— Ну и что? Мы потеряем несколько гражданских, сэр, но им не взять город несколькими минами, если, конечно, мы будем тушить пожары, — с жестокой прагматичностью заявил Бирн. — И половина зданий здесь из камня, так что желаю им удачи.
— Сейчас нам очень пригодился бы «Ворон». Или хотя бы «Крачка».
— Вряд ли пилоты смогут найти в горах то, чего не видим мы.
— Я прикажу Карлайлу натянуть на главных зданиях сетки от мин.
— Через пару часов стемнеет, сэр. Это и хорошо, и плохо: если организуем затемнение, сможем свободно передвигаться, но они по-прежнему будут обстреливать наши позиции и уж наверняка во что-нибудь попадут.
Базы КОГ постоянно обстреливали. Однако между небольшим ущербом и полномасштабной атакой все-таки была разница. Они потеряют людей, несколько зданий, как сказал Бирн, но город останется на месте. У них есть продукты, вода и электричество. В самом худшем случае горожане могут укрыться в лабиринте туннелей, выдолбленных в скале.
Хоффман в состоянии высидеть здесь пару недель. К тому моменту Шавад будет очищен от врага или потерян, но тут он уже ничего не мог поделать.
Шавад, западный Кашкур
Кашкурцы действительно строили на века. Музей на площади Горлиан лишился своей внушительной главной лестницы, половины окон с каменными переплетами и большинства статуй в стенных нишах на втором этаже. Но он еще держался. Очередной снаряд ударил по балюстраде на крыше — и вниз устремилась лавина обломков. Из оконных проемов валил дым. Восточное крыло горело.
«Если это не выгонит оттуда наблюдателя инди, тогда его не выгонит ничто», — решил Адам. Но крыша была просторной, плоской; он знал, что в здании остается множество удобных позиций, даже если обстрелом снесет весь верхний этаж.
— Пора что-то делать. — Адам обернулся к Елене. — Вы займитесь «Крачками». Подготовьте раненых к эвакуации. — Затем он вызвал по рации центр управления огнем, чтобы попросить их ненадолго прекратить обстрел. — «Золото Девять» вызывает центр управления огнем, прекратите огонь. Готовимся к эвакуации раненых. Прекратить огонь.
Елена связалась по рации с пилотами «Крачек», прижав одну ладонь к уху с наушником; второй рукой она держала бинокль и осматривала фасад музея. Если наблюдатель инди еще не выведен из строя, он услышит, что орудия смолкли, услышит стрекот вертолетов и поймет, что сюда направляется новая мишень. А если он поймет это, тогда «Крачкам» придется действовать очень быстро. Адам размышлял, как лучше защитить вертолеты от обстрела с земли, затем добавил эту проблему в список тех, с которыми надо будет разобраться, если он выйдет отсюда живым.
«Конечно я останусь в живых. Мой мальчик не может расти без отца».
Большинство солдат утешало себя подобными шаткими доводами, пытаясь отрицать смерть. Адам посмотрел на Елену Штрауд, мать-одиночку, и напомнил себе о том, что множество детей во все времена росли и растут без отцов.
— «К Пять-Двадцать» вызывает «Золото Девять», сядем через две минуты, если найдем посадочное место. — Пилот «Крачки» описывал круги в поисках ровной поверхности среди океана обломков, который недавно был живописной площадью с позолоченными фонтанами. — Начинаем.
Адам отправил в северную часть площади два минометных расчета. Он думал, что «Крачки» прилетят сзади, со стороны набережной, поэтому решил отвлечь наблюдателя в музее на время эвакуации. Но он понимал, что пилоты вряд ли решатся лететь низко между зданиями, — это было весьма опасно, и они все равно должны привлечь огонь инди из-за реки. Приходилось надеяться на опыт и навыки пилотов. Они увидят то, чего не видит он.
— «К Пять-Двадцать» вызывает «Золото Девять», тяжелораненых грузим на первую птичку, максимум шесть человек.
— Вас понял, «Пять-Двадцать». — Адам дал сигнал своим людям покинуть здание и оцепить зону посадки. Одновременно здесь могли приземлиться только два вертолета. — Имейте в виду, на крыше музея могут быть инди.
— Маловато осталось от крыши, «Золото Девять»… Можно начинать выносить ценности. Оставьте для меня парочку погребальных урн Серебряной Эры.
Адам не мог отвести взгляда от музея. Даже после того как села первая «Крачка», он все равно продолжал осматривать фасад в прицел «Лансера», окно за окном, надеясь от всей души, что сумеет заметить врагов, прежде чем они выстрелят из гранатомета. Он говорил о снайпере и наблюдателе, но на самом деле понятия не имел, кто там прячется. Инди могли отправить туда дюжину пулеметов и несколько десятков солдат, переправляя через границу по одному орудию и по одному человеку в течение последних нескольких месяцев. Многие годы их шпионы действовали в Кашкуре, точно так же как шпионы КОГ — на территории СНР, невидимые, неузнанные.