Я произнес заклинание, чтобы восстановить ее, но моя магическая призма тоже растворилась.
Она ухмыльнулась мне сквозь ряд окровавленных зубов, затем опустила взгляд на мое кольцо.
«Святая сила здесь действует совсем не так сильно, как в вашем мире. И ваш друг помогал укреплять наш иммунитет.» Она посмотрела мимо меня, указывая на тело ректора Харланда. «Невольно, конечно. Он думал, что служит солдатам, бедняга. На самом деле, он наделял демонов силой. Немного разоблачения здесь, немного там… Через некоторое время мы стали привитыми».
Это объясняло, почему Демон Икс позволил ректору прийти сюда. Харланд был заклинателем теней. Он распознал одержимость солдат и полу-фейри, но, хотя он пытался, восстановление душ было выше его сил. Его попытки эффективно иммунизировали Незнакомцев, делая кольцо бесполезным здесь. Блокируя острую, жгучую боль, которая охватила меня, я начал читать центрирующую мантру.
«Это действительно было приятно, Эверсон Крофт», — сказала она. «Но ты слишком мал, слишком поздно».
Из массы вокруг моего тела вырвался усик. Зная, к чему это приведет, я поднял руку, прежде чем он обхватил мою шею. Усик обжег мою ладонь и ударил костяшками пальцев по хрящам моего горла. Я подавился. Из хороших вариантов я опустил свой водянистый взгляд туда, где мой меч все еще пронзал ее живот. Должно быть, ее собственный взгляд последовал за этим, потому что она в отчаянии сжала волосы.
Действительно, слишком мало, слишком поздно.
«Liberare!» Я закричал.
Собранная сила выстрелила через мою восстановленную ментальную призму и выпустила руну изгнания. Звезда белого света зажглась в центре Мистраль, затем разлетелась во все стороны вместе с ее последними криками. Ее масса волос отделилась от моего тела, и я упал на каменный пол одновременно с пронзающим мечом. В свете тускнеющей руны клинка от демонессы ничего не осталось.
Я призвал свой меч с помощью заклинания силы, затем воспользовался моментом, чтобы перевести дыхание. Адские ожоги остались на моем теле в тех местах, где ее волосы схватили меня, но все могло быть намного хуже. Проведя столько времени, сколько я провел в больнице Святого Марка, я наполнил свое тело святой силой. Демонесса, возможно, и стала невосприимчивой к этой силе, но она заслонила меня от всей силы ее адского гнева.
Поднявшись на ноги, я в последний раз оглядел пустой коридор и выругался на себя. Я изгнал Мистраля, но без выяснения имени или какой-либо информации. И там было еще двое незнакомцев.
Я возвращался в главную комнату, когда чуть не столкнулся с Горгантой.
«Просто зашла посмотреть, в чем дело», — сказала она. «Все полуфейри погибли пару секунд назад».
«Да, я убрал Незнакомца».
Она нахмурилась. «Звучит разочарованно».
«Я не узнал имени. С друзьями Си все в порядке?»
«Она проверяет их».
Горганта наклонился и большим пальцем стер кровь с пореза над моим правым глазом. Я не осознавал, что страдал. Вернувшись в главную комнату, двадцать или около того полуфейри действительно были повержены. Сэй стояла на коленях рядом с молодым человеком. Свет фейри исходил от ладони, которой она касалась его лба. Я хотел спросить, как у них дела, но морщинки на лбу Сии сказали мне, что она глубоко погружена в свою работу.
«Давай, Дариан», — услышал я ее шепот. «Проснись».
Я взглянул на Горганту, который напряженно наблюдал за исцелением души. Я не мог прочитать выражение ее лица, но что-то подсказало мне, что она думала о потерянных членах своей группы. «Привет», — сказал я. «Я никогда не говорил тебе, как мне жаль, что мы не смогли…» Горганта издал звук удивления, заставив меня замолчать.
Полу-фейри Море, как правило, ерзал на полу, затем поднял голову. Он перевел взгляд с Моря на свое окружение и пробормотал: «Что это за мерзкое место?»
Сэй обняла его за спину и нежно притянула к себе. «Я объясню позже, тупица». Свет фейри излучал тепло при их контакте. «Прямо сейчас мне нужна твоя помощь с остальными».
Без предупреждения Горганта схватил меня под мышки и поднял в воздух. Когда она поймала меня, она заключила меня в крепкие объятия. Она ничего не сказала, да ей и не нужно было. Ее радость от того, что Сее вернула своих друзей, несмотря на потерю ее собственной капсулы, или, может быть, из-за нее, тронула меня. Наполовину смеясь, наполовину задыхаясь, я похлопал ее по толстой спине.
Когда она опустила меня обратно на землю, в ее больших глазах блестели слезы. Я улыбнулся ей, почти забыв о своем разочаровании из-за того, что не смог добиться от Мистраль ничего действенного.