Сквозившее в моём тоне недружелюбие не отпугнуло его.
– Полетаем?
Я невольно бросила взгляд в стаю драконов, словно искала там ответ. Хвостатая заволновалась и призывно пискнула. Серьёзно? Да её писк вызывает больше смеха, чем водоросли у меня на спине!
Слава пресвятым покровителям, в драконьем языке нет слова «Орния», но есть другое, намного ёмче и красивее:
– Да.
Смотри, писклявая, он улетает со мной прямо на твоих глазах! Значит, не особо-то ты ему и нравилась. Значит, я для него представляю больший интерес, чем ты. Или он в принципе не способен хранить верность и бросается за любой незнакомой драконицей? Даже если и так, мне всё равно. Этой ночью я намерена утереть нос хвостатой стерве и полетать со своим хозяином.
Но вот что интересно, он узнал во мне свою горничную? Или только ту драконицу, что чуть не погубила его в слоях стратосферы?
Я пока не знаю, ликовать мне или волноваться о своей репутации, и решаю просто насладиться моментом.
Оставаясь на оптимальной высоте, мы летели бок о бок и постепенно набирали скорость. Приноравливались друг к другу, сохраняя зрительный контакт и дыша в унисон. Пока не предпринимали никаких лишних движений, накапливая ощущение гармонии и слаженности. В груди теплело с каждым вдохом, тело наполнялось жаром и вопреки всем физическим законам ощущалось легче, чувствительнее и пластичнее. Какая-то особенная тайная магия связывала нас невидимыми нитями и, казалось, стоит кому-то из нас только подумать совершить какой-нибудь кульбит из программы синхронного полёта, второй отзовётся не задумываясь. Удивительное чувство!..
Краем глаза замечаю, что прямо по курсу маячит парящий остров с мигающими огнями на замковой башне и, учитывая нашу немаленькую скорость, приближается неимоверно быстро. До столкновения три секунды… Мы продолжаем лететь, не разрывая зрительного контакта.
Две секунды…
Сигнальные огни всё ближе. Ветер свистит в ушах. Сердце замирает в груди. Но глаза напротив сияют и вселяют чувство защищённости и уверенности.
Одна…
Без единого звука мы одновременно поворачиваем. Райан летит спиной вперёд, я за ним. Глаза в глаза, крыло в крыло. Уровень синхронности – наивысший. Такой степени доверия мы с Морин добивались целый год, а тут и часа не прошло!
В какой-то миг я понимаю, что водоросли остались на ветвях кустарника, но это уже не важно. Важно только небо и мы.
Рамельтон с его парящими островами остался далеко позади и теперь нам ничто не мешало выделывать разные парные фигуры. Брали не самые сложные и просто импровизировали, откровенно любуясь друг другом и наслаждаясь полётом. И пусть кое-что не получалось идеально с первой попытки (помилуйте, у кого вообще получается идеально даже с десятой?), мы не акцентировали на этом внимание. Благодаря той невидимой чудесной магии в наших головах будто одновременно рождалась определённая последовательность движений и тела послушно повторяли задуманное. Ночное пространство с россыпью сияющих звёзд и расчерченными лентами грунтовых дорог лугами служило нам фоном или своеобразной сценой, где мы исполняли главные партии. Порывы ветра складывались в потрясающей красоты мелодию, Лиловая Звезда отвечала за переливающуюся неоновую подсветку и романтическую атмосферу, и сердце билось в такт ветру, а вдоль позвоночника струился настоящий ток, отдаваясь эхом в затылок, грудь и низ живота. Мы кружились в парящем танце, едва не касаясь друг друга кончиками крыльев и самозабвенно тонули в глазах напротив, и то, что разрывало мне сердце ещё полчаса назад, забылось, улетучилось, казалось неважным и несущественным. Я была счастлива, по-настоящему счастлива – если не впервые в жизни, так в первый раз после прибытия в западный округ Королевства Иллария.
Но в какой-то момент Райану захотелось более тесного общения, и я почувствовала, как мой хвост овивает другой. Это заставило меня напрячься. Не то чтобы мне совсем не хотелось… Но неплохо бы убедиться, что Райан точно знает, с кем имеет дело.
И вообще, это только наше первое свидание! Тот незапланированный полёт в стратосферу не в счёт!
Грозно рыкнув, я упёрлась передними лапами ему в грудь и оттолкнулась. Хвосты распутались, и я, больше не заботясь о синхронности движений, развернулась и взяла курс обратно на Рамельтон.
– Извини! – просвистел Райан мне вслед.
Он быстро меня нагнал. Летел рядом, но больше не предпринимал попыток к сближению.
Я молчала, поражаясь количеству противоречивых чувств, буквально раздирающих мне грудь. Я злилась на себя за то, что оттолкнула, и на Райана – за то, что поспешил и одновременно за то, что так легко отпустил. Радовалась нашей случайной встрече и прокручивала в памяти самые волнительные её моменты, хотя, нужно признать, самым волнительным, как и самым незабываемым был каждый из них. Страшилась открыть Райану свою человеческую сущность и увидеть на его лице откровенное разочарование, и в то же самое время хотела, чтобы он знал моё имя. Изо всех сил противилась возвращению в привычную рутину, но и не представляла себя за пределами Изумрудного острова. Ну как тут не сойти с ума?
– Откуда ты? – отрывисто просвистел летящий рядом дракон.
– Издалека, – уклончиво отвечала я.
Это был не тот вопрос, на который мне бы хотелось ответить. И вообще, нет в драконьем языке слов «Таунсенд» и «Жемчужный остров». Есть только «восток». Но можно ли теперь считать восток своим домом?..
Зато теперь мне стало понятно, что Райан не узнал во мне Ванессу Финдли. И горько от этого, и в то же время отрадно. Неужели я так хорошо маскирую драконью магию?
– Я провожу, – не терпящим возражений тоном рыкнул Райан.
Вот ещё! Проводит он меня! В свою гардеробную, что ли?
– Нет, – отрезала я.
– Мы увидимся?
– Конечно.
Знал бы он, что мы увидимся уже через несколько часов, только в человеческих телах, когда я принесу ему завтрак и останусь штудировать учебники по макроэкономике и менеджменту, как оставалась сегодня, вчера и позавчера!..
– Обиделась? – Он попытался заглянуть мне в глаза, но моё внимание привлёк огонь на земле.
Что это такое? На скопление фонарей или высотный дом не похоже – в пригороде, насколько я помню, нет многоэтажек, максимум двухэтажные особняки. Да это же самый настоящий…
– Пожар! – озвучил мои мысли Райан.
И, не сговариваясь, мы полетели туда, где взвивались ввысь клубы жёлто-оранжевого дыма и постепенно растворялись в чернильном небе.
Пожар – это беда, никто не спорит. Но разгорающееся пламя, созданное не тобой, а кем-то другим, тоже способно заворожить.
С ревущим полыханием огонь жадно поглощал двухэтажный особняк, который, верно, ещё час назад служил кому-то домом. Из пустых окон-глазниц вырывались длинные языки пламени. Огненные всполохи поднимались высоко в небо, разукрашивая сад и стену соседнего здания багровыми красками.
Внизу суетились люди. Мужчины спасали пожитки, женщины плакали и прижимали к груди детей, выла собака. Со стороны Рамельтона к горящему дому летели драконы-огнеборцы – их можно было узнать по специальным фосфоресцирующим повязкам и канистрам с водой в лапах.