Урмэд вздохнул.
— И не думал.
Иэнель обернулась, оперлась бедрами о край стола, сложила руки на груди, ожидая объяснений.
Он поднялся, подошел и аккуратно поправил вырез для рта на ее маске. Медленно провел подушечкой пальца по мягким обиженным губкам, притянул к себе… Но сделать ничего не успел. В дверь постучали.
Иэнель позабыв про обиды и глупости, сама распласталась по столу и притянула себя веревками.
Урмэд удовлетворенно хмыкнул и легонько шлепнув ее по мягкому месту, пошел открывать, цепляя на лицо одно из своих зверских выражений.
Лати не явилась. Зато двое коренастых дайнов внесли в комнату высокую деревянную бадью и две поменьше — с горячей и холодной водой.
— Залейте ванну — приказал Урмэд.
Молодчики исполнили приказ, завистливо постреливая глазами на распластанную на столе женщину, многозначительно переглянулись и удалились.
Еще Урмэд увидел то, чего долго ждал. Еще одного наблюдателя — худого пронырливого типа с тонкими усиками и сальными жидкими волосами. И почему таких всегда берут в наблюдатели, их же видно за весту! Он вроде бы просто проходил по коридору. Урмэд захлопнул дверь прямо перед его любопытным носом сохраняя самое зверское выражение на лице. Грохнул засовом и вернулся к Иэнель.
— Они ушли? — прошептала она. Веревки послушными змеями соскользнули с запястий и глухо упали на пол.
— Угу. Но пока не двигайся, — шепнул он ей на ухо, настойчиво придавливая к столу.
Приглушил свет.
Провел ладонями по плечам, по распростёртым в стороны рукам. Медленно и нежно массируя напряженную спину, его пальцы подобрались к шее, ловко распутали завязки и сдернули маску. Иэнель облегченно выдохнула. Сильные руки приподняли её над столом, сомкнулись на талии расшнуровывая корсаж. Она откинула голову ему на плечо и тихонько застонала от удовольствия.
Освободив от одежды, Урмэд усадил Иэнель на стул и мягкими, но сильными движениями принялся разминать ей спину, шею, руки. Запустил пальцы в волосы массируя затылок, поцеловав в макушку, чуть наклонился вперед, потянулся к груди. Иэнель шумно выдохнула, подаваясь к нему, напрашиваясь на ласку. Юбка упала к ее ногам.
— Ты что-то хотела мне сказать? — усмехнулся ей на ухо. Иэнель отрицательно покачала головой и тут же взлетела вверх — на руки. А потом почувствовала, как тело опускается в горячую воду. Урмэд залез к ней в сумку и вынул маленькую склянку с ароматным маслом, добавил к мылу, взбил пену и начал медленно, намыливать жену.
— Ты хитрый, похотливый, несносный дайн…, — пробормотала она, лениво выгибаясь, подставляя животик для намыливания.
— Стараюсь.
Дальше она ничего не успела сказать, так как его губы вовлекли ее в долгий поцелуй.
Его руки блуждали по горячему, скользкому от масла телу, опускаясь все ниже к бедрам. Она чуть развела ноги позволяя его ладоням ласкать мягкую, нежную кожу с их внутренней стороны. Закинула руки ему на шею запрещая отпускать ее.
— А теперь будет внутренний массаж, — ухмыльнулся Урмэд ей в губы, и Иэнель почувствовала, как его пальцы скользнули внутрь неё. Она выгнулась, тихо застонала, вода брызнула на пол.
— Это было отличное «извини» — ехидно улыбнулась Иэнель, намазывая неведомым — по виду куриным — паштетом уже подсохший хлеб и подливая еще теплого вина в кружку.
Урмэд ухмыльнулся, но ничего не ответил, активно пережёвывая кровяную колбасу с тушеной капустой так же запивая вином.
— К тебе заходил кто-нибудь кроме Лати, пока меня не было, — поинтересовался он.
Иэнель пересказала что было в его отсутствие.
Урмэд удовлетворенно кивнул.
— Тот, внизу, это был твой друг? — этот вопрос мучил Иэнель с самого начала.
— Да, они проводят нас завтра. Так что считай, нам повезло. Но твоего лица им тоже видеть не стоит.
— Я бы еще для надежности раздобыла и перчатки, — посетовала она, — мои руки привлекли внимание твоего, кхым… друга. Да и теплее.
— Отличная идея, — кивнул Урмэд, — Лати, думаю в этом поможет.
Глава 26
— Что у тебя есть на этого Урмэда?
Император вольготно развалился в кресле с высокой спинкой, правой рукой подперев щеку.
Секретарь, затянутый в шерстяную черную форму высшего командования с нашивками ком-командора стоящий на вытяжку перед ним, еще сильнее вытянулся, раскрыл тощую папку и принялся зачитывать.
— Служит десять вёсен. Был отмечен наградами за доблесть и верную службу. Орден доблести первой степени за зачистку в Гродже (обезвредил вражеское поселение почти в одиночку), и медаль за отвагу (вынес бойца с поля сражения) на границе с айданаром.