ой коже, покрытой старческими пигментными пятнами. Состояние энергетической системы Рюриковны изучал минуты три, если не больше. Затем вернулся в реальность и выдал вердикт:- Восстановление реально. Даже в этом кабинете, под естественным магофоном, мне хватит четырех часов. Но есть проблема посерьезнее: за годы бездействия ваша энергетическая система практически деградировала, так что на этом этапе Дар к вам не вернется. Тем не менее, вы сможете обратиться к целителям, восстановить крайне изношенный организм, убрать все медицинские имплантаты и пройти процедуру отката возраста. По мере того, как я описывал ситуацию, во взгляде Великой Княжны появлялся весь спектр эмоций, начиная с безумной надежды и заканчивая столь же безумной радостью. Однако следующий вопрос она задала все так же спокойно:- Яромир Глебович, если я правильно поняла прозвучавший намек, то вы в состоянии провести и второй этап. То есть, вернуть полноценный Дар. Я утвердительно кивнул:- Да, Ваше Императорское Высочество, я могу это сделать. Но и тут есть свои нюансы. Если проводить необходимые процедуры по часу в день, то даже под магофоном в полторы-две единицы по шкале Оберта на полное восстановление всех главных и части второстепенных жил, требующихся для нормального функционирования энергетической системы, уйдет не менее двух недель. Да, я с раннего детства преклоняюсь перед вами, как перед Черной Мамбой, и искренне уважаю свою ближницу за самоотверженность, заставившую ее посвятить свою жизнь поиску средства, способного вернуть вам здоровье, вторую молодость и Дар, но не собираюсь оповещать весь мир о наличии у меня легендарных навыков. Ибо это гарантированно выйдет боком моей семье. Рюриковна задумалась буквально секунд на десять-двенадцать, а потом насмешливо хмыкнула:- Почти уверена, что у вас с Умницей есть готовое решение. – Есть… – кивнул я. – Но оно связано с нешуточным риском. – Что вы имеете в виду? – нахмурилась Великая Княжна. – Поднимаясь с пола, я почти коснулся своей головой вашей и не почувствовал отклика от колокола. Значит, у вас его, вероятнее всего, нет. Хотя вы являетесь персоной, деятельность которой не может не представлять интереса для сильных мира сего, и на протяжении семнадцати лет проходили всевозможные медицинские процедуры. В том числе под наркозом. Рюриковна угрюмо кивнула:- Его действительно нет. Но приживить уже не вариант – в юности, будучи абсолютно здоровой, я употребила тридцать вторую эссенцию и чуть не сдохла от побочек, соответственно, шестьдесят четвертую и сейчас сто процентов не переживу. Я пожал плечами:- Приживить не проблема. Проблема в последствиях срыва программ, если таковые имеются и висят достаточно долго. – Так, стоп!!! – воскликнула она и подалась вперед: – Вы хотите сказать, что можете приживить мне колокол?! – Да, Ваше Императорское Высочество, могу. Клянусь Силой. Кроме того, смогу откачать при срыве программ, если таковые имеются. Но процесс вам однозначно не понравится. Женщина криво усмехнулась:- Яромир Глебович, поверьте на слово, мысль о наличии программ мне не нравится гораздо больше самой ужасной смерти. Так что я соглашусь на очередную попытку приживления даже в том случае, если вероятность успеха по вашим оценкам не будет превышать одного процента……Кортеж из двух черных бронированных внедорожников «Горыныч», вот уже лет тридцать считающихся одним из символов силы и могущества рода Рюриковичей, подкатил к домику моей ближницы ровно в половине третьего. Ольга, которую ощутимо потряхивало от внутреннего напряжения, отправилась встречать гостью, а я остался сидеть на диване в гостиной. Чтобы, в случае чего, не заставлять бойцов Конвоя искать меня по всему дому. Вопреки моим ожиданиям, в квартиру они даже не сунулись, выпустив стайку разведывательных дронов на улице и закрутив их каруселью вокруг коттеджа, проводив подопечную до прихожей, позволив хозяйке дома взять Рюриковну на руки и укатив инвалидное кресло к машинам. Я поднялся на ноги, чтобы встретить особу Императорской крови стоя, дождался появления обеих женщин и поклонился. – Яромир Глебович, дозволяю обращаться ко мне по имени-отчеству… – заявила она, оглядела обеденный стол, стараниями Ольги превратившийся в операционный, и закапризничала. Судя по всему, стараясь отвлечься от мыслей о возможной неудаче: – Умница, ты подстелила под простынку что-нибудь мягкое? А то я уже не такая фигуристая, как раньше, и лежать на твердом будет некомфортно. – Не «уже», а «пока еще»! – поправила ее ближница, осторожно посадила на столешницу, жестом попросила меня отвернуться и продолжила ворчать: – Забочусь, как о самой себе, больше