После разговора с Эрианом она была не в самом лучшем настроении. Мальчишка под конец перебивал ее и не давал вставить больше одного слова. Злость то поднималась, то исчезала. До такого раньше не доходило: осмелившиеся так вести себя с ней получали с добрый десяток плетей. А Эриану было все равно - как относился к ней, так и относится. Гиоз сама в этом виновата. Почувствовала в нем что-то родственное, понадеялась на что-то светлое, а получила вот "это"! И всё от неосмотрительно брошенного слова... или слов. Неважно!
Коридоры были пусты, никого в здании не было, кроме хозяина, служанок и людей Равновесия. Купцов и одиноких путников очень напрягали бойцы ордена, и те пытались быстрее покинуть подозрительное место.
Осторожно постучав в дверь, Гиоз вошла.
В своей любимой серой рубашке он лежал на кровати; заложа руки за голову, смотрел в потолок.
- Наставник, - с почтением сказала Гиоз, наклонив голову и приложив кулак к груди.
Серый открыл глаза, посмотрел на неё и кивнул в сторону стола. Рыцарь послушно села за него.
- Все напавшие мертвы. Никто не остался в живых, - начала доклад Гиоз.
Серый приподнял бровь. Женщине стало стыдно, хоть убивала и не она.
- Известно, что они должны были захватить нас, рыцарей ордена...
- На тебя не было совершено нападение, - Серый сбил Гиоз своими словами. Она опустила взгляд в пол, и извиняющимся тоном произнесла:
- Я... у... у меня...
Серый нахмурился, и Гиоз прекратила мямлить. Вид стал строгий, спина выпрямилась.
- Нового послушника перепутали со мной. Благодаря случаю он остался жив. Предположу, что наниматели сказали о рыцарях, к коим меня, женщину, темные эльфы не отнесли.
- Где послушник?
- Сейчас он... сидит заливает стресс, - Гиоз сжала губы. - Заблаговременно он и рыцарь Кост сняли с трупов перстни и отдали мне. На них летучая мышь с удавкой на шее. Вещь магическая, роаер Мион проверял. Стихия холода и льда.
- Интересно. Один народ использует вещи другого, враждебного ему.
- Наставник, вы знаете чьих это рук дело? - его слова немного позлили Гиоз, но не он сам.
- Неужели ты хочешь это знать, бывшая послушница?
- Простите, Наставник.
Серый приподнялся, опираясь на руки, и очень внимательно посмотрел на подчиненную.
- Мне интересны твои отношения с послушником. Может он быть верен просто так, без принятия нектара?
- Он своевольный, Наставник. Боюсь, сбежит сразу, как появиться возможность, - Гиоз опустила голову и сутулилась.
- Хорошо. Возьми флакон. Ты знаешь, как это делается. Если сомневаешься, попроси помощи у Миона. Да, послушнику скажешь, чтобы завтра пришел ко мне. Сниму с него ошейник.
Гиоз собралась выйти, но вспомнила крик Эриана, который тот бросил ей в спину. Идея пришла ей сразу.
- Наставник, как поступить с перстнями? Можно оставить? Мион сказал: они без личной привязки, чистые.
- Как захотите. Мстить за убитых не будут - не их амулеты. Давно потерянных...
- Спасибо, Наставник, - рыцарь поклонилась, приложив кулак к груди. Улыбка не покидала её лица.
***
Настроение было гадкое, хотелось напиться до скотского состояния. К вечеру уже было опустошенно два кувшина с отвратным на вкус элем, начинался третий. В голове попеременно били наковальни, перед глазами плыли пятна. Регенерация не справлялась, может дело и не в самой ней - может это происходило просто это из-за кружащей в зале атмосферы.
С каждой минутой появлялось желание устроить дебош, драку или свалить свой негатив на другого.
