— Играем в камень-ножницы-бумага, и победитель бьет, а второй должен успеть защититься? — надеясь, что всё сказала правильно, спросила Сынрю. Сан несколько раз одобрительно кивнул. — Первые ножницы или сходу играем?
— Думаю, сходу, — Сан опустил кулак на открытую ладонь. — Давай. Раз, два… Три!
Сынрю выкинула «бумагу», а Сан — «камень» и, перенервничав, схватил молоток, защитив им голову. Понял, что сделал что-то не то, только когда услышал громкий смех, а потом увидел высунутый язык и, неловко расхохотавшись, протянул «оружие», чтобы получить по голове сразу трижды.
— За что-о-о-о? — деланно удивился он.
— За всё хорошее! — Сынрю положила всё на место и сжала руку в сильный кулак. На этот раз взяла Сана, но он стукнул мягко, что даже без не успевшего покрыть голову тазика удар почти не почувствовался. — Не жалей меня! Давай нормально: бить — так в полную силу! Я дралась, не надо мне тут!
— Да ты вообще воинственная. Я тоже во дворе дрался.
— А так и не скажешь — вечно спокойный, аж треснуть хочется!
— Я не всегда был психологом. Раз, два, три! — Сан схватил тазик и едва не опрокинул подсвечник, зашипев на самого себя. Сынрю успела ударить, но на сейчас только один раз. — Раз, два, три!
Опять пришлось защищаться Сану. Покрутив в руках молоток, как молот Тора, Сынрю дунула на него, оставшись довольной, но потом игра стала более напряженной, стоило только войти во вкус. Они даже забывали считать, про себя проговаривая цифры и хватая чуть не по очереди то тазик, то молоток, а по радио тем временем продолжали распевать рождественские песни на корейском. Волосы Сана разлохматились, и прилизанная мужская укладка стала напоминать подобие гнезда. Сынрю тоже не заботилась о своем внешнем виде: лямка ее топа и рукав давно сползли с плеча, туника чуть задралась, а удары не прекращались.
Сынрю вновь схватила молоток и набросилась на Сана, уже спрыгнув с дивана, и тот выставил ладони вперед, моля о пощаде, да так усердно, что грохнулся на пол и громко расхохотался.
— А это тебе за вранье и за мое чувство вины! Будем квиты! Бам-с! — Сынрю ударила молотком в грудь, и Сан раскинулся звездой, высунув кончик языка и прикрыв глаза. Так обычно делал Уён, когда сдавался. — Эй, ну всё, нечего на полу валяться, пока не заболел!
Но Сан не шевелился. Когда Сынрю склонилась над ним, он тут же схватил ее за талию и перевернул под себя, подложив ладонь под голову, и ущипнул за бок, вызвав недовольный и испуганный крик. Ей было интересно, как только они осмелились валяться тут, распластанные на полу, как какая-то романтическая парочка, но не всё ли равно, если весело! У Сынрю даже заболел живот: она давно столько не смеялась, как сегодня. Наконец Сан поднялся, рванув на себя и ее.
— Думаю, достаточно. Жрать охота, — Сынрю отдышалась и принялась дохлебывать ложкой уже остывшие остатки супа. — Мы с братом в такое только в детстве играли, в приставку отцовскую еще рубились. Я уже и забыла, как это весело. Просто, но весело, — она смахнула копну волос себе за спину, а Сан принялся приглаживать челку. — А откуда, кстати, еда?
— Сам наготовил. Как видишь, я основательно подготовился. До последнего сомневался, а потом увидел тебя и понял, что правильно поступил. Сонхва сказал: дерзай! — Сан залпом допил свой бокал и снова разлил шампанское по фужерам. — Хотел еще взять наушники, чтобы поиграть в «крик в тишине», но у меня дома были только одни, и те для компьютера… Я тоже иногда рублюсь в игры.
— Да ну?!
— Это странно?
— Ну ты такой важный — хер бумажный, вот я и подумала, что ты зануда и твоя жена умерла от скуки, — Сынрю покачала головой, а Сан прыснул со смеху. — Ну правда, я была уверена, что ты женат! Ну ты такой типа… — она изобразила стойку гориллы, широко расправив плечи. — И на мордашку симпатичный, ну вот мечта любой девчонки. Я б, может, когда в универе училась, тоже захотела тебя.
— Меня? — Сан вскинул брови. — О, нет-нет! Я был прилежным мальчиком и одевался в рубашки в клетку, ходил в очках. Качаться уже к последнему курсу начал, всё такое. Хотя девушки смотрели, бывало. В меде часто всем не до этого, хотя был у нас парень с мечтой потрахаться в морге.
— Какие грязные слова, психолог Чхве! — Сынрю покачала указательным с фальшивой укоризной. — Стоп, что?! В морге?! И ты учился на медицинском?.. Не на психологическом?..