Раненному аттаву действовали на нервы и сами приборы и их инженеры. Ему уже давно перевязали раны, дали лечебного мха и травы, а заодно советовали постельный режим, от которого он отказался. Аттав должен олицетворять силу и стойкость, особенно перед своими подчинёнными. Пусть от ожогов болели бок и рука, он старательно делал вид, что единственная причина его раздражения — это инженеры и их игрушки.
— Эти ваши штуки могут дать хоть какие-то конкретные данные? Расстояние? Точное местоположение? — спросил он.
— Это очень тонкая работа, — гордо сказал один из инженеров. — Наши изобретения подтверждают, что цель находится где-то здесь. Остальное — работа ваших подчинённых.
— Оставь их, Глим, — произнёс стоявший рядом старый аттав. — Эти парни бродят по своим туннелям.
Глим выругался и поморщился от боли. Старый аттав заметил это, но виду не подал. Он сам учил Глима держать лицо и был доволен видя, что тот не плохо справляется.
Тем временем, бойцы клана Вигто обыскивали обломки корабля, разбирали завалы, осматривали каждый угол. Все они были аттавами и все входили в состав специального отряда, которым командовал старый аттав. Когда-то Глим служил под его началом. Видеть своего бывшего командира и бывших сослуживцев для Глима было большой радостью. Ему было приятно видеть, что славный отряд Кзунда из Каздов не потерял ни сноровки, ни силы. Зато обломки вызывали в нём грусть. Ещё совсем недавно он знал этот корабль как «Откровение». Его крушение он считал страшной потерей, не говоря уже об экипаже, из которого выжили не многие. Большая, перспективная экспедиция обернулась настоящим провалом. Практически катастрофой.
И теперь Глим с Кзундом вместе с отрядом прибыли сюда, чтобы исправить это положение. Настолько, насколько это возможно. Хотя это зависит от того, смогут ли аттавы найти то, что они ищут.
И пока что, несмотря на многообещающее трещание приборов, не было никакой уверенности в том, что они это сделают.
— Послушай, Глим, могу я кое о чём спросить?
— Разумеется, спрашивай.
Кзунд учил Глима ещё и тому, что настоящие аттавы много не болтают и редко обсуждают то, что не касается их службы. Но при этом Глим хорошо знал каким увлечённым сплетником был его бывший командир.
— Так что там случилось с этими землянами? — поинтересовался Кзунд. — Что за история? Чем они так важны?
— Ты ведь понимаешь, что я не могу обсуждать дела уважаемой госпожи Айрини. Не могу распространяться о её целях и планах. В том числе и в отношении такого ресурса как земляне.
— О да, я совершенно это понимаю. Никаких лишних подробностей, которые поставят под удар работу почтенной госпожи Айрини. Согласен с тобой. Ну так что там с этими землянами?
— Я знаю только то, что они важны, — вздохнув сказал Глим. — С ними учёные госпожи смогут далеко продвинуться в своих исследованиях. Могу сказать только это.
— Ну не много нового ты мне поведал, — рассмеялся Кзунд. — То, что они важны и так ясно. Стоило им появиться на базе как им сразу предоставили койки, жратву и внимание знахарей. Из всего этого уже можно сделать вывод о том, что они важные.
— Это уж точно.
— Глим, серьёзно, ну неужели тебе совсем нечем порадовать старика?
— Кзунд, я сам не знаю, что у них там произошло. Эти земляне должны были охранять госпожу на «Откровении», а теперь мы здесь и видим «Откровение» сбитым. Это лунное чудо, что госпожа нашлась целой и невредимой на той заставе.
— Я слышал байку о том, что половина этих землян перестреляла друг друга. Что-то они там не поделили. Дикие звери.
— Да, стоит согласиться. Хотелось бы мне понять, что там произошло.
Глим действительно хотел в этом разобраться. Когда госпожа вернулась положение тех землян серьёзно изменилось. А ведь раньше он считал их не более, чем пушечным мясом. Умелым, но пушечным мясом.
— Зато мне есть о чём тебе поведать, — усмехнулся Кзунд. — У наших учёных на базе начало кое-что получаться. Кажется у них наметился серьёзный прогресс. И если они продолжат в том же духе, то знаешь, возможно, это изменит всю войну. Если даже не всю Луну.
— Только если мы достанем то, что ищем.
Словно в качестве ответа на его слова со стороны обломков послышались крики. Они сразу привлекли всеобщее внимание. Аттавы поспешили к ним. Немного неуверенно, но за ними последовали и инженеры.