Крик повторился и стал сильнее.
Оперативник вышел с лестницы. За ним последовала и Катя, трясясь и прячась за спиной Сергея.
— Не смотри туда, — сквозь зубы сказал оперативник, неотрывно смотря в жгуче-красные хищные глаза. Оппонент сидел в семи метрах от него на высоком стуле, закинув ногу на ногу и облокотившись на металлический стол. Он улыбался одним уголком рта. В этой победоносной ухмылке читалось все его естество. Абсолютная власть над всем. Смерть всему живому, ради существования его.
Свет двух тусклых свечей стал слабее. Мрак, царивший вокруг, лишний раз акцентировал гипнотизирующий взгляд Хозяина. Оперативник впервые увидел легендарного монстра вживую. Его сознание будто кто-то в мягкие тиски. Сергей не мог пошевелиться. Рука, отчаянно сопротивляясь силе извне, все же выронила нож. Оперативник, как кролик перед удавом, полностью потерял контроль над своим телом. Позади лишь обреченно всхлипывала Катя.
Девушка почувствовала, как что-то заставляло ее наклониться в сторону и выглянуть из-за спины мужчины. Давление накатывало мягкими волнами, все сильнее и сильнее. В какой-то момент оно стало невыносимым. Катя вышла и встала рядом с парализованным оперативником. Она, что было сил, зажмурила глаза.
Свет вспыхнул десятками свечей, озарив огромное помещение, напоминавшее кухню в каком-нибудь элитном ресторане. Дорогая посуда, приборы, холодильные установки. Все здесь содержалось в идеальной чистоте. Блестело и играло светом, как будто только что провели генеральную уборку.
Вместе со вспыхнувшим светом, Сергей почувствовал некое облегчение и даже попробовал пошевелить пальцами. Они послушно сжались в кулак.
Хозяин сцепил руки в замок и положил их на колено.
— Катя открой глаза.
Девушка молча помотала головой.
— Я повторяю в последний раз. — В его голосе сквозило раздражение, — Я же могу и по-плохому.
Девушка повиновалась. В тот самый момент поместье огласил дикий женский вопль, полный ужаса и страданий. Она кричала, пока боль не сковала ей горло, превращая звуки в хрип.
На том металлическом столе лежала Оля. Ее теперь было невозможно узнать. Обглоданное некогда красивое лицо. Зубы белели из-под откушенной щеки. Оттуда стекала кровь прямо ей ухо. Местами были видны ребра. Левая нога была оторвана. Рану перекрывал резиновый жгут. И она была еще жива.
Рядом стоял аппарат искусственной вентиляции легким. От него тянулась длинная трубка прямо ко рту бедной девушки. Только в этот раз он не помогал человеку, а продлевал ее мучения. Сергей разглядел и подключичный катетер. Из капельницы быстрой струйкой текла живительная жидкость.
— Ну, ведь так совсем другое дело! Моя еда не умирает сразу и сохраняет свои питательные свойства намного дольше! — Хозяин, довольный произведенным эффектом, развел руками, — мне его достал Оуэн. Неплохой малый, а главное головастый. Что? Ты о чем-то подумал, мой вкусный гость? Да, этот парень у меня на большом крючке. Он будет помогать мне даже ценой своей жизни. Ведь без меня не будет жить его обреченная дочурка.
Хозяин взял нож и медленно вонзил в правую ногу девушки. Она уже не реагировала на боль, надеясь умереть как можно быстрее. Лишь отчаянно сопротивлявшийся организм пытался ухватиться хоть за последнюю нить. Грудь высоко вздымалась и опускалась, разводя оголенными ребрами. Он отрезал от нее кусок плоти и незамедлительно отправил в рот. Хозяин с наслаждением жевал, прикрыв глаза.
Кап-кап-кап.
— С каждой каплей физиологического раствора утекает по каплям жизнь этой девушки, насыщая, обновляя и строя мое тело заново. Даря мне практически бессмертие. Разве это не поэзия? — С этими слова он склонился над своей жертвой. — Сейчас мы переходим к десерту! Твое сердце и костный мозг. Просто оближешь пальчики.
Сзади кричала Катя. Она рыдала и умоляла все это прекратить.
