Их ноги переплелись. Блэр чувствовала жар, исходящий от бедра Кэмерон, и собственную влагу на джинсах. Когда Кэм опустила голову и слегка прикусила нежную кожу у нее на шее, Блэр резко вскрикнула и с усилием выдавила:
– Спальня. Кровать. Ты нужна мне. Обнаженная!
Кэм услышала эти слова, но не смогла вникнуть в их значение, ускоряя скольжение бедер. После того, как они надолго разлучались, все получалось именно так. Она не могла контролировать мощный скачок возбуждения, уносивший ее слишком быстро и слишком далеко, после чего она была готова взорваться через несколько секунд. Вот и сейчас она балансировала на грани оргазма, и чувствовала, как он раскручивается в ее пояснице, покалывая ноги, вызывая спазмы в мышцах. О да, сейчас она взорвется.
Блэр отодвинула Кэм, пытаясь помешать ей достичь вершины. Кэм, задыхаясь, прижалась лбом к груди Блэр, ее сотрясала бесконтрольная дрожь.
– Прости, – простонала Кэм, – я не смогла сдержаться.
Блэр немного отстранилась от Кэм, поглаживая ее влажные волосы на затылке.
– Нет, смогла бы, – тихо промурлыкала она, – в конце концов, ты же агент Секретной службы.
Кэм неуверенно рассмеялась и села, опустив руки. В расстегнутой рубашке было видно, как поблескивает от пота ее разгоряченное тело.
– Боюсь, я подпортила себе репутацию.
– Как раз так мне и нравится. – Блэр протянула Кэм руку, ее потемневшие глаза сверкали. – Пойдем, продолжим.
По пути в спальню Кэмерон удалось немного успокоиться. Она разделась и легла рядом с Блэр.
– Я просто хочу немного тебя погладить, – попросила Кэм с дрожью в голосе. – Я еще не до конца себе доверяю и не хочу сразу кончить.
– Это жестоко, но я попробую, – с улыбкой ответила Блэр.
Кэм начала с ее плеч, потом спустилась ниже, с изумлением наблюдая, как подрагивают, разогреваясь, тугие мышцы. Дыхание Блэр участилось, и время от времени тихие стоны слетали с ее губ. Когда Кэм легонько провела пальцами по внутренней стороне бедра Блэр, та выгнулась, а ее пальцы, пропускавшие волосы Кэм, задрожали от нетерпения.
– У тебя самые сладостные прикосновения на свете, – прошептала Блэр, задыхаясь от желания.
Кэм едва дышала. Каждый раз, когда они были вместе как сейчас, ее наслаждение было столь велико, что ей начинало казаться, будто она истекает кровью. Она еще никогда не ощущала себя настолько уязвимой, беспомощной и счастливой. Этот противоречивый комок эмоций казался просто невыносимым. Ее палец скользнул между ног Блэр и пробежался по нежным набухшим складочкам. Под пальцами Кэм бился быстрый пульс Блэр, и, когда Кэм слегка провела пальцем снизу по клитору, Блэр дернулась в ее руках. Кэмерон обняла девушку покрепче и поцеловала, стремясь чувствовать ее дыхание, биение ее сердца, желая все ее существо.
Блэр обняла Кэм за плечи, прижавшись к ней грудью, вцепившись в нее, испытывая отчаянную жажду сладкой разрядки. Она ускорила движения бедрами, понимая, что в любую секунду может достичь оргазма.
Кэм слышала, как сердце Блэр колотится напротив ее собственного, и ощущала нарастающее напряжение в своем теле. Почувствовав, что Блэр вот-вот кончит, Кэм оторвалась от ее губ и тихо прошептала ей на ухо:
– Прикоснись ко мне.
Готовая взорваться, Блэр вслепую потянулась к Кэм, и, нащупав ее твердый набухший клитор, уже не могла остановиться. Когда оргазм подхватил ее, чуть не заставив сложится пополам, она вошла в Кэм. Кэмерон дернулась, застонала и кончила одновременно с Блэр.
Потом они лежали в объятиях друг друга, отдыхая после акта любви.
Глава 34
Кэм спала, ее голова покоилась на груди Блэр. Девушка задумчиво пропускала волосы Кэм через свои пальцы, наслаждаясь ее близостью. А в это время, этажом ниже разыгрывалась целая драма, но здесь и сейчас, для Блэр имело значение только одно – эта женщина в ее руках. Это ощущение обескураживало ее и более того, немного пугало.
Большую часть своей жизни Блэр провела в окружении людей, но при этом чувствуя свое одиночество. Она научилась жить, игнорируя изоляцию, и все-таки нашла в своем одиночестве отдушину – творчество, которое вдохновляло ее. Вокруг кисти и холста выстраивалась ее жизнь, и она не хотела ничего менять. Но каждый раз, стоило ей хоть чуточку раскрыться перед Кэмерон, она открывала в себе что-то новое, испытывала другие, неведомые ранее эмоции. Что пугало ее больше всего – так это понимание того, что без Кэм эти уголки ее души начнут болеть, в них поселится пустота и потерянность, и эту смертельную рану ей никогда уже не удастся залечить. Блэр задрожала и прижалась к Кэм сильнее.