осмотр – тоже. Что радует… – бесстрастно и с приличными паузами между фразами стала выдавать она сразу после того, как влезла в свой комм, открыла какую-то программную оболочку и зашевелила пальцами в области считывания жестов виртуальной клавиатуры. – Кстати, девочки… Яромир Егорович… спас вас… от самого гнусного… варианта изнасилования. А меня… меня… кажется… не смог. Пока мы отходили от шока, вызванного последней фразой, она спокойно встала, поблагодарила за угощение и направилась к выходу. Но я ее придержал. Крайне неучтиво схватив за запястье и развернув к себе:- Торопитесь. И поэтому делаете глупости. Она автоматически стряхнула захват, но на мое утверждение все-таки отреагировала:- В каком смысле? – Сколько времени потребуется менталисту, имеющему протоптанную тропинку к сознанию «куклы», на ее взятие под контроль? Она замерла, как вкопанная, медленно развернулась, вернулась к своему креслу, села и уставилась мне в глаза:- Нисколько – даже в случае вызова на Суд Богов он не позволит мне произнести ритуальную фразу. Воздавать чужими руками я не хочу, и вы это как-то поняли. Раз остановили, значит, можете предложить альтернативу, которая меня однозначно устроит. Но есть какие-то нюансы. Я права? – Правы… – кивнул я и замолчал. Ухтомская потерла тоненький шрам на нижней губе и продолжила в том же духе. В смысле, анализировать мое поведение:- Вас интересует, на что я готова ради воздаяния. При этом вы человек чести. На счету более пятидесяти подтвержденных убийства мастеров от пятой до восьмой звезды плюс два месяца жизни во втором круге Алтайского Дикого Леса. Хм… Кажется, поняла. Озвучивать дальнейшие выводы в присутствии «соседок» почему-то не захотела, зато сделала первый действительно толковый шаг: сняла с запястья коммуникатор, положила на стол, встала и вопросительно посмотрела на меня. Я отвел ее в тренировочный зал, а там предложил присаживаться либо на подоконник, либо на стопку матов для медитаций. Ольга Валерьевна выбрала последние, но перед тем, как сесть, дала самую жесткую клятву Силой о нераспространении информации, о которой я когда-нибудь слышал, сделала совсем небольшую паузу и перешла к самому главному:- Я должна его убить собственными руками. Если сможете помочь, то клянусь Силой, что продавлю экспериментальную программу тренировок во втором круге МАО. Оснований предостаточно. Занятия в первом круге для вас, как мертвому припарка. А разрешать вам набивать призовые баллы на первокурсниках – полный и законченный идиотизм: вы за пару дней отправите в целительский корпус весь первый курс и будете его там держать, пока ректор не предложит то же самое. Кроме этого, обещаю приложить все силы, чтобы еще перед выпускными экзаменами заинтересовать вами по-настоящему серьезных «покупателей». Правда, считаю своим долгом добавить просьбу не бросать мелких. Не выживут. Все услышанное меня устраивало, поэтому я коротко кивнул, жестом предложил ей сесть, переместился к подоконнику, устроился поудобнее и рискнул. По-крупному:- Я могу приживить вам колокол и от силы за неделю раскачать этот навык до насыщения. – И то, и другое физически невозможно! – воскликнула она, заставив меня пожать плечами:- Для вас и без моей помощи – да. Но я могу. Как считаете, это решит вашу проблему? Умница-Разумница задвинула куда подальше эмоции, включила режим ученого и спокойно кивнула:- Безусловно: продавить колокол мастера четвертой звезды менталист-«троечка» не сможет при всем желании даже за несколько часов работы в идеальных условиях А я на месте стоять не буду. Но есть нюанс: при первой активации этого навыка происходит срыв уже имеющихся программ… Хм… Судя по взгляду, вы в курсе. Более того, уверены, что ваша супруга сумеет вытянуть меня из Нави, даже если программа как следует укоренилась. А еще знаете, что я соглашусь. И не ошибаетесь: я готова. Что от меня требуется? Средоточия? Эссенция? Информация о том, какой концентрат не прижился последний раз? – Отводом глаз владеете? – спросил я. – Да. – Живете тут, на территории? – Да. – Тогда, как надоест наше гостеприимство, отгоните машину домой, а вечерком приходите под отводом. С ночевкой. И со сменными вещами……Ухтомская просочилась в гостиную через открытую балконную дверь в четверть одиннадцатого. Некоторое время постояла на полоске паркета между стеной и ковром, поняла, что Оболенская с Назаровой домой пока не собираются, и бочком-бочком, стараясь не наступать на густой ворс, перешла к другой стене. Оттуда добралась до арки, ведущей на кухню, скользнула в темноту, через дальнюю дверь выбралась в коридор и ушла в тренировочный зал. Мы с Ладой всего этого, конечно, «не заметили». Так