До того момента, пока не раздался крик. Все замерли, судорожно прислушиваясь. Крик донёсся явно из соседнего туннеля. Вот только из какого именно?
— Так ну-ка поторопились все, — потребовал Марк. — И поживее!
Никто не стал с ним спорить. Вся группа ускорилась и уже практически бежала в единственном имевшемся у них направлении. Тем временем, крики повторялись. То здесь, то там слышались перепуганные вопли и ругательства. И ещё кое-что. Странные шипящие звуки. Не сразу, но Евгений узнал в них выстрелы электромётов. Только более громкие. Похоже, что именно так звучали боевые модели.
— Твою мать! — воскликнул Александр. — Что происходит?
— Сам догадайся! — крикнул ему Евгений.
Крики продолжали повторяться. Одни из них звучали дальше, другие ближе.
— Скорее! Мне кажется они близко! — поторапливал всех Семён.
Они ускорились так, как только могли.
— Обрати внимание, что тварей, которые за нами гонятся нигде не слышно! — крикнул Марк. — Ни одной!
— Может они нападают в молчании! — предположил на ходу Евгений.
— Легче от этого не будет!
Туннель вдруг начал подниматься вверх, поэтому бежать стало труднее. Они вынужденно замедлились. В этот момент крики и звуки электромётов переместились куда-то вперёд и уверенно удалялись.
— Что ж, не плохо, — прокомментировал Александр.
— И что хорошего, если они впереди нас? — спросил у него Евгений.
— Хотя бы то, что сейчас они заняты не нами.
Впереди показался свет. Подняв оружие люди осторожно вышли из-за поворота и заметили, что вернулись в большой туннель. Несколько лежавших на земле фонариков выхватывали из темноты небольшой участок, на котором виднелись люди. Лежавшие на земле люди.
— Скорее! — поторопил всех Марк.
Они подбежали. Людей лежало двое. Один с разодранной головой остатками лица вниз. А второй сидел, прислонившись спиной к камню в луже собственной крови. Он был ещё жив. И, к ужасу Евгения, это оказался Пётр.
— Эй, ты как? — он тут же бросился к нему.
Рядом лежали два электромёта и сразу три фонарика, два из которых были прикреплены к оружию. Именно они и создавали участок света, на котором обнаружился раненный Пётр. Выглядел он откровенно плохо, но Евгений был уверен в том, что они смогут его вытащить.
— Что случилось? — выдохнул поражённый Глеб.
— Сам не видишь, что ничего хорошего? — спросил у него Александр.
— Эй, а ну успокойся! — осёк его Марк.
Вместе с Евгением они осмотрели рану Петра. Его костюм был разодран и весь в крови. Евгений нисколько не разбирался в медицине, но был почти уверен в том, что дело плохо. И мрачное лицо Марка это только подтверждало.
— Нужно помочь ему, — повторял он. — Давайте, рвите свои рукава!
У них не было бинтов. Никому из землян не выдали аптечек на время этого испытания. Евгений последовал примеру Марка и принялся снимать электрокостюм, чтобы разорвать рукава бурой одежды.
— Р-ребята, — с трудом произнёс Пётр.
Они все придвинулись к нему.
— На нас напали… Это был…
— Кто? Кто на вас напал? — взволнованно спросил Евгений. — Что случилось?
— Это было ужасно… Р-ребята… Мне так страшно!
— Давай помогай! — потребовал от Евгения Марк.
Они схватили Петра и попытались его приподнять, чтобы сделать самодельную перевязку. Пётр застонал.
— Думаете мы можем здесь оставаться? — спросил Семён. — А что, если здесь появятся те, кто на них напал?
— И что с того? — возмутился Марк. — Мы не можем его здесь бросить!
— Ребята! — с трудом сказал Пётр. — Простите меня…
Он тяжело вздохнул. Евгений и Марк уже успели разорвать свои рукава и принялись перевязывать раненного Петра. Ругая друг друга за неуклюжесть и торопясь, они затягивали узлы. Стараясь при этом действовать аккуратно, чтобы причинить ему как можно меньше боли. На какое-то время это стало их главной задачей. Больше они ни о чём не могли думать. Ни на что не обращали внимания, в том числе на что-то повторявших товарищей. Именно поэтому они не сразу заметили, что Пётр умер. Другие пытались им об этом сказать. На какое-то время повисла тягучая, жуткая тишина. Тишина, которую никто не решался нарушать. До тех пор, пока до них не долетел уже знакомый и жуткий вой.
— Идёмте, — мрачно сказал Марк. — Мы должны идти дальше.
Семён одним из первых двинулся следом за ним. Вторым был Александр. Глеб выглядел плохо и жалостливо. Евгению показалось будто он мог вот-вот заплакать.