Оз поджал губы.
- Какой идиот, - неожиданно фыркнул парень.
- Мы тоже так подумали, а через неделю Роб официально вписал тебя в члены клуба, - Адам Фиджез кивнул, - у твоего деда на тот момент была откровенная деменция, которую он отказывался лечить. В то время как мать…
- Терпеть меня не могла, - хмыкнул Оз-зи, - поэтому отец оставлял меня дома только тогда, когда был рядом лично. Мне всё это известно, Адам. И буду честен, я ненавижу, когда мне это повторяют.
Папа тяжело вздохнул.
- Я хотел напомнить тебе, что отец тебя очень сильно ждал и любил, - скис мужчина.
Капитан что-то щелкнул под проводами, приблизился к слушающей с вниманием мне и ответил:
- Я знаю.
Он попытался повернуть штатив на себя, но понял, что у него этого не выйдет и наклонился так, чтобы почти меня не касаться. Моя голова тут же припала к его боку. Тоже хотелось сказать что-то поддерживающее, но мыслей в голове не было.
- Я скажу Кими, чтобы она убрала свои вопросы о тебе в дальний ящик сегодня на ужине, - напомнил о себе папа.
Оз вышел из настроек, нажал на запуск двигателя и…
- Работает! – обрадовалась я.
- Вы пропустили один контроллер системы охлаждения, - объяснил он папе, - вернее установили дополнительный кабель на место второго разъёма. Диагностика видела, что всё установлено, но выявить причину, из-за которой охлаждение не работает, не могла, - парень кивнул, - и я не против вопросов о себе. И ответить на них смогу честно и без досады.
Папа удивленно-довольно разглядывал «сына». Дед цокнул.
- Не закончится это ничем хорошим, - пробурчал Лернт, пока я довольно снимала экран со стойки, ставила на колесики, и везла до двухместкового капота, - если ты и ближе к нему из-за страны, в которой вы оба родились и выросли, то я вижу только плохие исходы. Мако слишком мягкая и ранимая для него.
Оз в этот момент успел отобрать у меня мой воз, заставив семенить следом, а после рывком поднял и указал на специально выплавленные крепления для проводков, разглядывая моё сосредоточенное лицо с улыбкой.
- В любом случае это её выбор, а не наш, - поворачивался к присосавшейся к своему парню мне папа, - Ая, шуруйте в комнату. Мы позовём вас, когда у твоего деда закончится ворчание.
Оз отстранился первый. Его явно смущало то, что его никто не осуждает за близкие действия в моём отношении.
Но больше его убила мама, которая чафкала чипсами перед телевизором в гостиной и болтала ногой в такт музыке из саундбара.
- Презервативы в общей ванной второго этажа, - и не посмотрела на ступившую на первую ступень лестницы меня женщина, - папа ещё не сказал, что противозная Нифелия послала ему официальный запрос на родительскую беседу о контрацепции в отношении вас двоих?
И слова не было!
- Ещё рано о таком говорить, мам, - вполне мило ей ответила.
- Я с этим разберусь, - сузил глаза от неприятия Оз-зи, - поговорю с её величеством.
Это услышала и мама:
- От меня ей привет передашь? Буквально фразу: «Не суй нос в чужое дело». Может ей ещё и отписываться при каждом разе, м?
Ей было смешно. Оз пытался понять, по какой причине она себя так ведёт до самого верха лестницы.
- Спасибо за двухместку, - повернула налево я, - надо было ещё полгода назад тебя позвать, - пошутила.
И обернулась к нему, чтобы поймать на себе напряжённый взгляд.
- Дед перегибает, - всё поняла и без лишних вопросов, - я скажу ему помолчать за едой.
Оз-зи ухмыльнулся, обошёл меня, нагло открыв дверь моей комнаты первым и вошёл туда, пройдя до кресла, заваленного моими летними вещами. Сел в него, насмешливо наблюдая за моим неуверенным поползновением к балкону. Здесь было душно.
- Не угадала, - повёл головой крокодил, - меня убивает отношение твоих родителей ко мне и тебе вкупе, а не Лернта лично ко мне.
Я распахнула створки, вышла на балкон и повернула ручки и там, раздвинув обе гармошки до самых стен.
- Пойдём на качели, - позвала парня, снимая с потолочного крюка названное.
Теперь передо мной было полностью не огороженное пространство, в которое можно было «улетать» вперед ногами.
- Отслеживаю у тебя манию к успокаивающему времяпровождению, - сел рядом Оз, а после указал на стеллажи с двух сторон от нас, - книг и в самом деле много, - улыбка, - смущают только те, что написаны на онтелбанском.
Блин.
- И что именно тебе не нравится в поведении моих родителей? – попытка удержаться без паники.
Оз щурился от солнечных ванн на лице.
- Излишне активная вера в меня, - пожал плечами он, - помимо непривычной простоты и мягкости, - ухмылка, - ты солгала насчёт знания языка.
Обманчиво спокойный вид. Он был в ярости. А я помнила его отношение к лжи.