что ожидаемая встреча состоялась только без десяти двенадцать, сразу после того, как «соседки», наконец, умотали к себе. Все эти полтора часа женщина пролежала на матах. То есть, не шарилась по квартире, ничего не искала и не рассматривала. Нет, ничего личного она бы не нашла – все, что даже гипотетически можно было бы назвать компроматом, я хранил в пространственном кармане – но ее отношение к личному однозначно понравилось. Кстати, и «в реальности» Умница-Разумница нарисовалась, что называется, красиво: постучала в дверь гостиной с обратной стороны и еле слышно спросила, не будем ли мы возражать, если она зайдет и снимет отвод. Мы с Ладой, естественно, возражать не стали, и гостья, опустившись на диван, честно призналась, во сколько пришла и где была все это время. При этом ненавязчиво продемонстрировала оба запястья, показывая, что комма с собой не взяла. По моим ощущениям, все это делалось не из какого-либо расчета, а из внутренней потребности. Поэтому я ответил тем же. И повысил ставки еще раз:- Угу, видел: вы шли на кухню вдоль терминала ИРЦ, засмотрелись на бегущую строку и чуть было не оступились. – Обнаружение жизни? – прищурившись, спросила она. – Оно самое. – Это не хвастовство, а, вероятнее всего, ответ на честную игру с моей стороны, верно? Я пожал плечами:- Все, что я о вас слышал, заставляет уважать. Личностей, которых я действительно уважаю, можно пересчитать по пальцам одной руки. Не откажусь добавить к этому числу еще одну. Тут Ухтомская позволила себе расслабиться, отложила в сторону небольшой рюкзачок, который до этого держала на коленях, и включила любопытство:- Реально одной? Я кивнул. – В этом мы с вами похожи. Что вызывает двоякие чувства. Схожесть радует. Количество достойных людей в нашем окружении – нет. Кстати, о недостойных: я из дому залезла в архивы системы видеонаблюдения еще раз. По спецпротоколу, которым сдуру не пользовалась лет десять. Определила наиболее вероятный момент появления программы и, мягко выражаясь, вышла из себя: этот ублюдок развлекался со мной на протяжении четырех лет. Да, крайне редко, под настроение, ибо предпочитает молоденьких. Но развлекался. В общем, я буду его убивать очень медленно и очень долго. – Он это заслужил… – кивнул я, понимая, что Ухтомскую распирает от бешенства и до безумия хочется поделиться своими чувствами с теми, кто уже знает о проблеме и гарантированно не раззвонит о ней на всю Империю. – Я такая не одна. Он регулярно вызывает к себе семнадцать нынешних второкурсниц или наведывается к ним. Кроме того, изнасиловал более сотни студенток прошлых выпусков. И, что самое омерзительное, занимается этим делом не один, а в компании с двумя друзьями: начальником смены СБ и одним из штатных целителей. Кстати, последний, кроме всего прочего, восстанавливает невинность тем, у кого она изначально имелась. – У меня возник вопрос… – хмуро спросил я. – Почему в протоколах безопасности Академии не прописана регулярная проверка сотрудников клятвами, если вы обходитесь без них при приеме на работу? Ольга Валерьевна с хрустом сжала кулаки:- При приеме на работу дается клятва Силой. Однако СБ-шнику как-то удалось просочиться в МАО без нее, а остальные двое прошли через него. По знакомству. В общем, этот вопрос я обязательно подниму. После того, как разберусь с этой троицей. Да, хочу предупредить о том, что завтра днем вас вызовут в административный корпус. – Зачем? – Сейчас объясню…Объяснение меня устроило, невесть в который раз за день заставило восхититься аналитическими способностями Ольги Валерьевны и помогло невесть в который раз за последние дни немного переиграть планы. Так что, отправляя ее в ванную, я выдал чуть скорректированные объяснения:- Переодеваетесь в то, что не жалко, а потом садитесь на коврик для медитаций. Увижу, что сидите – подойду и объясню, что будем делать дальше. Женщина молча встала и вышла из комнаты. Я проследил за ней обнаружением жизни, убедился в том, что она дошла туда, куда послали, и обратился к Рыжей:- Лад, твои возможности я выпячивать не буду. Не хочу рисковать еще и тобой. Так что ты продолжишь изображать «пятерку» в ранге подмастерья с легким перекосом в целительство. Сестренка, как обычно, порадовала, приняв мое решение без каких-либо возражений:- Тогда я буду ждать вас в спальне: не думаю, что Ухтомскую порадует лишний зритель. Особенно во второй половине действа. Я благодарно поцеловал ее в щечку, поблагодарил за пожелание удачи и проводил взглядом. А через некоторое время отправился к «пациентке», прикрыл за собой дверь, поймал вопросительный взгляд Умницы-Разумницы и озвучил стандартную клятву целителя. Как и следовало