— Я не забывала, — сказала я, но он отмахнулся.
— Мы были молоды; разве я мог думать, что знаю тебя?
— Ты знал. — Я так крепко схватила его за запястья, что мои пальцы побелели. — Ты знал, Бардрем. Это… невозможно объяснить. — Я заплакала, и каждое слово сопровождалось всхлипом. Он смотрел на меня смущенно и выглядел таким знакомым, все тем же — и при этом настолько другим, что я заплакала еще сильнее, почти без слез. Наверное, слезы кончились раньше.
— Знаешь, что было хуже всего? — сказал он, когда я замолчала. Я все еще держала его за руки, ослабив пальцы. — Я думал, что ты умерла, и это было легче вынести, чем знать, что ты просто сбежала, ничего мне не сказав.
— Я бы думала так же, — ответила я хриплым шепотом, который какая-то далекая моя часть сочла соблазнительным.
— А знаешь, что убедило меня в обратном?
Я покачала головой.
— Однажды ночью, много лет назад, появился тот человек, Орло. Он спросил, знаю ли я, где ты, и когда я сказал, что нет, напал. Ударил моим собственным ножом. — Он коснулся шрама над глазами. — Не знаю, почему, но после этого я решил, что ты жива.
— Это ужасная рана. — Я вспомнила Телдару с ножом Бардрема и Борла с его запиской, которые медленно надвигались на меня из темноты комнаты. — Хотя, — добавила я, — ты должен немного ею гордиться.
Он уставился на меня, а потом улыбнулся по-настоящему — медленно, едва заметно, но я испытала облегчение, а в голове впервые за вечер появилась четкая мысль.
Орло. Телдару. Бардрем.
— Тебе нельзя здесь оставаться, — проговорила я. Он нахмурился, и облегчение исчезло, превратившись в тяжесть. — Тебе нельзя находиться рядом с замком.
— Да? И почему же?
Я выпустила его запястья — в любом случае он скоро освободится сам. «Телдару увидит тебя, ты его узнаешь, и он тебя покалечит…»
— Я не могу сказать, — расстроенно ответила я. — Не могу…
— Не можешь! Как удобно, Нола, говорить и ничего не объяснять!
— Ты не должен выступать на состязаниях, — сказала я, и на этот раз мой голос был резким.
— Значит, ты теперь такая! — Я вновь ощутила странную дрожь, когда его горячее дыхание коснулось моего лица. — Настолько обезумела от эгоистичной слабости, что не можешь вынести чужой успех! Ты живешь той жизнью, о которой мечтала, а мне нельзя попытаться сделать то же самое?
— Нет… — Тихое, нечеткое слово, которое никто из нас не услышал.
— Я останусь в замке, Нола, но не здесь, не с тобой. — Он протиснулся к выходу, откинул полог палатки и убежал — или так мне подумалось, потому что я не смотрела ему вслед. Я смотрела только на открытый полог, и внутри меня было спокойствие, пустота и холод. С той стороны слышался шепот и взрывы смеха: несколько мужчин удивлялись, что это стряслось с «мастером Бардремзо».
Выйдя из палатки, я медленно пошла вперед. Я вернулась туда, где впервые увидела его, но теперь там читала стихи пожилая женщина, а в толпе его не было. Я бродила среди костров и сцен, среди обнимавшихся и среди спящих; кто-то шагал мне навстречу, но потом отворачивался (что было в моем лице?). Когда небо начало светлеть, я потащилась вверх по башенной лестнице и вернулась во двор.
«Бардрем, — думала я, и даже его имя было подарком. — Бардрем… куда приведет нас этот новый Путь?»
После той ночи я едва ела и почти не спала. Каждый молодой человек, которого я видела, казался Бардремом, и сердце выпрыгивало из груди, а потом стихало, когда становилось ясно, что это солдат или садовник, кто-то вообще на него не похожий. Госпожа Кет спросила, что со мной происходит; даже Грасни спрашивала. Селера не разговаривала со мной с тех самых пор, как побывала в моей комнате. Не знаю, что я отвечала. Помню только, что была в полном изнеможении — а потом прибыла Земия.
— Госпожа Нола! — В дверях стоял один из моих учеников, Дрен. Небо за его спиной было пурпурно-черным, его черные локоны казались темнее обычного, а лицо — болезненно белым. Я смотрела на него, сидя на краю постели, словно готовилась встать. Возможно, я сидела так уже несколько часов.
— Да, Дрен? — сказала я и подумала: «Мне надо выйти во двор: прошло два дня с тех пор, как я была там в последний раз. Теперь я точно его найду…»
— Госпожа, принцесса прибывает. В смысле… — он откашлялся. — Она почти здесь. Госпожа Кет велит придти к мастеру Телдару и королю Халдрину в Тронный зал.