Максим был явно удивлен — Светлана заметила это. Он даже не смог скрыть этого. Удивлен и... Но он уже быстро взял себя в руки и надел маску. Теперь угадать, что он чувствует на самом деле, не представлялось возможным.
Когда женщина остановилась рядом, он поцеловал ее руку и представил владельцу галереи и мэру:
— ...Белла Караджич.
Певица. Фотографии Беллы Светлана видела в самых разных журналах, что лежали на прилавках у метро. Но в жизни певица выглядела намного эффектней и интересней, чем на глянцевой обложке. Настоящая звезда, от которой невозможно отвести глаз.
Церемония продолжалась, как будто ничего не случилось. Белла стояла между Максимом и владельцем галереи, и ее ярко-красное атласное платье пылало в окружении двух смокингов как костер в ночи. У Светланы создалось впечатление, что приезд певицы был неожиданным для Максима. И еще Светлана поняла, что эта женщина умеет добиваться своего — настолько властным было ее движение, когда она, как только разрезанная ленточка упала, взяла Максима под руку и повела его к картинам.
Одни сразу устремились вперед, во второй и третий зал — туда, где глаза не слепил свет прожекторов, вспышки фотоаппаратов, где не суетились телевизионщики с камерами, чтобы в относительном покое рассмотреть работы, до которых еще не успели добраться остальные. Большая часть гостей толпилась в первом зале, многие как бы случайно оказывались точно перед камерой — те, кто непременно хотел, чтобы их присутствие на торжестве было отмечено. «Выставка Макса Муратова в Драгомее! Художник-оригинал решил обратить внимание мировой общественности на неповторимую страну в Африке! Все знаменитости собрались на вернисаже!» Такого рода заголовки украсят завтра страницы газет и журналов.
Но Светлана обращала внимание на другого рода посетителей, истинных ценителей живописи: преподавателей университетского городка, студентов, аспирантов. По их лицам было видно, что выставка в очередной раз ошеломила их. Она опять оказалась неожиданной, хотя все заранее были готовы к новым веяниям в творчестве художника. Но чтобы эмоционально пережить это, требовалось время. И они замирали у каждой работы, которая дышала светом, цветом...
«Да это же музыка!» — вдруг поняла Светлана. Картины жили в особом, напряженном ритме. И этот ритм передавался зрителям.
Светлана медленно переходила от одной работы к другой. Ей не мешало присутствие людей. Напротив, именно сегодня она многие картины словно увидела впервые. Происходило то, о чем ей как-то говорила Елена Васильевна. Энергия людей, сконцентрированная в залах, обостряла сознание, восприятие, все чувства, и позволяла улавливать то, что невозможно было заметить прежде. И вместе с тем ее не покидало ощущение, будто где-то глубоко внутри, возле сердца застыл ледяной комок...
— Меня всегда удивляли работы Макса, но на этот раз... я просто слов не нахожу, — негромко проговорила Моника, оказавшаяся рядом с ней. Матиас о чем-то негромко разговаривал с Андреем.
Светлана словно очнулась от какого-то забытья, в котором находилась все это время.
— Когда мы развешивали работы, — ответила она странно изменившимся голосом, — мне казалось, что я рассмотрела каждую из картин. А сейчас — словно чудо произошло. Столько открыла для себя! — призналась она совершенно искренне, не скрывая своих чувств.
— Я заметила, как ты смотришь, и поняла это, — кивнула Моника и вдруг, без всякого перехода добавила: — Жаль, что эта женщина, приехавшая без приглашения, испортила Максу радость от вернисажа.
— Почему? — стараясь не выдать своего волнения, поинтересовалась Светлана. — Она очень красивая. Такая яркая, эффектная. Если они и поссорились, то это, наверное, недоразумение.
— М-м-м, — протянула Моника и светски улыбнулась какому-то фотокорреспонденту, направившему на нее свой аппарат. — Я слишком хорошо знаю Макса и вижу его реакции. Она хочет удержать его. Но бороться за свои чувства тоже надо уметь. Максим не способен грубо оттолкнуть женщину, он достаточно воспитан для этого. Но в то же время он не потерпит, чтобы ему навязывали то, что ему не по душе. Прежде он останавливал выбор именно на таком типе женщин: настойчивых, сильных, предприимчивых. Но на самом деле, в глубине души, он любит вот что... — Моника указала на картину, возле которой они остановились.