двадцати лет. Ан нет, все равно появляются какие-то сомнения. – Это не сомнения, а страх! – внезапно призналась Черная Мамба. – Я жутко боюсь, что в самый последний момент что-нибудь пойдет не так, и… – Софа, я верю моему господину больше, чем самой себе… – перебила ее Ольга. – А он пообещал, что вернет тебя к нормальной жизни. Поэтому перестань нервничать, закрой глаза и расслабься. Нет, не изобрази расслабление, а выброси из головы все сомнения и помечтай о том, чем займешься после того, как отправишь ненавистное инвалидное кресло на свалку. Не знаю, о чем именно мечтала Великая Княжна в тот момент, когда я приложил ее целительским сном, но лицо у нее было умиротворенным. И это порадовало. Так что я весело подмигнул Оле, присел на край столешницы, прижал ладонь к солнечному сплетению Рюриковны и ушел в транс. Через несколько мгновений образовал связь со средоточием пациентки, создал в нем избыточное давление Силы и «включил» направленную регенерацию на самом краешке «огрызка» правой верхней главной жилы. Теоретически ничего сложного в этом процессе не было и быть не могло, но на практике оборванная энергетическая структура росла абы куда, а туда, куда требовалось, отказывалась наотрез. Вот и пришлось повоевать. В смысле, экспериментировать. Порядка получаса. Зато после того, как стала понятна внутренняя логика правильного подхода к исцелению подобных структур, жила начала нарастать миллиметр за миллиметром и через какое-то время сомкнулась со вторым обрывком. К сожалению, на этом «война» не закончилась: для того, чтобы сквозь плоскость соприкосновения двух частей одной и той же структуры «потекла» Сила, пришлось пробивать канал во всем наращённом куске, восстанавливать два сантиметра деградировавшей части и добиваться ее устойчивой работы. В общем, помучился я на славу. Зато отработал методику, так что за левую верхнюю главную жилу взялся с куда большим энтузиазмом. И не зря: она, можно сказать, восстанавливалась чуть ли не бегом. Естественно, по сравнению с первой. Не возникло проблем и с двумя нижними. В результате уже через час сорок с начала сеанса исцеления я, по сути, выполнил вторую заветную мечту ближницы. Но такая полумера грозила нам с Ладой и Олей серьезнейшими проблемами, поэтому я мысленно перевел дух и перешел к следующему этапу запланированной процедуры. К возвращению полумертвого организма Великой Княжны в состояние, достаточное для вытаскивания из Нави после срыва ментальной программы. На этом этапе устал так, что не передать словами. Прежде всего из-за того, что требовалось увязывать целительные воздействия с работой медицинских имплантатов. Причем так, чтобы при их удалении хирургам и в голову не пришло удивиться слишком хорошему состоянию кровеносных сосудов и внутренних органов. А на последнем этапе, уже прилично одурев от столь извращенного восстановления организма пациентки, «поправил» второстепенную жилу, ведущую к головному мозгу. Ту самую, на которой должен был «повиснуть» колокол. В итоге из транса вывалился никаким, оценил свое состояние и некоторое время раздумывал, приводить себя в порядок восстановлением и очищением разума или нет. Слава всем богам, желание показать Рюриковне свой замотанный вид не лишило способности соображать: я вовремя вспомнил о том, что эта женщина успела разобраться в магии еще в бытность командиром «Миража», и сообразил, что подобная клоунада выставит меня не в лучшем свете. Как вскоре выяснилось, играть с этой женщиной действительно не стоило: вернувшись в сознание, она внимательно оглядела меня с ног до головы, на мгновение задержала взгляд на насквозь пропотевшей футболке, прикипела взглядом к «излишне бодрому» лицу и едва заметно прищурилась. Сделанные выводы, естественно, озвучивать не стала, но, вне всякого сомнения, осталась довольной увиденным и со спокойной душой ушла в себя. А после того, как проанализировала свои ощущения, озадаченно хмыкнула:- Яромир Глебович, а ведь вы восстановили не только пережженные части главных жил, верно? Я не чувствую ни болей, ни изжоги, ни ломоты в суставах, ни озноба, ни слабости… – Да, я вас немного подлечил. Чтобы вы гарантированно пережили срыв программы. – По моим ощущениям, абсолютному большинству целителей это ваше «немного» даже не снилось! – фыркнула она, покрутила головой, задержала дыхание секунд, эдак, на тридцать, но не дождалась ни головокружения, ни одышки и… захотела поделиться наболевшим: – Знаете, в начале августа, вытащив меня из Нави после очередной клинической смерти, главврач Андреевской больницы признался отцу, что следующей я однозначно не переживу. Мало того, в самом лучшем случае протя