К тому времени, когда я очнулся, в глазах мумии уже не осталось и следа былого отражения. Это подтвердил полицейский сержант Киф, воспользовавшийся моей лупой, поскольку сам я на новую попытку не отважился. И я по сей день благодарен всем богам и силам вселенной, которые уберегли меня от того, чтобы заглянуть в эту бездну минутой-другой раньше. Мне потребовалась вся решимость, подкрепляемая настойчивыми просьбами окружающих, чтобы описать то, что явилось мне в ужасный миг откровения. Но дар речи я обрел лишь после того, как все мы спустились в кабинет на первом этаже, подальше от дьявольского существа, которому не должно быть места в этом мире. По пути туда меня начали одолевать кошмарные фантазии насчет мумии с остекленевшими, выпученными глазами – будто бы она обладала каким-то потусторонним сознанием, видела все происходящее перед ней и даже пыталась подать мне знак из глубины времен. Находясь уже на грани помешательства, я подумал, что смогу избавиться от этого наваждения, если выговорюсь и поведаю другим обо всем увиденном.
Сам рассказ получился недолгим. В отражении на сетчатке я увидел, как над люком в полу поднялось нечто настолько чудовищное, что у меня не возникло ни малейших сомнений в его способности истреблять все живое одним лишь своим видом. Даже сейчас, в спокойной обстановке, мне трудно найти слова для его описания. Гигантский – с хоботом и щупальцами – с глазами спрута – полуаморфный – пластичный – местами покрытый чешуей, местами с морщинистой голой кожей – брр! Но никакие слова не могут даже приблизительно передать отвратительный, нечестивый, немыслимый, вселенский ужас, внушаемый этим исчадием зла, этим порождением мрачного хаоса и непроглядной тьмы, исполненным ненависти ко всему сущему. И в данный момент, когда я пишу эти строки, возникающий в сознании образ вынуждает меня в холодном поту бессильно откинуться на спинку стула. А тогда, в музее, описывая этого монстра стоявшим вокруг меня людям, я прилагал все силы к тому, чтобы вновь не рухнуть на пол без чувств.
Слушатели были потрясены не меньше меня. В течение следующей четверти часа никто из нас не поднял голос выше пугливого шепота, проводя параллели между преданиями из «Черной книги», взбудоражившей прессу активностью тайных сект и последними зловещими событиями в музее. Гатанотоа… Не только он сам, но и его четкое изображение способно обратить созерцателя в камень – Т’йог – фальшивое заклятие – он не вернулся из цитадели – истинный свиток может полностью либо частично избавить от окаменения – дошел ли он до наших дней? – запретные культы – туманные высказывания сектантов: «Это может быть только он», «Он видел Его своими глазами», «Он все сознает, но не может видеть и чувствовать», «Он помнит то, что было сотни веков назад», «Истинный свиток вернет ему свободу», «Нагоб хранит истинный свиток», «Потом он скажет, где найти Его». И только забрезживший за окнами рассвет вернул нас к реальности, которая подсказывала, что разумнее всего будет закрыть данную тему, не пытаясь найти объяснения и по возможности не думая об этом вообще.
Мы ограничились лишь кратким заявлением для прессы, договорившись и впредь строго дозировать исходящую информацию. Таким путем нам удалось избежать огласки, когда вскрытие тела фиджийца выявило под окаменелой внешней оболочкой абсолютно неповрежденные внутренние органы, в том числе и мозг. Данная аномалия стала предметом бурных дискуссий среди посвященных в тайну медиков. А если бы об этом пронюхали бульварные писаки, нетрудно представить себе, какой поднялся бы гвалт, с неминуемым привлечением легенд о жертвах Гатанотоа, якобы навеки сохраняющих живой мозг и ясное сознание.
Впрочем, от внимания ушлых репортеров не ускользнул тот факт, что человек, державший в руке свиток с явным намерением просунуть его к мумии через отверстие в стекле, не подвергся окаменению, в отличие от его сообщника, который к свитку не прикасался. Но когда они потребовали провести эксперимент – приложить свиток к окаменевшему телу и к древней мумии, – мы решительно воспротивились, не желая идти на поводу у нелепых суеверий. Разумеется, мумия была удалена из экспозиции; ее поместили в музейную лабораторию, дабы подвергнуть всестороннему обследованию с участием авторитетных специалистов. Памятуя о прошлых инцидентах, мы усилили охрану, но попытка проникновения в музей все же была предпринята: 5 декабря в 2 часа 25 минут пополуночи сработала сигнализация, что обратило преступника (или преступников) в бегство – к сожалению, еще до прибытия полиции.