Я тоже так не думала. Я ущипнула себя за переносицу.
— Это плохо.
— Почему?
— Вчера дядюшка Майк сказал мне, что сочетание вампир колдун это очень опасно. Демоны пагубно влияют на самоконтроль, а это ужасно плохо для вервольфов. Дядюшка Майк очень встревожен.
Он ненадолго задумался.
— Да, плохо. Лучше бы мы узнали об этом заранее.
— М-м-м.
Я вздохнула. Есть еще кое-что, о чем ему следует знать, но говорить об этом не хотелось. Но Сэмюэля и Адама нет, и было бы неразумно утаивать информацию от одного из немногих союзников.
Это Даррил. Он обращается со мной так, словно в стае я рангом выше его. К тому же сама по себе я вряд ли его интересую. Так что едва ли он станет мне что-нибудь запрещать.
— У дядюшки Майка я встретилась с Марсилией. Она хочет, чтобы я нашла колдуна и убила его.
Наступило долгое красноречивое молчание.
— Она считает, ты можешь это сделать?
Его недоверие мне не льстит, но я и сама чувствовала что-то подобное, так что все в порядке.
— Очевидно. Она дала мне в помощь одного из своих вампиров самого высокого ранга.
— М-м-м.
— Я думаю, тут все честно. Он друг Стефана.
— Адам тебе не разрешил бы.
— Знаю. Но Адама нет. Если Уоррен придет в себя, позвони.
Я дала ему сотовый номер, домашний номер и номер мастерской.
Когда он записал все телефоны, я сказала:
— Позвони Брану и все ему расскажи.
— Даже о тебе? — спросил он.
Он знал, что Бран подумает о том, что я выступила против вампира и колдуна.
— Да.
Я не хотела ставить его в такое положение, чтобы Бран на него сердился. На меня Бран может сердиться когда-то это случалось довольно часто. Может, я могла бы снова к этому привыкнуть. Успокаивало то, что он за сотни миль отсюда, а у меня в сотовом есть определитель номеров.
И все равно…
— Но только если он спросит, — торопливо добавила я.
Даррил рассмеялся.
— Да, помню, я использовал эту уловку с матерью. Надеюсь, в твоем случае это сработает успешнее, чем в моем.
Я повесила трубку.
Адам и Сэмюэль исчезли до того, как Литтлтон начал свое небольшое представление у моего трейлера.
Литтлтон знал голос Сэмюэля. И уже несколько часов Адам не звонил, чтобы узнать, как Уоррен. И Сэмюэль не звонил.
Они оба у Литтлтона. Если Литтлтон подобен другим вампиром, днем он неактивен. Есть шанс, что они еще живы. Литтлтон любит смаковать добычу.
Надо найти их до ночи.
Я позвонила Елизавете и услышала автоответчик.
— Говорит Елизавета Аркадьевна. Сейчас я не могу взять трубку. Пожалуйста, оставьте свое имя и номер телефона, я перезвоню.
— Говорит Мерси, — сказала я после гудка. — Адам и Сэмюэль пропали. Где вы? Позвоните мне или Даррилу, как только сможете.
Я недостаточно знаю о ее волшебстве, чтобы понять, может оно помочь или нет. В крайнем случае можно расспросить ее о вампирах и колдунах. Можно убедить ее, что приказ Адама не разговаривать со мной несколько устарел.
Я набрала все три номера Тони и попросила его позвонить мне на сотовый. Позвонила Зи, но и там отозвался автоответчик. Я и Зи оставила подробное сообщение. Так и Даррил, и он будут знать, что я собираюсь делать.
Потом я взяла сотовый и поехала на работу. Отправлю Гэбриэла на весь день домой и закрою мастерскую.
Часы показывали, что я приехала на пятнадцать минут раньше обычного, и поэтому я удивилась, увидев миссис Ханну. Она сильно отклонилась от своего обычного расписания.
Когда я припарковалась на всегдашнем месте, она была рядом. Как я ни спешила, присутствие миссис Ханны требовало вежливости.
— Здравствуйте, миссис Ханна. Что-то вы сегодня рано.
Пауза. Потом миссис Ханна посмотрела на меня и как будто не сразу узнала. Я подумала: еще месяц-два, и от ее личности останется мало.
Но сегодня ее лицо немного погодя просветлело.
— Мерседес, девочка. Я надеялась тебя сегодня увидеть. У меня есть для тебя особый рисунок.
Она безуспешно принялась рыться в своей тележке, все с большим волнением.
— Все в порядке, миссис Ханна, — сказала я. — Я уверена, вы его найдете. Потом. Отдадите мне завтра.
— Но он только что был здесь, — раздраженно сказала она. — Портрет хорошего парня, которому ты нравишься. Того смуглого.
Это Адам.
— Завтра — тоже нормально, миссис Ханна. А что вы сегодня так рано?
Она осмотрелась, словно вопрос поставил ее в тупик. Потом расслабилась и улыбнулась.
— О, это все Джо. Он велел мне сменить маршрут, если я хочу навещать его.
Я улыбнулась. При жизни она говорила то о Джо, то о Питере. Не знаю, были ли у нее действительно такие бойфренды, или она только делала вид, что они есть.