Вот один из диалогов, который вел не кто иной, как «старый пьяница» Зэйдок Эллен, чьей реальной моделью был дед Зейлена, Эйдок. Строка гласила:
«— Никада ишшо не было такова человека, как кэп Оубед, старый хрен Сатаны! Хе-хе! Я помню, как он трепал про „мохнатки“ и называл всех глупцами, шо идут на христианские собрания и смиренно тягнут свою ношу. Грил, шо лучче бы они предпочли богов получче, вроде тех, шо живут в Индиях — богов, шо будуть приносить им хорошую рыбу в обмен на их жертвы, и действительно ответять на молитвы людей.»
Естественно, меня забавляла эта параллель: «хорошая рыбалка», которую Глубоководные принесли в Иннсмут в обмен на кровавые подношения. Мне пришлось посмеяться над изобилием местной рыбы в этом настоящем городке. Я даже чуть не рассмеялся вслух!
Что-то, что подозреваю, было подсознательным, заставило меня странным образом опустить взгляд и остановиться, на другой строке пьяного разглагольствования Зэйдока Эллена:
«— У Оубеда Марша на плаву было три коробля: бригантина „Колумби“, бриг „Хэтти“ и барка „Королева Суматры“…»
У меня закружилась голова, когда я уставился на эти слова. Потом: Ну конечно! Я знал, что видел эти названия раньше! Они все время были здесь… Теперь я вспомнил — эти же названия были на декоративных корабельных табличках в ресторане.
Так что не только город «Иннсмут» существовал, хотя и под своим истинным и не слишком отличающимся названием Иннсвич, но и эти торговые суда существовали где-то в туманном прошлом города. Я не мог не восхищаться усердием Лавкрафта в его исследовательской работе — чем он был весьма известен — по выискиванию таких мельчайших деталей реальности и вливанию их в свой вымышленный пейзаж.
Я перечитал еще несколько эпизодов, и все это с леденящим душу восторгом, а потом положил книгу на место, с нетерпением ожидая, что завтра перечитаю ее от корки до корки. Но было еще одно, еще большее ожидание относительно завтрашнего дня…
Я должен приложить все усилия, чтобы выглядеть на все сто, — понял я и потом вздрогнул, когда открыл свой чемодан и нашёл свой лучший костюм в помятом состоянии. В этот час не было места, где его можно было бы свежевыгладить, поэтому я мог только надеяться…
Когда я заглянул в шкаф, то увидел, что мне повезло! Там стояла складная гладильная доска, а на верхней полке располагался паровой утюг. Я почти ничего не знал о том, как надо гладить, но это же не должно быть сложно? Я вынул доску, ища стопорный штифт, чтобы зафиксировать ножки, когда…
— Черт побери!
…она выскользнула из моих рук и ударилась о стенку.
— О, ради всего святого! — громко пожаловался я, когда увидел, что скудная доска ударилась о стену с такой силой, что фактически оставила там дыру.
Руководство гостиницы будет не слишком довольно этим, — подумал я. — Пока я не заплачу им вдвое больше за ремонт. Я опустился на колени, чтобы осмотреть повреждения. Вокруг лежали куски штукатурки, а трещина в гипсокартоне выглядела длиной в фут и шириной в несколько дюймов. Это была, мягко говоря, хлипкая конструкция, но в данном происшествии я мог винить только свою собственную небрежность.
Но прежде, чем я смог отстраниться…
Когда я смотрел на дыру, то заметил мельчайшую нить света, она, казалось, висела в темноте за гипсокартоном. Быстрый расчёт подсказал мне, что в боковой стене должно быть небольшое отверстие, которое может быть только стеной моей ванной. Когда я поспешно встал и пошёл в ванную, то увидел, что случайно оставил свет включённым.
Дыра, — пришла в голову мне мысль. — В стене…
Глазок?
Эта мысль казалась мне абсурдной, но я не мог забыть свое прежнее впечатление; когда я купался, я могу поклясться, что услышал человеческое дыхание из-за стены, и теперь я был почти уверен, что за мной шпионят…
Никакая логика не могла объяснить моё следующее действие. Осторожно вернувшись к шкафу, я отломал кусок гипсокартона. Ущерб уже был нанесён, поэтому дальнейшее повреждение стены мало что значило; мне всё равно придётся платить за это, независимо от размера отверстия. Я полагаю, что мои мотивы в тот момент были подсознательными, но после того, как я отломал ещё несколько кусков стены и посветил в дыру лучом карманного фонарика, я обнаружил свободное пространство за стеной, которое можно было легко принять за узкий проход. Конечно, должно быть, это был служебный проход для доступа к трубам, электрическим проводам и тому подобное. До тех пор, пока…