И только тут Иэнель действительно почувствовала, что рот жжет!
Она заметалась, заглядывая в пустой графин, смешно высунув язык, замахала руками.
Урмэд знал, что она притащит это пойло, поэтому извлек из-под кушетки початую бутылку красного вина. Забрал у нее бокал, вылил остатки «Флёра» и налил своего.
Пережидая, когда девчонку отпустит, принялся рассказывать.
— Я когда-то тоже купился как пацан, да пацаном и был… — усмехнулся он, — Но потом вы поймете вкус. Его надо пить, закусывая лимоном с сахаром и листиками перечной мяты.
Отдышавшись, Иэнель с подозрением посмотрела на красивую бутылку и плотно закупорила. Мысль о том, где мальчишка, да притом дайн мог пить столь дорогой напиток, осталась на втором плане. Опять поняла, что ужасно глупо выглядела, когда заказывала его Нейдану.
— Вряд ли я когда-то пойму этот вкус, — буркнула она, прополаскивая вином рот и горло.
— Не зарекайтесь.
Они устроились в углах длинной кушетки и с наслаждением тянули густое, сладковатое вино. Солнце садилось за горы одаривая последними теплыми лучами.
— Кстати, вы наши в библиотеке то, что искали? Не подумайте, что я подсматривал, просто дверь была приоткрыта. Увидев вас полностью поглощенной поисками, не стал мешать.
Иэнель смутилась.
— Нет, не нашла.
— Библиотека большая, может вам что-то подсказать?
— Не стоит. Думаю, ответов на мои вопросы нет в ваших книгах.
— А что икали, если не секрет.
Иэнель вздохнула. Может уже пора? Так искусно притворятся просто нельзя. Тем более, он спас ее сегодня. Уж на откровенность он может и должен рассчитывать.
— Я в смятении.
Дайн удивленно поднял брови отчего шрам на лбу стал еще заметней.
— Абсолютно запуталась на ваш счет, — Иэнель нахмурилась, смешно закусив нижнюю губу.
Урмэд наконец понял, что она искала и усмехнулся.
— А почем у бы не удовлетвориться словами вашего отца? Почему бы просто не пожить здесь спокойно две недэи, а потом вернуться домой и благополучно забыть. Зачем вам эти знания? Мы вряд ли когда-то ещё увидимся, так что думаю, интерес на мой счет абсолютно излишний. Тем более, за меня говорят действия. Я хоть раз был с вами груб, обидел вас?
Иэнель отрицательно качнула головой.
— Я не могу доверять тому, о ком ничего не знаю. Тем более вы — дайн! Иэнель выразительно посмотрела на него, показывая всем своим видом, что именно это первопричина и корень конфликта.
— Вы были в числе налётчиков, и явно знали, что засада именно на меня. Спасли мне жизнь, и перебили почти всех дайнов, что пришли с вами. Вы разговариваете с отцом как с равным, а это не многим позволено. Знаете магию айнов, одеваетесь как айн, живете как айн, но выглядите как чистокровный дайн….
Она стрельнула глазами в его сторону, стараясь прочесть реакцию по выражению лица, но Урмэд с отсутствующим взглядом смотрел вдаль. Его лицо не отражало ни единой эмоции.
Вздохнул.
— Это принцип или просто любопытство?
— И то, и другое, — улыбнулась она.
— Мне надо посоветоваться с вашим отцом. Если он даст «добро», то так тому и быть.
16 день девятого месяца Листеня.
Комната была светлая, просторная, окнами выходящая на геометрически-выстриженные деревья парка и небольшое зеленое озеро. Вдалеке, за прямоугольной, уходящей в горизонт площадкой парка и коническими верхушками кипарисов, лазурью блестело море.
У круглого белого стола, заставленного разнообразными закусками на ступенчатых тарелках, вином и фруктами, сидели двое.
— Зачем меня опять позвали? — одышливо фыркнул Офлейф, — Я свою позицию не изменю и участвовать в этом балагане не намерен. Оставьте наконец меня в покое.
Хозяин поместья ухмыльнулся, и закинув в рот оторванную от кисти крупную виноградину, хитро прищурился.
— Тебя позвали не для того, чтобы уговорить, а для того чтобы поговорить.
Офлейф тяжело вздохнул. Кажется, он начал догадываться — о чем именно. И с философской грустью подумал, что иногда, самые темные дела замышляются в самых светлых комнатах.
Воздух у двери тихо треснул и в образовавшейся портал вошел еще один приглашенный.
— Здорово, Кейран! — вставая, поздоровался Отард, — Рад видеть.
Перегнувшись через стол, Кейран пожал руку Офлейфу.
Мужчины расселись в кресла.
Офлейф удивился, ведь он ожидал увидеть никак не Кейрана, а Лайна, который тоже отказался содействовать Эндвиду. Сдержанно поздоровался.