- Он не уйдёт от нас!
- Он слишком устал!
Узник всё время оборачивался, глядя на них с животным страхом. Но даже страх не позволял ему всё время останавливаться. Даже демон подгонял его: « Беги! Беги прочь! Не оборачивайся!» И вот перед ним открылась поляна, где в самом центре её стояло одинокое дерево. Узник, недолго думая, подбежал и прижался к нему спиной, обвив ствол руками. Создания ночи подошли к нему очень близко, почти вплотную... но в следующую секунду отскочили, безумно вереща:
- Свет! Уберите свет!
Узник стоял теперь в круге света, что излучало дерево. Человек благодарил таинственные силы, что даровали ему защиту от тьмы, но не от камней. Мерзкие твари придумали способ, как достать его.
- Хватит! Перестаньте! Умоляю вас!- Жалобно просил он, всё ещё держась за ствол и стараясь не упасть. Но камней наоборот стало больше.
Глава шестая.
Медленно поднималось солнце, занималась заря. Предрассветные сумерки осветили созданий ночи: они были маленькие, как крысы, с серой кожей, белыми глазами, горбатые, покрытые тупоугольными наростами, с искажёнными человеческими лицами. Только солнечный луч, проникший сквозь густую листву, отогнал их обратно во мрак леса.
- Мы достанем тебя!
Открыв глаза, узник проснулся сидящим на траве. Свежие раны зудели и жгли кожу, заплаканные глаза болели от солнечного света. Демон молчал — он спал. Человек медленно поднялся и продолжил свой путь. Он снова молча поблагодарил незримые силы, что не дали ему умереть. Голод давал о себе знать, он стал ещё сильнее.
« Сложно поверить, что я ещё не разучился плакать.» Но плакал он от собственного бессилия, от того, что не может что-то сделать даже для себя. Человек остановился, сел на корточки, сорвал травинку и погрузил её в рот. Горький сок обжёг язык, и он сплюнул её на землю. Ручья поблизости не оказалось. Демон продолжал спать, еда его не волновала, а вот чья-нибудь кровь...
Шли часы. Солнце светило ярко, облака быстро бежали, сменяя друг друга...
…
К концу дня узник добрался до города, в котором когда-то совершал убийства. Он хорошо помнил те дни, хотя и старался забыть о них.
« Над бездной адскою блуждая,
Душа преступная порой
Читает на воротах рая
Узоры надписи святой.
И часто тайную отраду
Находит муке неземной,
За непреклонную ограду
Стремясь завистливой мечтой.
Так, разбирая в заточенье
Досель мне чуждые черты,
Я был свободен на мгновенье
Могучей волею мечты.
Залогом вольности желанной,
Лучом надежды в море бед
Мне стал тогда ваш безымянный,
Но вечно памятный привет.»
« Прекрати, - ворчал разбуженный демон. - Надоело слушать твои бредни! Голова уже от тебя раскалывается!» Узник не слушал его. У него двоилось в глазах, ноги подкашивались от голода, в горле пересохло. Мышцы ослабли настолько, что трудно было идти вперёд. Ближе к вечеру он вышел из леса и приблизился к стене, защищавшей город. Ворота ещё были открыты, и человек вошёл внутрь. Люди ещё встречались на освещённых улицах, но уже не так часто, как днём. Одни шли в трактир, чтобы выпить крепкого вина или эля, другие — домой. Нищих здесь практически не было, так что все озирались на него, как на прокажённого.
Даже дети, наигравшись на площади, взяли камни и принялись кидать в него. Узник слабо защищался, закрывая лицо руками. Дети смеялись; чуть позже к ним присоединились и подростки. Истощённый, узник упал на каменную брусчатку. Силы оставили его. Из рассечённого лба потекла кровь.
Глава седьмая.
Сквозь туман узник услышал чей-то голос: «Прекратите немедленно! Хватит!» Голос, как ни странно, был женский. Но, если судить по повелительному тону, его обладательница имела право приказывать. Обидчики сразу же разбежались по домам, и площадь опустела. Женщина опустилась подле него на колени. Узник приоткрыл глаза и застонал. Она приложила ладонь к его ране на лбу и залечила её. Он почувствовал прилив сил и смог подняться на ноги, опираясь на её плечо.
- Пойдём со мной, - услышал он ласковый голос и молча согласился, кивнув. Её лицо показалось ему каким-то ангельским, неземным. Оно озарилось прекрасной улыбкой, сравнимой лишь с чистотой морской пены. Но узник вдруг провалился в забытье, очутившись в объятиях нежных рук...