Пока я лежу в постели, гнев борется с туманом в моих мыслях, и чем дольше я борюсь с лекарством, тем сильнее моя ненависть разгорается под кожей.
Это не может произойти сейчас, и я не знаю когда, но как только я стану достаточно сильным, я отомщу за девочку. Все заплатят.
Это обещание укрывает меня, как одеяло, пока я дрожу от своих ран. Я напеваю ее песню, чтобы заснуть. Когда я наконец это делаю, ее крики наполняют мои кошмары.
Дворецкий, горничные и садовник… Водитель, капо и священник… Судья, крестная мать и отец...
— Мальчик!
Акт 1
Сцена 1
САДОВНИК
Талия
Сегодняшний день.
Грязь витает в воздухе, прерывая мою мантру. Предательские маленькие частички щекочут мой нос, угрожая заставить чихнуть. Я держу рот закрытым и прищуриваюсь, не позволяя резкому запаху выдать мое местоположение. Как только чихание проходит, я возвращаюсь к похлопыванию по холмику холодной земли перед моими коленями.
Меня не будет рядом, чтобы увидеть, как луковицы пробиваются к поверхности. Сейчас поздний сезон для их посадки, но прошлая осень выдалась не по сезону теплой. Сегодня я надела свою куртку только потому, что ее громоздкость дает мне чувство безопасности.
Работа в саду обычно успокаивает меня. По крайней мере, так бывает, когда я ухаживаю за комнатными растениями дома. Но прямо сейчас мое сердце громыхает в груди и заглушает пение в моей голове.
Давненько я не была в саду Винчелли. До колледжа я была слишком напугана, чтобы приближаться к этому месту, а последние четыре года я была слишком занята учебой, чтобы сохранить свою стипендию. У меня было искушение начать этот проект много лет назад, но я выжидала, пока не получу диплом, прежде чем привести свои планы в действие. Сегодня у меня будет самая большая задача.
Благодаря семье Винчелли я разработала костюмы для работы горничной, помощницей в химчистке и механиком. Сегодня я буду садовником, одетой в том же викторианском стиле, который жена босса так любит, чтобы носили ее сотрудники. Даже если бы я не была принаряжена, сомневаюсь, что кто-нибудь обратил бы на меня внимание. Винчелли устраивают вечеринку на свадьбе в Вегасе, и в особняке осталось всего несколько человек. Только те немногие, кто живет на этой территории, все еще здесь.
Как садовник.
Рядом со мной на лезвиях садовых ножниц блестит роса. Я расположила их точно так же, как пятнадцать лет назад, но я не облажаюсь, как в прошлый раз.
Не думай так. Это только раззадорит тебя.
Я сжимаю руки в кулаки, чтобы унять их тревожное дрожание. Это имя в моем списке стояло долго, и я не могу позволить дрожащим пальцам остановить меня. Я усердно работала ради этого. В колледже я посещала все факультативы по координации боя на съемочной площадке, самообороне и актерскому мастерству каскадеров, которые предлагала школа. Они придали уверенности, но мне никогда не приходилось на самом деле использовать свои навыки для самообороны. Я собираюсь подвергнуть испытанию неэффективные аспекты моих тренировок и молюсь, чтобы мои нервы не взяли надо мной верх.
Прежде чем продолжить закапывать тюльпан, я делаю глубокий, сосредоточенный вдох. Он вырывается из моей груди облаком теплого воздуха, который смешивается с осенней утренней прохладой. Слава богу, мои nonni (с итал. дедушки), Джио и Тони, научили меня вставать рано. Я уже много лет встаю ни свет ни заря, чтобы помочь им в пекарне. Сделав это позже в тот же день, я могла бы потерять мужество, а сейчас я не могу сбиться с пути.
Если я пройдусь по своему списку слишком быстро, моя мотивация станет очевидной. Но если я не буду действовать достаточно быстро, я не смогу записать все имена до того, как меня поймают. Мне нужно, чтобы они думали, что накручивают сами себя, прежде чем обвинять кого-то постороннего.
По дорожке ко мне приближаются неровные шаги, и я смотрю на часы.
Как раз вовремя.
— Эй! Кто ты?
Я не поднимаю головы на грубый вопрос мужчины. Вместо этого я выглядываю из-за кустарника передо мной. Знакомые поношенные ботинки хрустят по гравийной дорожке, прежде чем остановиться прямо рядом со мной.