И тут у Эриана с новой силой заболела голова. Восприятие обострилось до предела. Он слышал, как трактирщик тщательно протирает за барной стойкой стакан, не обращая ни на кого внимания; как в дальнем углу засмеялись наемники, решившие плюнуть на безопасность и остановиться на ночлег; как угрюмо сопят братья ордена Равновесия, не желающие что-либо говорить. Феерическая вспышка боли произошла из-за козлиного блеяния. Скотина была голодна, а служанки не могли её покормить. Бледными тенями они ходили по залу и разносили редкие заказы.
Боль схлынула так же внезапно, как появилась. Остался только неприятный осадок. Эриан разозлился и решил от него избавиться. Он схватил проходящую мимо служанку за руку и приказал ей:
- Позови трактирщика.
Служанка невидяще посмотрела на Эриана. Ему пришлось встряхнуться её и повторить.
Девушка вроде поняла. Подойдя шаркающей походкой к трактирщику, зашептала ему просьбу Эриана.
Эриан посмотрел на трактирщика и помахал тому рукой. Улыбка была натянута, в его движениях с легкостью читалась фальшь. Но хозяин всё-таки подошёл.
- Чего надо? - хмуро бросил тот.
Эриан хмыкнул.
- Какое некрасивое обращение. Сразу видно культурного человека - выросшего в процветающей стране и на добром месте.
- Чего, надо?! - трактирщик положил руку на плечо Эриану, другую сжал в кулак.
- Не-а, - Эриан цыкнул и кивнул трактирщику на его промежность, возле которой был остро заточенный нож.
- Чего, вы хотите... господин? - процедил здоровяк, убирая руку.
- Многого: прекрасную еду, свой дворец и красивую дурочку под боком. Но на данный момент - тишины. Знаешь, твоя привычка тереть кружку порядком раздражает меня. Больше нервируют только твои козы за трактиром, - Эриан прищурился и сильнее прижал кинжал к ноге. - Если не будет тишины, то я отрежу твоего петушка, отобью его клятой кружкой и скормлю козлу. Ты понял?
Лицо трактирщика приобрело зверское выражение. На лице Эриана не дрогнул ни один мускул, он только сильнее прижал нож. Трактирщик не выдержал первым, он сгорбился и вышел из зала.
От входной двери послышалось показное хлопанье в ладоши.
- Ты мастер заводить себе врагов, - насмешливо сказала Гиоз.
Она прошла по залу к угрюмому Эриан. Сияющая улыбка и сверкающие весельем глаза казались единственными источниками света в мрачно настроенном трактире.
- Если так беспокоишься обо мне - не надо тратить себе нервы. У бугая остались дочки в трактире. Должна же понимать, что жертвовать ими ради мести он не будет.
Язва наклонилась и зашептала ему на ухо:
- Хорошо. Тогда, я буду сидеть всю ночь в кустах и ждать, когда бугай отправит дочек к своей родне. Ради твоей безопасности, - после чего укусила за ухо.
- Уела, признаю, - поморщился Эриан. На улице послышалась возня, и козлиное блеяние стало громче. - Зачем пришла? Мы же в ссоре.
- Ну, не знаю... наверное, я с тобой поссорюсь сейчас из-за того, что завтра утром не выпью свежего молока. А так... нет. Просто надо было подняться к Наставнику, а я забыла. Потом меня нашлись срочные дела, тебе не интересные. Зато, - показалось, что её улыбка ослепит Эриана. Она засунула руку в карман. - ты можешь поблагодарить меня: я смогла договориться и тебе можно оставить перстень. Даже два!
Гиоз положила два перстня. Один Эриана, другой Коста. Отличались они в количестве камней в них: у трофея Коста пять коготков и глаза отливали синим.
- Спасибо... Но я возьму свой, добытый кровью, потом и передавленным горлом. Другой можешь оставить себе. Носи на цепочке или на большом пальце ноги. Как хочешь.
Гиоз усмехнулась, цапнула один из перстней и, откланявшись, вышла на улицу. Догнавший её хрипловатый смех, заставил её победоносно улыбнуться. Семикаменный перстень остался на столе.