул:
– При первой же возможности устроим набег на магазины женского белья: такую красоту могу видеть только я, а все остальные мужчины пусть идут лесом!
Выглядела она действительно сногсшибательно: буйная рыжая грива закрывала плечи и верхнюю половину тела почти до середины живота; сквозь густые пряди волос дерзко выглядывали полные, упругие и чуть разведенные полушария умопомрачительно красивой груди; хорошо выраженная талия плавно переходила в чуть узковатые, но от этого не менее сексуальные бедра, а длинные тренированные ножки вообще убивали наповал. Ибо идеально соответствовали личному эталону красоты этой части женского тела!
Лада, явно прислушивавшаяся не столько к словам, сколько к моему эмоциональному фону, расслабилась и заулыбалась:
– Я в твоем вкусе, и это настолько приятно, что не передать словами! Все, теперь моя душенька спокойна. Пошли мыться…
Появление пекла никак не сказалось на новых традициях нашей семьи – после возвращения в «спальню» Рыжая влезла в общий спальник, вытребовала меня к себе, забралась под левую руку и потерлась щекой о плечо:
– Я весь день не находила себе места, а теперь мне хорошо и спокойно.
Мне тоже было хорошо и спокойно. В смысле, лежать рядом с ней. А все остальное как-то не радовало. Но грузить сестренку непонятками вот так сразу не было никакого желания, поэтому я начал с рассказа о своих успехах:
– Я набил аж девятнадцать колоколов и еще порядка шести десятков других средоточий. Что радует, ведь после того, как мы поступим в МАО, станет не до охоты, а любой редкий навык – это хорошие деньги. Но это не единственная приятная новость: по дороге к нашему логову мне повезло столкнуться с боевой двойкой Доломановых…
– О-о-о!!! – заулыбалась Рыжая. – Еще два урода в минус?!
– Ага.
– Эх, жаль, что ты не взял меня с собой – я бы с таким удовольствием полюбовалась на их трупы!
– Я сделал фотографии. Как-нибудь покажу.
Девчонка подобралась:
– Не поняла? Ты же, вроде, бегал к границе третьего круга!
– Ну да! – подтвердил я и хищно усмехнулся: – Но, грохнув эту парочку, решил, что радоваться в одно рыло как-то неправильно. Поэтому отнес головы и коммы в первый. Чтобы доставить удовольствие еще и главе их рода.
– Ярик, я тебя обожаю!!!
– Это еще не все! – хохотнул я. – Для того, чтобы радость получилась как можно полнее, я закинул «подарки» в зону действия артефактной противопехотной мины «Шквал». А она совершенно случайно превратила в решето прилетевший конвертоплан и еще девять человек. Правда, некоторых пришлось добивать, но это было в удовольствие! Жаль, что на второй мине сдохло только трое.