— Поднявшись на поверхность Земли, — пояснил Край, — мы обнаружили, что примитивные кейсахи и прочие мутанты никуда не делись. Напротив, они смогли построить на водах целые города, и, когда вода ушла, эти города опустились на дно и стали новыми крепостями. И тогда начались войны смердов. Безжалостные и беспощадные. Они все одичали до такой степени, что управлять ими было просто невозможно. Поэтому мы, вот эти наши предки, вернулись обратно в Ямы и продолжили развиваться там. Прошли еще века, прежде чем мы достигли достаточного научного уровня, чтобы управлять смердами и направлять их. Но пока что эти наши предки едва ли не дебильней смердов. Да, они уже гораздо больше настоящие люди, но вековой инцест не щадил нас. Прошли еще века, прежде чем мы побороли собственные гены. И инцест стал для нас нормой. Тут, конечно, не обошлось без Страны Ужасных Монстров, но основное мы сделали сами. Пошли далее.
Чем глубже, тем страшнее Храм Тьмы. Уже вовсе нет статуй или картин, изображающих хоть что-то хорошее. И, как ни странно, а, может, не странно совсем, тут Край выглядел всё более и более естественно. Он и сам надел черный спортивный костюм, носки кроссовки — Верховный Правитель любил спортивный стиль смердов. Его шаги мягче пуховой перины, совсем не слышно их отзвуков от гладкого, черного стекла. Белый хвост в сложной прическе бьет его по спине, молодое лицо целеустремленное и опасное, как может быть опасен человек только в восемнадцать лет. Он тут у себя дома, пожалуй, нигде больше он не де так дома, как тут. Зеленые глаза с легкостью глядят через полумрак, узкие ноздри втягивают свежий, великолепно очищенный воздух, уши, кажется, слышат одну им слышную музыку. Рид шел чуть позади и его одели иначе, как положено принцу, еще на церемонии закрытия — камзол, брюки, туфли, поэтому его шаги слышны. Рид глядел, как темной тенью скользить отец меж отвратительных статуй. Тут уже совсем нет людей, только наги и прочие слуги Царя Царей. Нынешние и бывшие. Альвы, красивые и таинственные, змеелюди, псоглавцы, сатиры, медузы и многие-многие другие, кто жил на этой многострадальной планете. Сейчас их нет или очень мало, но когда-то каждый из этих народов хорошо послужил Ему. И получил награду — забвение. Поэтому эти статуи тут, в самых нижних этажах Храма Ночи. Очередное напоминание, очередная мудрость, вынесенная на всеобщее обозрение. Никто, кроме людей, не пережили горячей дружбы с Царем Царей.
А вот эту картину Рид уже видел. Великая Отечественная война 1812 года. Война между смердами и настоящими людьми. Война, где Глубинное Государство окончательно поработило смердов. Пылающая Москва изображена во всем кошмарном великолепии. Над ней летают драконы из Страны Ужасных Монстров и парочка космических крейсеров. Александр стоит с головой Наполеона в руках и усмехается. У смердов Александр, для настоящих людей сокративший имя до Ксандр, тоже много где написан. И все его изображения не совсем корректны. Конечно, основное понятно, блондин, зеленые глаза, но тут, на этом полотне, Ксандр воистину грозен. Хищный лик его весьма напоминает Йама. Верховный Правитель, взошедший на престол смердов и окончательно покоривший планету. С тех пор ни один земной управитель не получал власть, пока его не согласовывали с Глубинным Государством.
— Видишь, совсем другие лица, — сказал Край Риду.
Действительно, вокруг уже вовсе не уроды и дебилы, а нормальные, даже красивые настоящие люди. Правда, в возрасте — тогда уже научились трансплантировать органы, но омолаживать ткани было еще проблематично. Белобрысые мужчины и пара женщин, у всех в руках какая-то отрубленная часть Наполеона.
— Мы победили разрушительную силу инцеста! — сказал Край. — Так победили, что теперь она — наша сила. Поэтому браки между смердами и настоящими людьми — более чем сомнительное занятие. Наши гены перестроились за это тысячелетие. Мы уже и вправду не люди, а настоящие люди. Мы коренным образом отличаемся от смердов. И эта планета наша. Эта планета моя…
Край постоял немного в молчании, но голос подал Рид:
— Ты сказал: моя?
— Пошли.
Еще ниже, теперь уже вообще нет никаких статуй, зато стало значительно холодней. Рид кутался в камзол, ему вспоминался мороз и веселье Олимпийских игр. Тут ни о каком веселье речи нет. Самое дно, самый глубокий погреб Храма Тьмы. Склеп.
Край махнул Риду и прошел арку. Рид слегка поежился, ведь по всему периметру арки ощерились боеголовки ракет. По какому принципу они срабатывают? Ладно, мальчик вздохнул и прошел за отцом. Ничего не произошло.