— Во-первых, — слегка раздраженно ответил Аллан, — какой мне резон убивать человека…
— Моего человека, — игриво поправила Мирина.
— Перестань относиться к людям, как к вещам! — вспылил Аллан.
— Это ты сделал меня такой, волчонок! — Уменьшительно-ласкательное “волчонок”, которое некогда ласкало его слух, теперь прозвучало как оскорбление. Аллан оскалил зубы и фыркнул.
— Не будем вдаваться в наше прошлое…
— Именно из-за этого прошлого ты и убил Сашу! — перебила Мирина.
— Я пропущу этот абсурд мимо ушей, — сказал Аллан, пытаясь успокоиться, — и перейду ко второму пункту своей оправдательной речи. Я оборотень. Чтобы убить, мне не нужен яд. Я просто могу обернуться волком и разорвать жертву на части. На убитом же нет ни укусов ни ссадин от когтей.
— Тогда я тоже могу оправдаться тем, что я вампир, пью кровь, а в Саше остались практически все пять литров.
— Практически? — зацепился за слово Аллан.
— Я уже говорила, что перекусила перед встречей, — парировала Мирина.
— Да, но ты могла смазать клыки ядом и отравить его, когда вы куда-то отходили. Помнишь, как он позвала тебя поговорить перед тем, как мы зашли в зал? Вас не было ровно столько, чтобы ты успела его куснуть отравленными клыками.
— Вот и зачем мне так заморачиваться? Натирать клыки ядом, убивать у всех на виду? Сам подумай.
— Да потому что он наверняка тебя уже достал просьбами обратить в вампира! Ведь достал?.. — Аллан прищурился, глядя на Мирину. — По глазам вижу, что достал. И ты решила от него избавиться…
— Я повторяю, — перебила оборотня Мирина и впилась алыми ногтями в скатерть, от чего на ней остались едва заметные вмятины, — даже если б я и хотела от него избавиться, зачем мне все так усложнять? Я бы просто осушила его в любой другой день. Подальше от вас.
— Мирина права, — вмешалась Антонина. — Вампир — тот же хищник, а не маньяк, ему не нужен антураж, чтобы убить.
— Ну и кто же тогда убил человечка? — подытожил Влад.
Аллан продолжал играть с Мириной в гляделки. Прошло много лет с их первой встречи, но они все еще опровергали мнение, что любовь живет три года. Она живет намного дольше. За 10 лет она перерастает в уважение. За 30 — входит в ежедневную рутину. А спустя несколько веков любовь становится чувством еще более сильным. Чувством болезненной привязанности. Любовь становится пагубной привычкой, которая причиняет непоправимый вред организму, но дарит и небывалое наслаждение.
Влад украдкой поглядывал на Дарью. Та с жалостью смотрела на труп на столе. Влад все больше проникался чувствами к непорочной красоте девушки. “Если я надену резиновые перчатки, я смогу её потрогать?”, — думал водяной. Несмотря на явный эмоциональный прогресс, Влад был только вначале пути к платонической любви.
Антонина же наблюдала и за Мириной с Алланом, и за Дарьей с Владом. За столько лет она свыклась со своей ролью наблюдателя и советчика. Жизнь не подарила ей своей истории, поэтому она с удовольствием довольствовалась чужим. При этом она не кривила душой. Ведунья искренне радовалась зарождающимся чувствам между племянницей и молодым водяным и сопереживала сложностям отношений вампирши и оборотня.
Но вдруг произошло неожиданное событие, которое окончательно разрушило герметичную атмосферу VIP-зала ресторана “Пантеон”.
— Пить… — хрипло простонал труп.
Дарья вскочила со стула и отпрыгнула в сторону. Влад последовал за ней. Да же если он не мог обнять испуганную девушку, он мог постоять рядом.
Мирина и Аллан вылезли из кокона взаимной ненависти и обратили взгляды к Саше, которого уже пыталась осмотреть Антонина.
— Пить… — продолжал просить Саша. Вскоре он смог сесть, правда, все еще на столе, а не на стуле. Его короткие волосы были растрепаны и стояли дыбом, на бледной коже четче виднелись синяки под глазами. Белая рубашка, после встречи со столом, который был богато сервирован на шесть персон, превратилась в картину эпохи модернизма: тут красное пятно, там коричневая полоса, сбоку прилип лист салата… Но в целом Саша выглядел лучше, чем когда неподвижно лежал лицом в тарелке.
По крайне мере, он медленно, но самостоятельно двигался.
— У меня для вас две новости, — сказала Антонина, продолжая разжимать веки Саши и заглядывать в рот. — Первая: Саша определенно здоров. Вторая: он не совсем жив.
— В смысле? — спросил Влад.
— Он исполнил свою мечту, — ответила Мирина, не сводя взгляда с удивленно озирающегося Саши. — Он стал вампиром.
— Но как такое могло произойти? — спросил Аллан. — Ты же не давала ему свою кровь?