— Нравится?
Кивнув, я повернулась к Эдриану. Все это время мы стояли на одном из балконов и созерцали окрестности. Играя назначенную себе роль, именно об этой я попросила в первую очередь, когда мы вышли из портала в одной из комнат. Деверь поспешил выполнить мое желание, хотя я отчетливо видела, он просто старается быть любезным. Ага, милым по отношению к возможной убийце его брата. Да я уже поэтому ему не собиралась верить, но это мои мысли, а на «публику» очи долу и все такое.
— Невероятно красиво, — в этом я не лукавила ни разу.
— Желаешь увидеть замок?
— Конечно, но еще сильнее я хочу узнать о своей новой семье.
Надеюсь, это прозвучало достаточно логично и скромно.
— Ты же потеряла память, — покачал он головой и предложил мне руку. — Наверное, это тяжело, не помнить три месяца своей жизни?
— Очень, — вздохнула я, опираясь на нее и позволяя себя увести.
Внутри замок оказался даже лучше, чем я могла представить. Много ковров и картин, хрустальные люстры со странными местными светящимися камнями вместо лампочек, ярко освещали коридоры, куда не попадал дневной свет, а сквозь открытые окна проникала летняя прохлада. То и дело навстречу попадались слуги, низко кланялись и «пропадали» по своим делам, но разговор Эдриан не возобновлял. Я сначала не понимала, почему, но когда мы вошли в одну из больших комнат, где оказалось еще несколько человек, я осознала причину. Сначала мне предстояло знакомство с моей новой семьей.
— Марина? — навстречу мне поднялась женщина в черном платье, в возрасте, но ухоженная, красивая и… породистая, что ли. Русые волосы были уложены в строгую прическу, подтянутую фигуру подчеркивал нарочито скромный, но явно дорогой черный наряд, а еще на нее был похож Эдриан, из чего я сделала вывод, что это его мать и… моя свекровь.
— Здравствуйте, — пролепетала я и в этот раз совершенно не играла.
По логике она должна была истерить, пытаться вцепиться мне в волосы или и того хуже, кинуться с ножом. Но, видимо, в аристократических семьях спокойствие и умение владеть собой — обязательная программа обучения с пеленок. Лицо женщины не тронула улыбка, а взгляд остался холодным и оценивающим. Итак, вопрос дня, кем она планирует для меня быть — второй мамой или свекоброй?
— Где мои манеры? — сокрушенно заметил Эдриан. — Мама, познакомься, леди Марина Гросс, жена Даррела. Марина, это наша с Даррелом мама, леди Лирелла Гросс.
— Очень приятно познакомиться. Жаль, что при таких обстоятельствах, — машинально ответила я, продолжая стоять на месте и не зная, что мне делать.
— Прошу, — ничего не выражающим голосом сказала она, села на диван и показала на место рядом с собой.
— Марина, это моя сестра — Альвия и ее муж лорд Варион Карас, — продолжил Эдриан. — И лорд Сайлан Гросс.
— Очень приятно, — повторила и попробовала улыбнуться, но тут же бросила это гиблое дело.
Кто такой второй мужик, я не поняла. На вид лет пятьдесят, довольно привлекательный, причем той зрелой мужской красотой, когда смазливость переходит в породу. Эдакий Шон Коннери средневековья. Те же седые волосы, подтянутая фигура, затаенная сила, благородные морщины. Невозмутимое выражение лица, военная выправка, которую только подчеркивал камзол, больше похожий на мундир, причем без каких-либо украшательств. Но что самое главное — коричневато-золотистый взгляд. В нем светился ум и опыт. Он не старался как-то показать свое радушие или ненависть. Нет, он просто наблюдал. И именно такое поведение импонировало. Я была чужачкой, обвиняемой, просто-напросто никем для них всех, но седой был единственным, кто не торопился делать выводы или навешивать на меня ярлыки. Что-то внутри меня потянулось к нему, хотя я понимала — доверять нельзя никому. Но кто он? Носит фамилию семьи, но глава рода сейчас Эдриан, значит — не отец. Ладно, потом узнаю.
Сестрица Даррела и Эдриана, в отличие от мамы, собой владела гораздо хуже. Ну, примерно, как я, что опровергало теорию, что аристократизм передается на генетическом уровне. Смотрела она на меня, как на змею. Красивая, стройная, русоволосая, с тонкими чертами лица. Как и мать, в черном платье и со строгой прической. Осознав, что я явно не выгляжу скорбящей вдовой, благодаря селезню, обрядившему меня в синее с серебром платье, я мысленно чертыхнулась. Подставил, готский гад. Чтоб у него волосы в колтуны сбились и расчесать никакой возможности не было.