Рухаю лицом в подушку и начинаю медленно погружаться в сон, силой мысли заставляя не думать, что опять начнутся адские дни. Сквозь дрему слышу, как он шарится по квартире, возится в ванне, но очень быстро заходит в мою комнату.
И, конечно же, без стука! Чхал он на мои требования.
Кровать тут же проминается, и я чувствую, как этот засранец закидывает беспардонно на меня ногу. Всегда так делает. Ужасно тактильная скотина.
– Ну, Туськ, мне скучно, – скулит он.
– Я не нанималась тебя развлекать, – бурчу в подушку. – Дай поспать.
– Три часа дня. Кто спит вообще в такое время? – возмущается он.
– Тим, отвали, – отворачиваюсь от него, укладываюсь удобно на живот, засовывая руку под подушку.
– Злишься?
– Нет, – вру.
– Сильно? – напирает он, и я чувствую, как он начинает гладить меня по волосам. Вечно там копошится, словно пытается найти там какую-то живность. Будет неловко, если однажды найдет.
– Да, – сдаюсь.
– Как сильно? – все не унимается он. Вот же пристал.
– Если бы меня закрыли в комнате с тобой, Гитлером и Бен Ладоном и дали бы пистолет с двумя пулями, я бы пристрелила тебя дважды, – отвечаю, зная, что он улыбается.
– Ого, это сильно. Мне зайти попозже? – ни капельки не смутившись, спрашивает он.
– Ага, года через два, – бубню скорее себе под нос, потому что под его аккуратные поглаживания говорить вообще не хочется.
– На самом деле я тоже сегодня ничерта не выспался, поэтому, думаю, вздремну немного с тобой, – заявляет он, и тут же на меня наваливается его голое тело. Спасибо хоть в трусах. И когда успел раздеться? Задница у меня прикрыта одеялом, а вот короткий топ не прикрывает спину, поэтому я чувствую его горячую кожу.
– Вали к себе, – бурчу я, зажмурившись от приятной тяжести.
– Поздно, ты уже впустила меня.
– Я имею ввиду, к себе в комнату, – уточняю я, хотя было б лучше, если бы он действительно свалил к себе домой.
– Не, я уже удобно устроился, – бубнит мне в затылок и тут же утыкается носом мне в волосы.
– Почему опять ко мне? – все же спрашиваю. Именно это злит меня. Ответ хочу знать сейчас, потому что этот засранец засыпает мгновенно, стоит ему только коснуться башкой подушки. – У тебя своя хата есть.
– Одному скучно.
В прошлый раз он сказал тоже самое.
– Мерч? – хватаюсь за вторую спасительную соломинку, хотя знаю уже ответ заранее.
– Не хочу к нему. Смотреть на его пиздострадания из-за Насти я не готов. К тому же наши дома в десяти метрах. Батя не постесняется вынести мне мозг и при них, а оно мне надо?
Что и требовалось доказать.
– Что на этот раз вы не поделили? – задаю последний вопрос, хотя тоже знаю ответ.
– Все то же самое, – подтверждает он мои догадки. – Отец хочет, чтобы я перестал страдать херней и начал заниматься его бизнесом. А ты знаешь, что мне это не интересно. Так что только ты у меня одна радость, – зевая, уже почти шепчет он мне в затылок, и я знаю, что он уже заснул.
Рада всех приветствовать в третьей книге моего цикла "Обитатели рая".
Здесь в главной роли будут Карамеля и Нат.
Надеюсь, не разочарую)
Глава 2
Карамеля
– Тим, отпусти, – сквозь сон слышу родной голос. Сонное тело тянется, а руки рефлексом еще плотнее сжимают женское тело. Тепло, удобно. Мне всегда нравится спать с Туськой. Единственная девчонка, с которой я высыпаюсь. И моя лучшая подруга. Так хорошо, что вновь начинаю отрубаться. Идея всхрапнуть днем оказалась реально крутой. – Карамеля, блин, слезь с меня, – ворчит она, пытаясь выбраться из-под меня. Для меня она очень удобненько лежит на спине, а я закинул на нее свои конечности.
– Еще минуточку, – шепчу в ее волосы. Пахнут они просто бомбически. А еще ее кудряшки такие мягкие, и мне всегда нравится зарыться в них мордой. Правда, дышать сквозь них становиться тяжеловато, но благо я засыпаю за мгновение.
– Карамеля, твой стояк упирается мне в ногу! – уже рычит, и я только сейчас понимаю, отчего же мне действительно так хорошо. Хер ведь действительно сейчас прижат к ее бедру, и даже через ткань боксеров я чувствую тепло ее кожи.
– Ну и что? Тебе жалко что ли? – не понимаю ее претензий. Будто первый раз. Своим стояком я явно ее не испугаю. Да мы с детства голожопиками бегали. Она еще с тех времен мой писюн видела. Да чего стоит только то время, когда нам с Мерчем было лет по семь, и мы постоянно спускали перед ней штаны, размахивая еще не отросшими причиндалами.