— Бочонок чего? Уточняй сразу!
— Дорогие аветы, — Евгений не видел лица говорившего, но был уверен в том, что он улыбался. — Ну, разумеется, бочонки с тинизовыми кубами. Мы ведь все серьёзные.
— Тинизовые кубы? Вот за них?
— Смешно! Давайте выпьем!
— Даю девять бочонков с пирамидами. Большего они не стоят.
— Десять бочонков с пирамидами. Всегда рад обойти Влизгейнов!
— Дорогие аветы! — фигура в плаще подняла руки. — Мы с вами сегодня уже заключили несколько хороших сделок. Давайте не будем друг друга оскорблять.
— Даю полбочонка чистых шаров за всех. И ни слова об оскорблениях.
Постепенно Евгений всё больше убеждался в своей теории. И это его нисколько не радовало. Как такое вообще могло произойти?
Тем временем, последнее предложение явно привлекло к себе всеобщее внимание.
— Чистые шары, — было практически слышно, как фигура в плаще облизнулась. — Красивая цена, но в пересчёте получается меньше названной мною.
— Кризз, — это слово явно было сказано с пренебрежением. — Всё считаете, словно ростовщики в мелких пещерках. Альвасы не нуждаются в пересчёте.
Поднялся недовольный гул, снова послышался звук разбитого стекла. Евгений старательно вслушивался, пытаясь хоть в чём-то разобраться. Местные ценники казались ему совершенно неясными. Неожиданно спор прервал равномерный стук откуда-то сверху. Евгений поднял голову и увидел на железном балконе высокий и широкоплечий силуэт, одетый в доспех куда лучше, чем у любого охранника. Он стучал по периллам длинной позолоченной дубинкой.
— Чистые шары звучит красиво, — произнёс властный и словно усмехающийся голос. — Но нам здесь далеко до Палат Потомков Первых и, тем более, до кругов благородных альвасов. Зовите нас криззами или как хотите, но мы торговцы. И согласно последнему курсу полбочонка чистых шаров, получается всё-таки меньше, чем пятнадцать бочонков с тинизовыми кубами.
— Выходит вы отказываетесь от моего предложения? — недобро уточнил голос, первым заговоривший о каких-то отмытых шарах.
Евгений с трудом, но сумел различить его силуэт. Высокий в костюме с шипами. В одной руке у него была светящаяся жёлтая бутылка, а в другой что-то гораздо больше и явно опаснее местных электрошокеров.
— Отчего же нам отказываться от взаимовыгодного предложения? Ведь вопрос всего лишь в цене, которую необходимо скорректировать. Согласно установленному курсу пять бочонков чистых шаров будет в самый раз.
— Слишком большая плата за такой паршивый товар. Они ведь даже не бойцы. Это сразу видно.
— Может они и не бойцы, но зато могут ими стать, — в поле зрения Евгения вышел человек в чёрной с красным броне. — Но клан Вигто верит в труд и упорство. Мы не из тех, кто ищет всё готовое, как Прайксы.
— Возьми свои слова обратно, иначе даже сила Арбитория тебя не спасёт!
— Отставь свои угрозы в сторону, — человек нисколько не смутился. — А я предлагаю свою цену! Шестнадцать бочонков тинизовых кубов за всех пятнадцать субъектов!
Их продавали! Их просто продавали словно каких-то рабов! Евгений с ужасом уложил это у себя в голове. Однако, как и все остальные он молчал. Заключение, пусть и недолгое, научило его не спорить со своими странными тюремщиками.
— Дорогой Хаах, — продолжал обладатель чёрной с красным брони. — Если вы принимаете мою цену, то я предлагаю немедленно совершить сделку.
— А ну подожди! — крикнул кто-то. — Я готов дать семнадцать бочонков!
Началось нечто, похожее на аукцион. Спор был недолгим и в итоге, лидерство сохранилось за обладателем чёрной с красным брони. Вот только цена выросла до двадцати бочонков.
— Ну что ж, — аукцион проводила фигура в плаще. — Поскольку победитель для всех нас очевиден полагаю возможным совершить сделку в пользу дорогого Звейзана!
— Я предлагаю полбочонка чистых шаров за одного пленника!
Это был тот же самый шипастый субъект, который за те же полбочонка хотел приобрести всех пятнадцать человек. А теперь его интересовал только один. И, к удивлению Евгения, это был он сам. Потому что шипастный субъект показывал прямо на него.
— За одного пленника? — фигура в плаще обернулась, продемонстрировав изрезанное шрамами лицо. — Отчего же так?
Шипастый доспех подошёл ближе и Евгений смог различить его лицо. Холодное, суровое, неприятное. С маленькими злобными глазами. Длинные тёмные волосы росли у него только с одной половины головы. И его взгляд Евгению определённо не понравился.
— Никого здесь это не касается, — недовольно сказал он. — Но я думаю, что вы легко замените его кем-нибудь подобным. Принимаете сделку?