Он отвлекся от своей еды лишь на секунду. И повернул голову в сторону гостей. Свет дрогнул, погас на мгновенье и снова вернулся. Его красные глаза злобно вспыхнули в этот миг темноты. И он прошептал:
— Прошу, потише, это очень волнительный момент.
Голосовые связки Кати охватил сильный спазм. Девушка захрипела, с трудом пытаясь вдохнуть и насытить легкие кислородом. Сергей же не в силах что-то сделать, безуспешно пытался достучаться до собственного тела.
Хозяин в последний раз заглянул в глаза девушки. В них совсем не осталось влаги, местами лопнули капилляры. Ее изуродованное лицо слегка тряслось. Последнее что она увидела, это то, как преобразилось красивое лицо ее мучителя. Обнажился ряд заостренных зубов, рот как будто стал шире, безумные глаза разгорелись ядовито-красным пламенем.
Чудовище с силой вырвал трубку из девушки и отшвырнул ее. Он на глазах превратился в ужасного монстра. Рвал ее тело и тут же пожирал куски. Его рот весь измазанный кровью заглатывал куски, быстро пережевывая, кидал следующий. Хозяин остановился лишь на миг. Он надрезал грудную клетку и аккуратно засунул руку. Через миг он вырвал ее сердце. Оно еще билось. Монстр повернулся к своим ментальным пленникам, держа на вытянутых руках орган. Лицо, вымазанное кровью, скалилось в безумной улыбке. Той самой улыбке, которую боялись видеть даже его слуги. Хозяин отправил его целиком в рот. Его белая рубашка превратилась в фартук мясника.
Катя, едва дышала. Она была готова отдать все на свете, лишь сейчас же умереть и не повторить участь подруги. Чего нельзя было сказать об оперативнике, который как цепной пес ждал, когда ослабят цепь. В последний бой, но унести эту тварь с собой.
Хозяин в это время отделил от ребер грудину и надломил ее. Он с жадностью высосал содержимое. Его глаза закатились от удовольствия, и он плюхнулся обратно на стул. Наркоман, получивший свою дозу, он пребывал в экстазе в течение десяти минут.
Сергей, внимательно смотревший за ним, обратил внимание, как разгладились морщинки у внешних уголков его глаз. Он стал будто немного выше. Хозяин облизал губы и закричал:
— Лука!
Не прошло и десяти секунд, как раздался топот ног за дверью кухни. После короткого стука зашел слуга. Он перешагнул порог и низко поклонился. Лука старался не смотреть в сторону Хозяина. Тот лишь расхохотался, разбрызгивая кровь, стекающую с подбородка.
— Все никак не привыкнешь к моим пиршествам? — Шипящий голос стал звонче и бодрее. — Отнеси остатки моему брату и можешь быть свободным пока что.
Он повернулся к своим пленникам.
— Что ж, пожалуй, еще одну порцию и хватит на сегодня! — Огромные лапища терлись друг об друга в предвкушении. Кто следующий?
Хозяин начал переводить палец с одного на другого.
— Даже не знаю. Может тебя? — Палец остановился на Сергее.
— А может по честному? Сразимся ты и я! Без твоих фокусов, — Сохраняя остатки хладнокровия, спокойно сказал оперативник.
— Ты боишься, но не сильно. Мало эмоций. Вкус у мяса совсем не тот. Нет моего любимого кортизола, адреналина. Неееет! Я знаю, как я его получу. — Он ехидно подмигнул.
Свет дрогнул, погрузив Сергея во мрак, давно забытых воспоминаний.
Он ползет по мокрой земле, к телу своей дочери. Из порезанного живота идет кровь. Остается каких-то метров пять. Там позади ведьма убила последнего полицейского, кто были с ним. Она медленно достала кость из его шеи и облизала. Визгливый смех дряхлой ведьмы эхо разнесся по лесу. Остался один Сергей. Он почти дополз до тела любимой дочки, когда босая нога с морщинистой обвислой кожей перегородила его путь.
Свет слепяще ударил по глазам. Он снова оказался на кухне.
— Какая грустная история! Жаль ты не помнишь концовку, а то бы освежили…Что? Ты плачешь? Только что собирался биться с падшим ангелом, а теперь ты вспомнил, что человек. Воистину, интересные вы создания. А главное вкусные…
Он резко прервался и встал. Поводил носом то в одну, то в другую сторону.
— Лука! Живо ко мне!