Прасковья, тяжело переступая под грузом отяжелевшего живота, окинула взглядом лавку. И чего она сегодня решила открыться? Старшие мужики: муж Димитрий, деверь, да работник Игнашка отправились в уездный город на ярмарку, свое продать, да путного товара прикупить. Снова Прасковья почувствовала досаду, ярмарка ведь какое не есть да развлечение после трудового лета, когда в поле да по хозяйству от зари до зари спины не разогнешь. На ярмарке можно на людей, посмотреть, да себя показать, прикупить чего для детишек. Прасковья провела рукой по прилавку, полюбовалась на ровные ряды товаров и чего тут только нет для крестьянского хозяйства. Бывало за какой вещью и в краевой град съездят. Да, толковый у неё Димитрий мужик, крепкая Кремнёвская порода, из рук нечего не выпустит, на работу жадный, не только работникам но и своим слабины не даст. Не даром родители Прасковьи заприметили Димитрия ей в мужья, но и сама Прасковья из семьи крепкой зажиточной к порядку и работе с малолетства приучена, характером была стойким и что греха таить чуть и скуповатым. Работникам, да должникам спуску не давала. Они с Димитрием хорошо дополняли друг друга, все в дом, рука в руку копейка к копейке. Прасковья даже больше мужа к бережливости да накопительству имела влечение.
Скрипнула дверь, заглянула в лавку худая, юркая бабенка Марфа, соседская беднячка.
- Доброго утречка Прасковья Степановна.
- да ну тебе… утречка, коль обед уже скоро, тебе бы Марфа со своим мужиком долго на печи лежать так и к вечеру у вас утро настанет, Должок, когда принесешь?
- так ведь я чего зашла то, просить, обождать чуток, попозже все верну…..
- Когда-то попозже? когда твой мужик просадит все? Ты уж давай ка уж сейчас, как говорят долг платежом красен.
- Так и ить нечем отдать то, сама знаешь в ентом году не уродилось у нас. Уж пойми Христа ради…
- Мне Вас понимать от себя отнимать. Нет деньги, так вон коровенка у вас на стеле, телком отдашь.
- Прасковья Степановна ты чего ж? мне же детей кормить то нечем будет
- Нечем кормить, нечего плодить…Ох Ой Ой
Почувствовала Прасковья как тяжкая боль разлилась по телу, горячий пот поструился по спине.
– иди, иди давай, все тебе сказала …..
Марфа, бурча под нос что Прасковья баба жадная, вышла да не с чем пошла в свою сторону.
Рассерженная Прасковья, пошла до лавки запнулась об стоящую кадушку снова почувствовала дурноту. Может срок уже подошел? Да нет еще несколько дён ходить…
Но боль не отпускала, а разрасталось тупым комком по телу, домой бы пора… Нет еще сейчас здесь приберу, потом соберусь да пойду ….
Но видать срок пришел, и ребеночек не хотел больше ждать часу, а хотел на свет божий…
Боль накрыла волной, уносящей сознание, ноги подкосились, и Прасковья стала заваливаться на лавку…
На счастье, Прасковьи вовремя зашла работница Стешка, принесшая обед хозяйке. Увидав завалившуюся и стонущую Прасковью что есть мочи рванула за бабкой Ульяной, известной повитухи живущей на краю деревни.
Та прибежав запыхавшись, опытным глазом сразу определила, что пришло время, что роды скорые…
- Дура ты девка! Надо бы ее до дома вести
- Да как весть то? ведь думала и померла она…
Ну за правду дура. хоть на лавку бы её уложила бы …
- Ой не ко времени то все уехавшиеся… причитала Стешка метавшаяся по лавке и создающая суету и не разбериху
- пойду баба Уля, кликну кого, что бы подсобили Прасковью Степановну до дома до вести
- да поздно уже! рожает она… давай вон от куска сукно рви… ребеночка принимать надо…
Приехавший навеселе к вечеру с ярмарки Димитрий узнал, что родилась у него дочка… да прям на прилавке родилась… видать кровь торговая….
Как раз в пору он жене подарок с ярмарки вез, всей деревне на славу … платок шелковый расписной с длиннющим кистями, а она его дочкой порадовала. После сына старшего в самый раз.
Дочь была названа Прасковьей, как и мать, так как рождение ее пришлось на день святой великомученицы Параскевы по церковному календарю. Шел 1909 год…..