И не зря. Из закутка прохода на нас накинулась первая тварь. Ее глаза полыхали, образно говоря, светились изнутри, переливаясь красным. Так же красным сияли камни на её груди и на животе. Они были меньше, но их было больше, чем у её предка. И взгляд… его довольно сложно было отвести. Особенно от знака на лбу. Если бы не толчок Ники… я бы, наверное, окаменел. И ведь не прошло и пары секунд, как мои ноги полностью окаменели. Две секунды! И всё по верхнюю треть бедра каменное!
Эта особь, кстати, выглядела не так красиво, как Медуза. Черты лица более угловатые, вся грязная, неухоженная, в отличие от первой. В общем… убивать её было даже не жаль. И убили её почти сразу, как только меня вывели из ступора. Три стрелы: в лоб, в шею и в грудь, ровно по центру, в чёрное сердце, судя по крови.
Тварь даже не визжала, просто забилась в конвульсиях, причём весьма энергично, хвост несколько раз крутанулся, после чего она застыла. Пламя в её глазах моментально потухло, камни также потускнели. И тут я решил проверить одну теорию. Подошёл к мертвой горгоне, присел на одно колено, достав ножи, после чего попытался выковырять камень. И каково было моё удивление, когда я осознал, что они являются буквально частью тел этих тварей. К ним вели какие-то каналы, похожие на вены.
— Отвратительно, — сжал я как следует этот «камень», который лопнул и раздался брызгами чёрной густой крови. — Скорее всего, это их сосредоточие силы. Если его уничтожить, то и тварь помрёт. Как мне кажется. Но именно выстрел в лоб её прикончил. Ибо только к той стреле она и тянулась.
Я вырвал стрелу оттуда… и действительно, из неё ударил целый фонтан крови. Ну как фонтан… фонтанчик. Довольно много капель чёрной крови следом за стрелой устремилось ввысь. Пришлось даже убирать лицо с траектории их полёта. Не хотелось мараться.
— Ну да. Удар был именно в лоб смертельный. Кто туда попал, тот лучший. Информация точно пригодится в будущем… и не только нам, — спокойно проговорил я, переламывая стрелу пополам, так как наконечник оказался довольно сильно повреждён.
Дальше мы шли куда осторожнее. Старались как можно реже дышать. Старались как можно внимательнее смотреть по сторонам. Змеи… они всегда стараются напасть неожиданно, быстро, резко, прикончить одним ударом. И в этом их сила. Они могут это сделать на самом деле. Неожиданное появление первой враждебной горгоны это только подтвердило.
— Может, стоило отрубить ей голову? — спохватился весьма поздно двенадцатый, но возвращаться мы не стремились, так как подошли к тому самому повороту, за которым нас должна ждать засада.
— И не соврала, смотри-ка, — хмыкнул первый. — Кольцо. Смотреть по сторонам. Прикрывать тылы. Не давать им загипнотизировать вас. Иначе — смерть. Станете статуей, которую никто и никогда не увидит. И богами прошу… будьте осторожнее.
Кольцо. Самое редкое построение, так как Черти довольно редко оказываются в окружении. А сейчас… оно было просто гарантированным. Поэтому мы и решили сразу встать так, чтобы встретить противника, который попрёт на нас со всех сторон. Плечом к плечу. С лучниками с каждой стороны. Поэтому, когда ловушка «сработала», когда мы оказались в центре этого воистину огромного грота, мы были готовы встречать орды противниц. Готовы… и встречали.
Тут же начали хлопать луки в наших руках, отправляя стрелу за стрелой в тварей. Тут же шипение и визг боли наполнили пространство, достаточно больно ударяя по ушам. Но каждая противница, которая только попадалась на глаза, становилась мишенью. Иногда одной стрелы не хватало. Мало того что они были больно подвижными, так ещё и напрямую на них смотреть было строго запрещено. И всё же я смог положить шесть тварей прежде, чем мне пришлось схватиться за глефу.
Плотного строя противницы создать просто не могли, им требовалось много места для маневра, для уклонения. Но вот сил им было не занимать. По моему оружию пришёлся всего один удар… но даже меня это заставило пошатнуться и напрячься всем телом. Шутить с ними было точно нельзя. Но одно радовало — их тела были мягкими… податливыми… вот только они не обращали внимания даже на отрубленные руки. Им больно становилось только тогда, когда повреждались именно камни в амулетах и одежде, когда разрубался или пронзался символ на лбу, выкалывались глаза. Они были бессмертны, но их смерть была заключена в весьма очевидных вещах.
За пять минут нас сместили с весьма удобной позиции — естественной возвышенности — к дальнему проходу, в который нам надо было бы пройти, если бы мы всех положили. Это был достаточно тревожный звоночек… ибо твари явно поняли, что с нами просто так не справиться. Нет, были прецеденты: Нику один раз чуть не превратили в камень, шестого, девятого, одиннадцатого. Твари вырывались словно из-под камня, словно мимикрировали под него. Они впивались когтями в плечи и вплотную направляли свой взор в наши глаза. Конечно, близстоящий моментально помогал… но это давало противницам возможность проявить себя ещё больше. Мы не давали.